Алекс кивнул. Ю понимала его настороженность. Как понимала она и то, что из-за деда Алекс ещё очень долго будет относиться к Мириам с подозрением. А Мириам будет относиться к нему как к мальчишке, которому невероятно повезло стать объектом любви её «дорогой девочки». Ничего, рано или поздно они найдут общий язык. Хотя бы ради неё.

– Видел в клинике Акулину и Клавдию. – Алекс с благодарным кивком принял у Арнольда свою чашку. Во избежание ненужных разговоров, этим утром Арнольд отпустил прислугу и всеми организационными вопросами занимался лично.

– Как чувствует себя Герасим? – спросил он с плохо замаскированной тревогой в голосе. Похоже, вчерашняя беседа с Мириам изрядно помяла броню его невозмутимости.

– Всё даже лучше, чем могло быть. Банальное несварение желудка. – Алекс бросил выразительный взгляд на Мириам. Та в ответ едва заметно усмехнулась. – Но Акулина поставила на уши всю больницу, настояла на всех возможных обследованиях – и выяснились удивительные вещи.

– Что ты говоришь?! – Мириам откинулась на спинку кресла, посмотрела на Алекса полным жадного нетерпения взглядом. Всё-таки, её бабушка – великолепная актриса! – И какие удивительные вещи выяснились?

– Я не знаю подробностей, но Акулина что-то такое говорила про восстановление проводящих путей, поразительную регенерацию и, представляете, чудо! Они с Клавдией собираются везти Геру в Москву на обследование.

– Какие прекрасные новости. – сказал Арнольд со сдержанным оптимизмом и тут же осведомился: – Вы будете завтракать, Алекс?

– Буду, но дома. – Алекс посмотрел на Ю. – Ты готова? Тётя Рая примчалась сразу, как только узнала, что дед пришёл в себя. Сейчас наш дом похож на филиал мишленовского ресторана.

– Лаки вернулся? – спросила Ю, пряча за улыбкой смущение.

– Вернулся и теперь не отходит от тёти Раи ни на шаг. Боюсь, она превратит нашего пса в ленивую болонку.

Он тоже смущался. Смущался, но при этом был настроен весьма решительно. Наверное, это хорошее начало отношений. Наверняка, очень хорошее.

– Какая уникальная женщина – эта ваша тётя Рая, – сказала Мириам, многозначительно косясь на стоящую в серебряном ведёрке бутылку с шампанским. – Пожалуй, нужно с ней познакомиться. – Она перевела взгляд на Арнольда, и тот, неодобрительно поджав губы, наполнил её бокал.

– Буду рад видеть вас в Гавани, – сказал Алекс почти искренне. До настоящей радости он всё же немного не дотянул, но начало положено. Кажется, Мириам это тоже почувствовала, потому что посмотрела на него ласково, как на любимого родственника. Ну, почти ласково.

Эпилог

Год спустя

В маленьком прудике резвились золотые рыбки, то и дело взрезая плавниками зеркальную гладь воды. Прудик располагался в том же месте, где и раньше – рядом с обновлённым Домом, сияющим белыми стенами и чисто вымытыми окнами, рядом с похожей на маленькую пагоду беседкой.

Но кое-что всё же изменилось. Недалеко от прудика появился камень с мемориальной доской, посвящённой Васильку. Камень нашла Ю, почуяла в его нутре прожилки золота и подумала, что Васильку он должен понравиться так же, как и прудик с золотыми рыбками, и беседка в виде пагоды.

Она положила на камень букет полевых цветов, погладила его нагретый солнцем бок.

– Ну вот, Василёк, – сказала шепотом, – больше ты никогда не будешь один.

На её протянутую, чуть подрагивающую ладонь спланировала божья коровка. Наверное, это был знак. Наверное, Василёк её услышал и прислал своего вестника.

– Божья коровка, лети на небко. – Ю закрыла глаза. – Там твои детки кушают конфетки. Всем по одной, а тебе ни одной!

Перед внутренним взором появилось улыбающееся лицо Василька. Когда Ю взмахнула рукой, отпуская божью коровку на небо, по щеке её катились слёзы.

На плечи легли горячие и тяжёлые ладони, а над ухом послышался голос Алекса.

– Не плачь, Ю.

– Я не плачу, – сказала она, вытирая слёзы. – Пойдём! Дора обещала устроить нам экскурсию по Дому. Ты знал, что твой дед возглавил попечительский совет? – Она обернулась к Алексу.

– Ещё бы, – усмехнулся он. – А ты знала, что он нынче чаще живёт в доме Доротеи Аркадьевны, чем в своей городской квартире? Говорит, воздух у неё там какой-то особенный, способствующий полному восстановлению душевных и физических сил.

– Так и есть. – Ю привстала на цыпочки, взъерошила длинные волосы Алекса и тут же услышала ревнивое ворчание Лаки. Пришлось гладить и его тоже.

– Звонила Акулина, – заговорил Алекс, когда они уже шли к крыльцу Дома. – Сказала, что они с Герой возвращаются в Логово.

– Как он? – спросила Ю, уже заранее зная ответ.

– Полное восстановление займёт какое-то время, но Гера уже ходит и ждёт не дождётся встречи с Ретивым.

– Я рада, – сказала Ю совершенно искренне.

– Акулина собирается написать репортаж о Доме. Считает, что это поможет дальнейшей реконструкции и вообще…

В одном из окон появились Дора и Андрей Сергеевич, они что-то увлечённо обсуждали. Ещё один добрый знак.

– Не уверена, что Дора согласится, – сказала Ю с улыбкой.

– Представляешь, уже согласилась! Подозреваю, что без деда тут не обошлось. Мне кажется, этот репортаж в большей мере нужен самой Акулине.

– Её светлой стороне? – усмехнулась Ю.

– Доротея Аркадьевна считает, что добро в человеке следует развивать и культивировать. – Алекс помахал рукой деду, и тот помахал ему в ответ. – Она увидела в Акулине педагогически запущенного ребёнка, и планирует направить её кипучую энергию в правильное русло.

– Это будет битва титанов! Любопытно посмотреть, кто победит. А мне звонила Клава! Приглашала на презентацию своей новой книги. Поедем?

– Поедем! – Не обращая внимания на свидетелей и слабое сопротивление Ю, Алекс её поцеловал.

Они уже давно нашли разумный баланс ци и даже научились извлекать из него не только пользу, но и удовольствие, но Ю до сих пор смущалась открытых проявлений чувств. Наверное, ей просто нужно время.

Экскурсия по такому знакомому и одновременно неузнаваемому Дому закончилась в кабинете Доры, в котором не изменилось почти ничего. Дора была и оставалась рабой привычек, но кое-что новое Ю всё же увидела: ещё один рабочий стол – массивный, тяжёлый, такой же основательный, как и мужчина, для которого он предназначался. В Доме хватало пустых помещений, но эти двое решили, что им будет лучше вместе. Ещё один добрый знак!

В этот прекрасный летний день Ю не хватало только одного: год назад Мириам исчезла из её жизни так же стремительно, как и появилась.

– Устала сидеть на одном месте, детка! – сказала она Ю перед расставанием. – Хочу развеяться! Не переживай, мы с мастером Джином всегда на связи. Как-никак двадцать первый век на дворе! – Мириам помахала своим телефоном, а Ю подумала, что дед застрял в тех временах, когда для связи пользовались