жучок, мог находиться в пределах этого расстояния и подслушать наш разговор. Он узнал бы и подробности первого саботажа, и решение поставить охрану перед подсобкой во время перерыва.

— А у вас есть доказательства, что человек, подбросивший жучок, имеет отношение к подмесам? Может, тогда обыщете меня, вдруг у меня приемник с собой? — с вызовом спросил Сэнкэ. Раз он сам предложил, то, вероятно, избавился от приемника, как только жучок был обнаружен.

Но Михоси не дрогнула:

— Как вы знаете, Сэнкэ-сан, двусторонний скотч, которым был прикреплен жучок, совпадает с тем, которым заклеили пакет в третьем инциденте. Видимо, преступник просто не выбросил его после установки устройства. Поэтому скотч был у него под рукой даже при спонтанном проникновении в подсобку.

Значит, Сэнкэ установил жучок во время церемонии открытия или первого этапа, в крайнем случае — во время репетиции. В то время пробраться в рекреацию незамеченным было не так уж сложно.

— В любом случае этот жучок — не единственное, что указывает на виновность Сэнкэ-сан. И поскольку иначе он не мог узнать обстановку, можно утверждать, что устройство принадлежит преступнику… Кстати, обнаружив его, Марудзоко-сан перечислял людей, которые могли незаметно носить наушники от приемника, на что вы ответили: «А это разве не ты тут постоянно в наушниках ходил?»

— И что с того? — Сэнкэ держался спокойно, но тут к нему повернулся оторопевший Марудзоко:

— Господин Сэнкэ, я сегодня без наушников. Господин Исии ведь сломал их вчера.

На мгновение глаза Сэнкэ расширились. Однако его прежняя уверенная улыбка вернулась так стремительно, что я задумался: не показалось ли?

— Так ведь Кирима-сан сама рассказывала мне о наушниках. Забыли? После того как закончились соревнования по латте-арту, она сказала, что раньше в мусорной корзине лежали наушники, но потом исчезли.

— Да, я правда об этом говорила. Но, кажется, я не упоминала, чьи именно были наушники, — мгновенно парировала Михоси.

Действительно, звучало правдоподобно, но Сэнкэ не собирался сдаваться из-за такого пустяка.

— Тогда, наверное, я случайно от кого-то услышал. Уже не помню. Всякое бывает.

— Нет, это не так. Вы проговорились, потому что Марудзоко-сан стал перечислять потенциальных обладателей приемника. Вы хотели, чтобы подозреваемых стало как можно больше. Вы извелись от мысли, что кто-то догадается, что вы сами им пользовались.

— Не согласен. Вы строите догадки. Спорить можно бесконечно. Вы же не думаете, что докажете мою вину всего одной фразой, правда?

Михоси сделала паузу. Но не для того, чтобы собраться с силами, — просто не хотела продолжать полемику.

— Это только начало. Но именно тогда, услышав ваши слова, я впервые заподозрила вас, Сэнкэ-сан. Если вы видели наушники у Марудзоко-сан, значит, вы точно были рядом с площадкой. У вас был самый очевидный мотив поставить жучок — вы не могли заходить за кулисы. А значит, логично и присутствие на площадке из-за радиуса приема… и так далее. Я уже упоминала, что во время второго случая подсобка была «полузапертой»: войти можно, а выйти вроде бы нет. Но если преступник — Сэнкэ-сан, он мог выбраться. Посмотрите, пожалуйста, туда. — Она указала на ряд шкафчиков в глубине комнаты. — Помните, что я говорила недавно? Сэнкэ-сан с помощью муравьев нашел флакон с солью, подсыпал лекарство и спрятался в одном из этих шкафчиков. Потом мы вынесли вещи, он дождался, пока охрану снимут, оставил пустые пакетики от лекарства и вышел через дверь. Замок щелкнул, и «полузапертая» комната готова.

Я изумился такой простой разгадке. И правда, этот вариант был абсолютно невозможен для участников, толпившихся у двери, и для Уэоки на сцене.

