не ожидала: не схватил, не позвал стражу, не пригрозил.

Протянул свою руку ладонью вверх.

На его запястье, под краем рукава, темнел знак. Не браслет. Скорее ожог в форме разомкнутого круга, внутри которого вспыхивали крошечные серебряные искры.

Такой же узор, как на моей нити.

Только у меня он был холодным серебром.

У него — живой грозой.

— Это знак незавершенного Названия, — сказал Каэл. — Он появился после выбора Зерцала. У тебя должен быть ответный след. Если след ложный, я узнаю.

— А если настоящий?

— Тогда у нас обоих большие неприятности.

Не «тогда ты моя избранница».

Не «тогда я был неправ».

Большие неприятности.

Честность иногда ранит сильнее оскорбления.

Я медленно подняла руку, но не протянула ему.

— Смотрите. Не трогайте.

Каэл чуть прищурился.

— Ты ставишь условия князю Рейвендару в его же доме?

— Я ставлю условия мужчине, который считает меня угрозой.

Нара тихо втянула воздух.

Каэл услышал, но не отвлекся.

Его взгляд опустился на мое запястье.

Серебряная нить вспыхнула.

Не ярко. Почти мягко.

Но знак на его руке ответил.

Между нами на миг протянулась тонкая синяя искра. Воздух дрогнул. Синий огонь в камине резко вытянулся вверх, как от порыва ветра.

Каэл побледнел.

Совсем немного.

Но я заметила.

— Настоящий? — спросила я.

Он не ответил.

И этого хватило.

Впервые за вечер в его молчании было не превосходство, а тревога.

Дверь распахнулась.

В комнату вошел лорд Эдмар.

Без разрешения.

За ним — Мара и еще один пожилой мужчина в длинной темной мантии, с папкой в руках.

Каэл резко обернулся.

— Я не звал совет.

— Совет не мог ждать, — спокойно ответил Эдмар. — Проверка крови Велисс проведена по архивным книгам.

Я медленно опустила руку.

Нить на запястье погасла.

Каэл стал между мной и Эдмаром неосознанно. Или осознанно — но слишком быстро, чтобы назвать это политикой.

— И? — спросил он.

Пожилой мужчина с папкой поклонился.

— Запись найдена, князь. Лиара Велисс, дочь Марианы Велисс, дальней ветви зеркальных хранителей.

В комнате стало тихо.

— Продолжай, — сказал Каэл.

Мужчина сглотнул.

— Согласно родовой книге, Лиара Велисс умерла семнадцать лет назад.

Нара ахнула.

Мара перекрестила пальцы странным знаком у груди.

Эдмар смотрел прямо на меня.

В его глазах больше не было ни удивления, ни страха.

Только холодное удовлетворение.

— Вот видите, князь, — мягко сказал он. — Грозовое Зерцало назвало мертвую кровь. А значит, в вашей башне находится не избранница.

Он сделал паузу.

И каждое слово следующей фразы легло на меня, как лед.

— В вашей башне находится подмена.

Глава 2. Башня избранницы

Слово «подмена» не прозвучало громко.

Лорд Эдмар произнес его почти ласково, будто жалел всех нас: князя, дом Рейвендар, древнее Зерцало, даже меня. Но я уже успела понять: в этом дворце самые опасные удары наносят именно таким тоном.

Нара прижала ладони ко рту.

Мара смотрела в пол.

Пожилой архивист с папкой отступил на полшага, словно боялся, что от меня сейчас потянется холодом могилы.

А Каэл молчал.

Он стоял между мной и Эдмаром, прямой, неподвижный, с жестко сведенными плечами. Еще минуту назад этот мужчина сам был готов назвать меня чужой тенью. Теперь то же самое сделал его дядя — и почему-то это ему не понравилось.

Странная вещь: люди иногда терпят собственную жестокость, но раздражаются, когда кто-то забирает у них право на нее.

— Повтори запись полностью, — сказал Каэл.

Архивист нервно раскрыл папку. Листы внутри были желтоватыми, плотными, с темными печатями.

— Лиара Велисс, дочь Марианы Велисс, последняя внесенная представительница боковой ветви рода. Родовая отметка закрыта семнадцать лет назад. Причина: смерть без подтвержденного тела после пожара в Южном приюте при храме Серых Зеркал.

— Без подтвержденного тела, — повторила я.

Все взгляды повернулись ко мне.

Я не знала законов этого мира, но хорошо знала одно: если человек говорит «умерла» там, где написано «тело не найдено», он не ошибается. Он направляет мысль туда, куда ему удобно.

Эдмар едва заметно улыбнулся.

— В родовых книгах это считается достаточным основанием.

— Для кого? — спросила я.

— Для тех, кто умеет читать законы, дитя мое.

«Дитя мое».

Меня чуть не передернуло.

Он говорил так, будто имел право на мою жизнь, память и имя.

Каэл повернул голову.

— Лиара.

Впервые он назвал меня без презрения. Сухо, жестко, но без того ледяного «ошибка», которым прибил к полу в зале.

— Молчи, пока тебя не спрашивают.

Вот и вся нежность.

Я посмотрела на него.

— Вы хотели точную запись. Я уточнила неточность.

— Ты не на суде.

— Тогда зачем здесь архивист, советник и слово «подмена»?

Нара тихо втянула воздух.

Мара закрыла глаза, будто заранее простилась со мной еще раз.

Эдмар усмехнулся.

— Какая неожиданная смелость для девушки, которую прежде приходилось уговаривать поднять голос даже на служанку.

— Люди меняются.

— Не настолько быстро.

— Значит, вы плохо смотрели.

Мы встретились взглядами.

В его глазах на миг мелькнуло раздражение. Не сильное, не явное. Но настоящее.

Хорошо.

Пусть привыкает, что новая Лиара Велисс не собирается быть тихой трещиной в стене.

Каэл резко сказал:

— Достаточно.

Грозовой знак на его запястье вспыхнул под рукавом и тут же погас. В камине синий огонь просел, будто его придавили ладонью.

— Запись о смерти без тела не доказывает подмену, — произнес он. — Только ошибку архива или намеренное сокрытие.

Эдмар медленно повернулся к нему.

— Князь, вы слышите себя?

— Хорошо слышу.

— Вы защищаете девицу, которую час назад сами назвали ошибкой.

— Я защищаю порядок.

Каэл говорил ровно, но в голосе появилась та самая сталь, от которой люди в зале замолкали.

— Если Грозовое Зерцало назвало имя дважды, совет не объявит его выбор ложным на основании неполной записи. Не в моем доме.

Эдмар выпрямился.

Старый, сухой, безоружный — и все же на мгновение комната стала принадлежать ему не меньше, чем Каэлу.

— Ваш дом стоит на законах, племянник. И один из них гласит: мертвая кровь не может быть связана с живым источником. Если эта девушка юридически мертва, ее связь с вами невозможна.

— Я живее всех присутствующих, — сказала я.

Каэл бросил на меня такой взгляд, что разумнее было бы действительно замолчать.

Но разум сегодня и так пережил слишком многое.

Эдмар мягко склонил голову.

— Тело — возможно.

— Осторожнее, лорд Эдмар, — произнес Каэл.

Тихо.

Очень тихо.

Серебряные искры в его глазах стали ярче.

— Вы в Башне избранницы.

— Именно это меня и тревожит.

Эдмар посмотрел на мое запястье. Я машинально прикрыла серебряную нить рукавом.

Поздно.

Он заметил.

— Знак уже проявился?

Каэл не ответил.

— Понимаю, — сказал Эдмар. — Тогда времени у нас