и принесли оттуда банки с консервами. Было девять, когда начали копать тоннель.

Работа двигалась черепашьим шагом. В овальном отверстии люка нельзя было как следует развернуться, передние разбивали мотыгами спрессованные глыбы земли, а стоящие сзади оттаскивали ее в коридор, а оттуда в навигационную рубку – она находилась ближе всего, и в ней не было ничего, что могло бы понадобиться в ближайшее время.

Через четыре часа рубка по колено заполнилась вынутым грунтом, а длина тоннеля не превышала двух метров. Мергель поддавался плохо: не то что он был твердый, но острия ломов и мотыг увязали в нем, а железные стержни, на которые слишком сильно нажимали остервенело работающие люди, гнулись – лучше всего действовала стальная мотыга в руках Координатора.

Инженер забеспокоился, что земляной потолок начнет оседать, и особенно заботился о том, чтобы его как следует крепили. Под вечер, когда перемазанные глиной люди уселись за еду, тоннель, прорытый от люка круто вверх, с наклоном почти в семьдесят градусов, углубился в грунт едва на пять с половиной метров.

Инженер еще раз заглянул в колодец, ведущий в нижний отсек, где в тридцати метрах к корме от главного люка находился грузовой люк, но увидел только черное зеркало воды; она стояла выше, чем накануне, видимо, еще какая-нибудь цистерна текла и ее содержимое медленно просачивалось сюда. Вода – он сразу же обнаружил это счетчиком Гейгера – была радиоактивна. Он наглухо закрыл колодец и вернулся к товарищам, ничего не сказав о своем открытии.

К концу дня настроение Доктора становилось все лучше. Когда другие сменяли его в тоннеле, он отправлялся в экскурсии по кораблю и таким образом увеличил имущество экипажа на два магнитноэлектрических фонарика, машинку для стрижки волос, витаминизированный шоколад и целую стопку полотенец. Все были перемазаны глиной, комбинезоны пестрели пятнами и подтеками, естественно, никто не брился из-за отсутствия электричества, а к машинке для стрижки, которую принес Доктор, отнеслись с презрением. Он сам, впрочем, тоже ею не пользовался.

Весь следующий день ушел на рытье тоннеля. Навигационная рубка была забита землей почти доверху. Дошла очередь до библиотеки. У Доктора возникли по этому поводу некоторые сомнения, но Химик, таскавший в паре с ним сделанные из листовой жести носилки, без колебания высыпал кучу мергеля на книги.

Выход из тоннеля открылся совершенно неожиданно. Правда, уже некоторое время Физик утверждал, что грунт стал суше и как будто менее плотным, но другие этого не находили. Мергель, который они таскали внутрь ракеты, казался таким же, как раньше. Сменившие своих товарищей Инженер и Координатор только что приняли инструменты, еще хранившие тепло чужих рук, и нанесли первые удары по глыбам, выступающим из неровной стены, как вдруг одна из глыб исчезла, и через образовавшееся отверстие повеяло свежим воздухом.

Люди ощутили его мягкий напор – давление воздуха снаружи было немного больше, чем в тоннеле, а значит, и в ракете. Мотыга и стальной лом начали работать в бешеном темпе, землю уже никто не выносил, остальные члены экипажа сгрудились сзади. После нескольких последний ударов Инженер собрался вылезти наружу, но Координатор остановил его. Он хотел сначала расширить выход и перенести последнюю порцию земли в ракету, чтобы ничто не мешало двигаться в тоннеле, и прошло еще несколько минут, прежде чем шестеро людей выползли на поверхность планеты.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Смеркалось. Черная дыра тоннеля зияла в пологом склоне невысокого холма. Люди стояли у его подножья. До самого горизонта, над которым сверкали первые звезды, раскинулась огромная равнина. Кое-где вдали выступали какие-то неясные стройные, похожие на деревья, силуэты. Низкая полоса заката давала совсем мало света, и краски окружающей местности сливались в однородную серую пелену. Слева от неподвижно стоявших людей в воздух косо возносился гигантский выпуклый корпус ракеты. Инженер оценил его длину метров в семьдесят, значит, корабль зарылся в землю больше чем на сорок метров. Но сейчас никто не обращал внимания на эту чернеющую на фоне неба огромную трубу с беспомощно торчащими кольцами управляющих дюз. Люди глубоко вдыхали холодный воздух, с едва уловимым незнакомым, неопределенным запахом, и молча смотрели вперед. Только теперь их охватило ощущение полного бессилия – железные ручки мотыг как будто сами выпали из рук.

– Полярная? – спросил вдруг Химик, бессознательно понизив голос, и показал на низкую звезду, слабо мерцающую в темном небе на востоке.

– Нет, отсюда ее не видать – мы сейчас… да, над нами южный полюс Галактики. Минутку… где-то должен быть Южный Крест…

Немного оживившись, все начали вспоминать названия созвездий, искрившихся на фоне уже почти совсем черного неба. Над этой мертвой равниной только звезды были чем-то не совсем чужим.

– Становится все холоднее, как в пустыне, – сказал Координатор. – Не имеет значения, сегодня мы все равно ничего не сделаем. Нужно возвращаться внутрь.

– Что, в эту гробницу?! – возмутился Кибернетик.

– Без этой гробницы мы погибли бы тут через два дня, – холодно ответил Координатор. – Не ведите себя, как дети.

Не сказав больше ни слова, он повернулся, не спеша подошел к лазу и, спустив вниз ноги, сполз в тоннель. Секунду над землей виднелась его голова, потом и она исчезла.

Оставшиеся молча переглянулись.

– Пошли, – буркнул полувопросительно, полуутвердительно Физик.

Остальные, помешкав, двинулись за ним. Пока первые вползали в тесную дыру, ожидавший своей очереди Инженер спросил у Кибернетика:

– Заметил, какой здесь странный запах у воздуха?

– Да. Какой-то горький… Ты знаешь состав?

– Он похож на земной. Есть еще какая-то примесь, но безвредная. Сейчас не помню. Данные в таком маленьком зеленом томике на второй полке в библи…

Инженер остановился, вспомнив, что сам засыпал библиотеку кучами мергеля.

– А, чтоб его… – сказал он без всякой злости, с грустью, и начал протискиваться в черное отверстие.

Кибернетик, оставшись один, вдруг почувствовал, что ему не по себе. Это был не страх, а гнетущее чувство затерянности, ужасной чуждости пейзажа. Да и в необходимости возвращаться в глубь глинистого тоннеля было что-то унизительное.

«Как червяки», – подумал он, опустил голову и полез в дыру вслед за Инженером. Но не выдержал и, уже скрывшись в земле по плечи, поднял голову, посмотрел вверх и попрощался взглядом со спокойно мерцающими звездами.

Назавтра кто-то предложил вынести припасы на поверхность, чтобы там позавтракать, но Координатор возразил, что это только вызовет ненужные затруднения. Поэтому ели при свете двух фонарей под крышкой люка, запивая еду уже совсем остывшим кофе.