резко клюнула в стекло. Негромко, но отчётливо. Раз, другой. После третьего удара она раскрыла клюв, и из него на подоконник выпал маленький, туго свёрнутый цилиндрик бумаги.

Птица задержалась на мгновение, будто убеждаясь, что послание доставлено, затем с глухим взмахом чёрных крыльев бесшумно сорвалась с подоконника и растворилась в сгущающихся сумерках.

Марк медленно, не веря глазам, приоткрыл форточку. Холодный воздух ворвался в комнату. Он протянул руку и поднял свёрток. Бумага была плотной, пергаментной. Он развернул её.

Внутри, выведенным угловатым, безличным почерком, было всего три слова:

«Завод «Энергия». Завтра. 22:00.»

Ни подписи, ни объяснений. Только время, место и безмолвный приказ.

Марк сжал записку в кулаке. Его планы на вечернюю вылазку за осколками внезапно обрели новый, опасный и совершенно неожиданный вектор. Кто-то знал о нём. Кто-то следил. И теперь этот кто-то назначал ему встречу.

Марк стоял у окна, сжимая в руке пергаментный свиток. Три слова горели в его сознании, как раскалённые угли. «Завод «Энергия». Завтра. 22:00.»

Кто?

Мысли метались, как пойманная в ловушку муха.

Никита? Нет, слишком прямолинейно. К тому же, после их разговора это было бы излишне театрально.

Пара из переулка? Возможно. Но их стиль — наглая провокация, а не таинственные послания. Да и ворона с горящими глазами... это был явно чей-то навык. Системный почтальон.

Кто-то с сайта? Наиболее вероятно. Но зачем такая демонстрация? Чтобы показать, что его могут найти в любое время? Или... это был тест? Проверка на смелость?

Он разжал пальцы, снова глядя на записку. Приглашение. Или приказ. В любом случае — возможность. Опасная, сомнительная, но возможность. Мысль о том, чтобы прийти сломленным просителем, с пустыми карманами и нулём за душой, была невыносима. «Приду к ним как нищий, и буду вечно должен. Они будут мной вертеть».

Ему нужны были козыри. Хотя бы маленькие. Хотя бы пара очков характеристик. Хотя бы намёк на силу. Он посмотрел на свой рюкзак, уже собранный и стоявший у двери. План был прост: найти ближайшую аномалию, желательно с парой-тройкой слабых гоблинов, и быстро заработать. Но теперь...

— Чёрт с ними, — тихо прошептал он. — Не буду я ждать их милости.

Он был поваром. Его сила была не в одиноком героизме, а в умении находить ингредиенты, смешивать их, создавать нечто новое. И он понимал: рано или поздно ему придётся вливаться в «коллектив». В гильдию, в клан, в чёрт знает что. Одиночка в этом мире был либо мишенью, либо дичью. Но он не был воином, рвущимся в бой. Он мог войти в эту дверь на своих условиях. Не как проситель, а как специалист. Как Шеф. А для этого нужен был хоть какой-то вес. Хоть какая-то демонстрация того, что он не просто «нуб с улицы».

Решение созрело мгновенно. Он не пойдёт на сделку с пустыми руками. Он пойдёт туда, принеся с собой закрытую аномалию. Как визитную карточку.

Через пятнадцать минут он уже сидел на заднем сиденье такси, глядя в окно на мелькающие огни. Водитель, пожилой мужчина с усталым лицом, покосился на его объёмный рюкзак.

— В сосновый бор? Ночь на носу, мужик. Охота прогуляться? — буркнул он.

— Что-то вроде того, — сухо ответил Марк, уставившись в темноту за окном.

Такси высадило его на обочине, у въезда в лесопарковую зону. Машина, пыхнув выхлопом, развернулась и умчалась обратно к цивилизации. Марк остался один в гробовой тишине, нарушаемой лишь шелестом хвои на холодном ветру.

Он зашёл вглубь леса, включив налобный фонарь. Луч света выхватывал из мрака причудливые коряги и густой подлесок. Он шёл, прислушиваясь не только ушами, но и всем своим существом, обострённым [Восприятием]. Он искал то самое чувство — трещину в реальности, мурашки по коже, запах чуждого мира.

Спустя несколько минут блужданий по замшелым тропинкам его [Восприятие] сработало. Воздух впереди заструился, словно над раскалённым асфальтом, а в ушах возник лёгкий, высокочастотный звон.

> Обнаружены пространственные аномалии.

> Нестабильный разлом [СОСНОВЫЙ БОР - 1]

> Угроза: Низкая.

> Аномалия: Флора. Растительность проявляет признаки агрессии и неестественной скорости роста.

> Задание: Стабилизировать разлом.

> Награда за закрытие: Опыт. Случайная награда. Осколки Системы

> Нестабильный разлом [СОСНОВЫЙ БОР - 2]

> Угроза: Умеренная.

> Аномалия: Фауна. Фиксируются искажения у местных хищников (повышенная агрессия, мутации).

> Задание: Стабилизировать разлом.

> Награда за закрытие: Опыт. Случайная награда. Осколки Системы

«Ну конечно, — с горькой усмешкой подумал Марк. — Бесплатный сыр только в мышеловке». Система явно давала понять: начальный «бонус» за поиск порталов закончился. Теперь всё серьёзно. Осколки нужно было заслужить кровью и потом, уничтожая угрозу, а не просто находя её.

Он посмотрел на два описания. «Флора» и «Фауна». Выбор был не из приятных. Сражаться с ожившими деревьями или с мутировавшими кабанами и волками? Он потрогал рукоять ржавого меча.

В голове у него всплыло сообщение с форума: «...карта на заражённую оранжерею. Шанс дропа с местных мобов...» Заражённая оранжерея. Аномалия «Флора». Возможно, это не просто совпадение. Возможно, это шанс.

— Что ж, — прошептал он, глядя на тёмный, молчаливый лес. — Начнём с сада.

Глава 11 "Лес, который почти стал клеткой"

Провал в разлом ощущался не как падение, а как протискивание сквозь плотную, влажную пелену. Воздух вырвался из лёгких с хриплым выдохом, и Марк грузно рухнул на мягкую, пружинящую подстилку из хвои и мха.

Он лежал, глотая воздух. Он был густым, обжигающе-холодным и пьянящим. Пахло гниющими великанами-деревьями, сладковатой падалью и чем-то цветочным, приторным, отчего слегка кружилась голова.

— Паёк? — сипло позвал он.

У его груди что-то зашевелилось. Из-за ворота куртки показался взъерошенный нос и пара настороженных глаз. Зверёк был в порядке, хоть и напуган. Марк медленно поднялся на ноги, отряхивая прилипшие иголки. Паёк, потирая пушистые щёчки забрался на своё излюбленное место, плечо.

Он стоял в лесу. Но таком лесу, что дух захватывало. Стволы деревьев вздымались ввысь, как колонны забытого богами собора, теряясь где-то в непроглядной темноте над головой. Их кроны, густые и сплетённые, образовывали сплошной зелёный потолок, сквозь который пробивались лишь редкие, пыльные столбы тусклого света. Они освещали заросли гигантских папоротников и причудливые, покрытые мхом валуны, создавая сюрреалистичный, зеленый мир. Царила гнетущая, звенящая тишина, которую нарушал лишь отдалённый, мерный щелчок, похожий на стук каменных когтей.

Марк осмотрелся, инстинктивно прижимаясь спиной к шершавой коре ближайшего