— Да, во время перерыва Аояма-сан и Саэко-сан заходили в подсобку, но, думаю, в этом случае можно было также переждать в шкафчике. А когда мы все перешли за кулисы и оставались там, незаметно выйти через дальнюю дверь было уже просто.

Когда начался этап кофейных коктейлей, всеобщее внимание было приковано к сцене. И незаметно выйти через дальнюю дверь и покинуть главный зал, как и говорила Михоси, было проще простого.

Ситуация прояснялась. Даже те, кто не мог поверить и принять версию о виновности Сэнкэ, начинали сдаваться под напором безупречной логики Михоси.

— …Остается еще одна нерешенная проблема, — вдруг заявил Сэнкэ, голос его стал еще ниже. — Хорошо. У меня была возможность совершить второе подмешивание, как и причина для установки жучка. Допустим, я признаю это. Но что насчет третьего случая? Тот же метод не подойдет. Ведь после того, как преступник проник в подсобку, за окном до самого закрытия стоял охранник, а после закрытия у входа в комнату активировали датчики охранной системы. Более того, как я слышал, Уэока-сан распорядилась, чтобы с самого утра у закулисья дежурил персонал.

С момента, когда охранник заступил на пост, и до утра не было ни единой возможности снова влезть в подсобку через окно и выйти через дверь. Однако мы видели, как сегодня утром Сэнкэ появился со стороны вестибюля. Напрашивался один-единственный вывод… И его я уже слышал от Михоси.

— Если предположить, что молоко испортили не одновременно с солью, а в другое время, то Сэнкэ-сан не мог этого сделать. А это означает, что он испортил соль и молоко за один раз, то есть вчера днем, когда проник в подсобку.

Третьей целью стала картонная упаковка молока, которую подготовила Маюдзуми. Сэнкэ, вероятно, уже прятался в шкафчике, когда Маюдзуми принесла молоко. Он подслушал наш разговор и понял, что она намеревалась взять упаковку с собой на выступление. Весьма вероятно, что, совершив второй подмес, Сэнкэ решил заодно провернуть и третий. Если он изначально намеревался саботировать Исии и Маюдзуми по отдельности, было логично сделать это сразу, а не ждать двух удачных случаев.

Однако Сэнкэ, который еще несколько минут назад казался загнанным в угол, вдруг расплылся в торжествующей ухмылке.

— А-ха-ха, какой бред. Как же опрометчиво и нелепо. 

Сначала я подумал, что Сэнкэ окончательно спятил. Но потом он сказал то, чего Михоси так опасалась:

— Вникните в логику. Выходит, я, узнав о первом инциденте, наскоро организовал второй и третий. Если дисциплина «эспрессо» закончилась в час дня, то после этого я через жучок узнал детали первого случая и о том, что к подсобке поставят охрану. Во время смены охранников я проник внутрь, и на все про все у меня было минут десять. Как я мог за это время раздобыть краситель? Или вы хотите сказать, что я взял его с собой вчера, еще ничего не планируя?

Его контраргумент был железным. Вчера в десять минут второго я уже стоял на посту, а остальные ушли на обед. Охранники покидали пост в двадцать минут второго всего на пять минут, и достать за это время краситель было практически невозможно.

Я уже слышал от Михоси, что лезть в подсобку с красителем нет смысла. Кстати, пару часов назад, пока мы стояли под окном, она упомянула о «еще одной важной причине, почему преступник вряд ли подготовил краситель заранее». Теперь эта причина ясна. Диверсия Сэнкэ, спровоцированная первым инцидентом, была совершенно спонтанной. И подготовить краситель заранее он бы просто не смог.

Тут против Сэнкэ выступил Канда:

— После того как преступник влез в подсобку, за окном стоял охранник. Понятно, что он не мог просто вылезти обратно и побежать за красителем. Но как насчет двери? Если не хочешь, чтобы она захлопнулась, просто оставь ее открытой. Можно было выйти через главный зал, купить краситель, вернуться, подмешать его в молоко