«Дивиденды? За рецепты?»

Он не просто выжил и ограбил систему. Он... создал актив. Его знания, его кухня — они теперь работали на него, даже пока он спал. Это осознание ударило сильнее, чем любая атака скелета. Он был не просто Игроком. Он был производителем.

Дорога домой слилась в одно серое пятно. Он почти не помнил, как вызвал такси и добрался до квартиры. Первым делом — долгий, почти ошпаривающий душ, смывающий с кожи память о чащобе. Потом — еда. Он стоял у плиты и жарил яичницу. Банальную, простую яичницу на сливочном масле. Горькая усмешка вырвалась наружу. Шеф-повар, владеющий рецептами, дарующими силу, и его победоносный ужин. Символично.

Он рухнул на кровать и провалился в бездну беспамятства.

Звонок будильника вырвал его из объятий сна ровно в восемь вечера. Голова была удивительно ясной, тело — отдохнувшим, но на душе скребли кошки. Встреча. Завод «Энергия». Он сделал несколько бутербродов, запихнул их в себя, проверил снаряжение. Всё было на своих местах, включая затупленный, но верный меч.

И прежде, чем выйти, он мысленно открыл Системный Аукцион. Впервые — не как наблюдатель, а как покупатель с конкретной целью.

Он искал [Зелье Пробуждения Маны].

Результат заставил его содрогнуться.

На всю многомиллионную (он предполагал) армию Игроков было выставлено всего ОДНО зелье. Цена гордо сияла в его сознании: 180 Осколков.

Рядом, на других виртуальных полках, лежали десятки, если не сотни склянок с другими эликсирами. [Зелье Открытия Чакры] за 45, [Эликсир Пробуждения Ци] за 48, [Настой Внутренней Энергии] за 50.

«Не может быть...» — прошептал он. Разница в четыре раза! Он тут же проверил обычный, безликий Системный Магазин. Зелье маны было и там. По цене 200 Осколков.

Пазл сложился с оглушительным щелчком. Это не рыночная стихия. Это — монополия. Кто-то могущественный и организованный скупал всё зелье маны с аукциона и выставлял его обратно по завышенной цене, создавая искусственный дефицит. Они держали за горло всех, кто выбрал этот путь развития.

Прокручивая ленты предложений, он с отвращением констатировал: 90% аукциона было откровенным хламом.

[Сломанный кинжал гоблина]. [Потрёпанный ботинок искателя]. [Кусок неизвестного мяса (свежесть: сомнительная)]. [Ржавый подшипник (???)]. Цены на этот мусор были завышены в разы. Это была гигантская барахолка, где одни пытались впарить другим свою бесполезную добычу, а третьи — умные и сильные — контролировали рынок по-настоящему ценных вещей.

Его взгляд зацепился за свод правил, подсвеченный в углу интерфейса. Он пролистал его, и у него внутри всё похолодело.

§1. Правила Системного Аукциона.

*1.1. Размещение лота:После подтверждения выставления товара на торги, его невозможно отозвать. Лот будет висеть до момента продажи или окончания срока (30 дней).

*1.2. Комиссия Системы:За успешно проданный лот взимается комиссия в размере 30% от итоговой цены. Округление производится в большую сторону.

Пример: Продажа за 2 осколка → комиссия 0.6 → округление до 1 → продавец получает 1 осколок.

«Нельзя отозвать... Тридцать процентов... И округление вверх», — мысленно прошипел Марк. «Система, ты не просто жестока, ты ещё и мелочная ростовщица». Эти правила мгновенно объяснили обилие хлама с неадекватными ценами — люди не могли просто передумать и забрать свой мусор обратно. А комиссия убивала на корню всю мелкую торговлю. Чтобы что-то заработать, нужно было продавать дорого. Очень дорого.

Сжав кулаки, он мысленно рванул на форум «Щит Анонимуса». Поиск, по ключевым словам, «мана», «зелье», «цена» выдал ему всё, что нужно. В основном, старые, полные горечи темы:

«Опять «Стальной Рассвет» выкупил всё за час. Идти к ним и быть на побегушках я не хочу, а своих осколков не хватает.»

«Цены на ЗПМ уже пару дней как сумасшедшие. Гильдии держат рынок. Одиночкам хана.»

«Стальной Рассвет». Название гильдии, которую он уже видел в списках.

Ярость, горькая и холодная, подкатила к горлу. Его 227 осколков, которые ещё утром казались несметным богатством, вдруг превратились в жалкие гроши. Да, он мог купить это зелье. Но это означало бы отдать почти всё, что он с таким трудом заработал, спекулянтам. Остаться нищим, пусть и с открытой маной.

«Нет уж, — мысленно прошипел он. — Слишком дорого. Я на это не поведусь».

Оставив размышления о зелье на потом, Марк отправился на встречу.

Он вышел из подъезда, кутая лицо в воротник куртки. Ночь была тихой, в воздухе висела предгрозовая влажная прохлада. Он потянулся к телефону, чтобы вызвать такси, и его взгляд, скользнув по тёмному небу, наткнулся на знакомый силуэт.

Высоко, почти растворяясь в чёрной бархатной ткани ночи, кружила крупная птица. Слишком крупная для вороны, слишком правильная в своих манёврах. С тем самым металлическим отливом в оперении.

Та самая ворона.

Значит, это не случайность. За ним следили. Возможно, с самого утра, с того момента, как он вышел из леса.

Марк медленно выдохнул, в воздухе застыло белое облачко пара, вечер обещал быть прохладным. Он не просто шёл на встречу. Он отправлялся на чужое, хорошо охраняемое поле. Вот только теперь он знал правила. И это знание было единственным козырем в его рукаве.

Такси высадило его у забора, окружавшего территорию завода «Энергия». Место было мрачным и безжизненным: тёмные, слепые окна цехов, ржавые конструкции и разбитые фонари. У единственной освещённой проходной кучковались трое парней в потрёпанных куртках. Они не курили и не разговаривали, просто стояли, вглядываясь в подступающую темноту. Их позы были слишком расслабленными, чтобы быть настоящей стражей, и слишком собранными, чтобы быть просто болтающейся молодёжью.

Марк направился к ним, не ускоряя и не замедляя шаг. Он шёл с тем чувством скрытого превосходства, которое дают ему только что полученные осколки, новый уровень и знание о том, что его рецепты продаются без его участия. Он не проситель. Он — потенциальный партнёр.

Один из парней, самый молодой, с колючим взглядом из-под нахмуренных бровей, отделился от группы и сделал шаг навстречу.

— Место здесь не самое людное, — глухо произнёс он, пряча глаза. — Скажи, что ценнее: десять тысяч рублей или осколки от поломанного магнитофона?

Вопрос прозвучал как отстранённая философская притча для посторонних. Но для Марка он был кристально ясен. Это был пароль. Проверка на своего.

Не моргнув глазом, глядя куда-то мимо плеча парня, Марк ответил ровным, бесстрастным тоном:

— Осколки. Их не купишь.

Колючий парень кивнул, почти незаметно, и мотнул головой в сторону двери проходной.

— Проходи. Внутри ждут.

Дверь вела в небольшое помещение охраны — голые стены, стол, пара стульев.