– Слушайте, а как это получилось, что у нас все время был хороший воздух?

Координатор улыбнулся. Серые морщины еще резче выделились на его впалых щеках.

– Баллоны с кислородом уцелели. Хуже с очисткой. Только один автоматический фильтр работает нормально – аварийный, химический, все электрические, естественно, полетели. Через какие-нибудь шесть-семь дней мы начали бы задыхаться.

– Ты знал об этом?.. – медленно спросил Кибернетик.

Координатор ничего не ответил, только его улыбка стала какой-то другой – мгновение она была почти жестокой.

– Что будем делать? – спросил Физик.

– Здесь есть кислород, – сказал Доктор, – значит, здесь есть жизнь. Что ты об этом знаешь?

– Да в общем-то ничего. Пробу атмосферы брал космический зонд, отсюда вся наша информация.

– Как это? Он даже не садился?

– Нет.

– Вот уж, действительно, изобилие сведений, – сказал Кибернетик.

Он пытался вымыть лицо спиртом, который лил из маленькой бутылочки на клочок ваты. Воды, пригодной к употреблению, оставалось очень мало, и никто не мылся уже вторые сутки. Физик, используя в качестве зеркала полированную поверхность климатизатора, рассматривал свое лицо.

– Это очень много, – спокойно ответил Координатор. – Если бы состав воздуха был иной – если бы в нем не было кислорода, я убил бы вас.

– Что? – Кибернетик чуть не уронил бутылку.

– Естественно, и себя тоже. Мы не имели бы даже одного шанса на миллиард. Теперь он у нас есть.

Все замолчали.

– Раз есть кислород, значит, должны быть растения и животные? – спросил Инженер.

– Не обязательно, – ответил Химик. – На планетах Альфы Малого Пса есть кислород, и нет ни растений, ни животных.

– А что есть?

– Светляки.

– Люминоиды? Бактерии?

– Это не бактерии.

– Это неважно, – бросил Доктор. Он убрал посуду и закрывал коробки с продовольствием. – У нас сейчас другие заботы. Защитника не удастся запустить, а?

– Защитника я даже не видел, – признался Кибернетик. – До него не добраться. Все автоматы вырвались из стоек. Похоже, там понадобится двухтонный кран, чтобы растащить весь этот железный лом. А Защитник в самом низу.

– Но какое-нибудь оружие нам нужно! – воскликнул Кибернетик.

– Есть электрожекторы.

– Интересно, чем ты их зарядишь’’

– Разве в рубке нет тока? Был ведь!

– Нет, вероятно, короткое замыкание в аккумуляторном отсеке.

– А почему электрожекторы не заряжены?

– По инструкции, перевозить заряженные запрещается, – неохотно буркнул Инженер.

– Черт бы побрал ин…

– Перестань.

Услышав голос Координатора, Кибернетик пожал плечами и отвернулся. Доктор вышел и возвратился, держа в руке короткий вороненый цилиндр, заканчивающийся штуцером.

– Что это? – заинтересовался Инженер.

– Оружие.

– Какое еще оружие?

– Усыпляющий газ.

Инженер рассмеялся.

– Откуда ты знаешь, можно ли усыпить то, что живет на этой планете, твоим газом? И, самое главное, как ты хочешь обороняться этим газом в случае нападения – будешь давать капельный наркоз?

– Во всяком случае, при большой опасности сможешь дать наркоз себе, – сказал Химик.

Все засмеялись. Доктор смеялся громче всех.

– Этим можно усыпить любое существо, дышащее кислородом, – сказал он, – а что касается обороны – смотри!

Он нажал спусковой крючок у основания цилиндра. Тонкая, как игла, струйка сразу же испаряющейся жидкости выстрелила в мрачную глубину коридора.

– Ну… за неимением лучшего… – сказал без особого убеждения Инженер.

– Идем? – спросил Доктор, опуская цилиндр в карман комбинезона.

Маленькое далекое солнце стояло высоко. Оно было горячее земного. Но не это поразило всех: оно было не совсем круглым.

– Оно сплюснуто из-за быстрого вращения вокруг оси, да? – обратился Химик к Координатору.

– Да. Значительно лучше это было видно во время полета. Не помнишь?

– Вероятно, тогда меня это, так сказать, не интересовало…

Отвернувшись от солнца, все посмотрели на ракету. Цилиндрический белый корпус наискось торчал из низкого холма. Он напоминал ствол какого-то гигантского орудия. Обшивка, молочная в тени, серебристая на солнце, казалась не поврежденной. Инженер подошел к тому месту, где корпус входил в землю, перешагнул выброшенные наверх глыбы земли, которые словно воротником окружали врезавшийся в склон корабль, и провел рукой по плите обшивки.

– Неплохой материал этот керамит, – сказал он, отворачиваясь. – Если бы я мог заглянуть в дюзы… – Он бессильно смотрел вверх, в сторону кормы, повисшей высоко над равниной.

– Еще успеем их осмотреть, – сказал Физик. – А теперь пойдем, что ли. Небольшая разведка, а?

Координатор поднялся на вершину холма. Остальные поспешили за ним. Залитая солнцем равнина разбегалась во все стороны, совершенно однообразная, гладкая, бледно-желтая. Вдалеке высились стройные, замеченные ими еще вчера силуэты; при ярком свете было видно, что это не деревья. Небо, над головой голубое, как на Земле, у горизонта приобрело отчетливо зеленоватый оттенок. Доктор, низко наклонившись, ковырял ногой грунт.

– Почему здесь ничего не растет? – сказал он удивленно.

Это поразило всех. Действительно – насколько проникал взгляд, равнина была голой.

– Мне кажется, эта местность высыхает, – неуверенно сказал Химик. – Там дальше – видите те пятна? – гораздо больше желтизны… там, на западе. Я полагаю, что там пустыня, из которой ветер нагоняет сюда песок. Ведь холм глинистый.

– Ну, это мы проверили на совесть, – сказал Доктор.

– Мы должны составить хотя бы очень общий план экспедиции, – заговорил Координатор. – Запасов, которые мы взяли, нам хватит на два дня.

– Не совсем – воды у нас мало, – перебил Кибернетик.

– Воду придется экономить, пока не найдем ее здесь – раз есть кислород, будет и вода. Думаю, начнем так: от базы сделаем несколько прямолинейных маршрутов, продвигаясь каждый раз настолько, чтобы иметь возможность безопасно и без излишней спешки вернуться.

– Максимум тридцать километров в одну сторону, – заметил Физик.

– Согласен. Речь идет только о чем-то вроде предварительной разведки.

– Подождите, – сказал Инженер, который стоял до сих пор в нескольких шагах от них, как бы погрузившись в невеселые мысли. – А вам не кажется, что мы ведем себя, как будто малость свихнулись? Мы потерпели аварию на неизвестной планете. Нам удалось выбраться из корабля. Вместо того чтобы взяться за самое важное, вместо того чтобы все силы вложить в ремонт, в налаживание того, что удастся, в освобождение корабля и так далее, – мы отправляемся на какие-то экскурсии, без оружия, без