скользкой от опавших листьев. Ана смотрела под ноги, стараясь не споткнуться о камни и корни, и шла на звук воды. Ручей нашелся быстро. Она опустилась на колени на берегу и, погрузив свои израненные руки в воду, зашипела от холода.

Она отмывала руки, выковыривала грязь из-под ногтей так долго, как только могла, но без мыла все казалось бесполезным. А что насчет открытых порезов на ее пальцах? Неужели она действительно будет осматривать его рану окровавленными пальцами?

Ручей бежал меж камней, и Ана сказала себе, что это, должно быть, приток реки Намен. Чистейшая вода в мире. Слезы Ансель. Теперь и ее слезы тоже. От этой мысли у нее закружилась голова.

Что, если она застряла в очередной галлюцинации? Из-за всего, что она слышала на лекции, – что, если это подсознание рисует ей Средневековье во сне? Северяне-садисты. Рыцари дворца Эдин. Но тот мужчина утверждал, что человек из ее сна охотится на них. Что он ждал их у пещеры. Знал, что они придут. От этой мысли ее затошнило. Олег. Она слишком легко представила его себе, его татуированную голову и черные отметины на шее. Семь. Ему нужно было семь человек для жертвоприношения.

Какое непостижимое слово. Жертвоприношение. Ана никак не могла осознать всю его суть. Однако в ее памяти возник образ женщины с выбеленным лицом из пещеры. Вспомнился ее неестественный, словно многослойный голос, который звучал как множество голосов, собранных воедино. Ана покачала головой и опустила бурдюк в поток, ожидая, пока тот наполнится. Затем встряхнула его и вылила воду, прежде чем снова наполнить.

Вода текла по камням, и в этой ряби отражалось тусклое небо. По ее затылку пробежали мурашки. Внезапно Ана замерла, услышав тихий шорох шагов. Медленно повернув голову, она оглянулась через плечо. На каменистом берегу позади нее стоял мужчина. Внутри у нее все сжалось; он пристально смотрел на ее задницу.

Она резко обернулась, вскакивая на ноги, и его брови поползли вверх, когда он увидел ее бикини и многочисленные царапины на коже. Она отступила на шаг и нахмурилась, крепко сжимая бурдюк с водой, как будто это было оружие. Но она прекрасно понимала, что это не так, и скрестила руки на груди.

Мужчина был загорелым, высоким и широкоплечим, или, по крайней мере, так казалось из-за длинного плотного плаща цвета полуночной синевы и роскошной коричневой шкуры какого-то мертвого зверя, накинутой на плечи. Его темные волосы ниспадали до воротника, наполовину собранные сзади, с несколькими свободными прядями, обрамляющими лицо. На вид ему было чуть за двадцать.

Ана назвала бы его потрясающе красивым, с его карими глазами и густыми ресницами, если бы его взгляд на беззащитную, потерянную и полуобнаженную девушку не был столь пугающим.

Одежда мужчины была сшита из качественных и цветных тканей, сапоги, забрызганные грязью, – из прочной кожи и на толстой подошве. Плащ был застегнут изящной серебряной пряжкой с изображением башни и дерева. Откинув полы плаща за спину, он продемонстрировал украшенную драгоценностями рукоять длинного меча. С одинаковой легкостью и угрозой он положил на нее руку в перчатке.

– Мой спутник ждет меня, – произнесла Ана с уверенностью, которая удивила ее саму. Он лишь иронично приподнял бровь, медленно окинув ее взглядом с головы до ног. Возмущение пересилило страх, и она щелкнула пальцами. – Эй! Не будь таким мерзким.

– Твоему спутнику это не понравится? – Незнакомец сжал губы.

– Это не нравится мне.

Должно быть, она ударилась головой при падении. «Заткнись, Ана».

– Тогда, возможно, тебе стоит пересмотреть свою манеру одеваться, если ты не желаешь, чтобы тобой восхищались.

– Этот взгляд не имеет ничего общего с восхищением.

Боже, почему она не может остановиться?

– Я просто наполняла свою… штуку для воды, занималась своими делами. Может, тебе стоит вернуться к своим?

С выражением, говорившим о том, что его терпение на исходе, он спрыгнул с валуна. Ей пришлось отступить еще на шаг, чтобы сохранить дистанцию между ними, но она чуть не подвернула лодыжку на камнях. К тому же ей не хотелось намочить обувь. Незнакомец заметил, как она споткнулась, и с недоумением посмотрел на ее ноги. Не фанат Nike? Его взгляд снова скользнул по ней, отмечая ее джинсовые шорты и переливающееся бикини. Она поняла, что ее странность, непохожесть на других, вынуждает его задаваться вопросами, на которые она не в силах ответить.

– Все, что ниже этого холма, мои земли, и каждый, кто проходит по ним, мое дело.

– Я не собиралась задерживаться надолго, – Ана вздернула подбородок. – Как уже сказала, я просто набирала воду.

Он прищурился.

– Что ты такое?

Она моргнула, уловив резкий акцент на слове «что». Не «кто», а «что». Вещь.

– Что значит «что»?

– Ты слышала меня, девка.

– Девка? – Это была не лучшая тактика, чтобы выиграть время, но ей нужно было как-то задержать его и проскользнуть мимо. Ее посетила мысль сбежать от него, но он зажал ее у ручья, так что ей пришлось бы карабкаться по валунам, а после падения со скалы она не была уверена, что ее ноги смогут это выдержать. Ана потерла замерзшие руки, скрестив их на груди. – А ты кто такой?

– Разве я не сказал, что я владелец этих земель? – Мужчина начинал злиться и сделал еще один шаг к ней. Ана отодвинулась в сторону, но он снова преградил путь. – Отвечай на вопрос.

– Я не знаю как, – сказала она, повышая голос. Ана молилась, чтобы раненый рыцарь заметил ее долгое отсутствие и нашел в себе силы отправиться на поиски. – Как я могу ответить, если не понимаю вопроса.

– Кто ты такая, девка? – Он развел руками.

– Никто, – резко ответила Ана. – Путешественница. Просто девушка. Разве это имеет значение?

– Путешественница? – Новые сомнения и раздражение читались во взгляде незнакомца. – В разгар зимы, в такой одежде и с такой прической?

– На нас напали… бандиты.

– Они забрали твою одежду и остригли волосы? – Он бросил на нее презрительный взгляд. – Я не потерплю бандитов на своих землях.

– Северяне, – уточнила она, не решаясь назвать их «викингами», потому что в ее мыслях это звучало глупо. Как она могла оказаться где-то, где викинги были реальностью? Это звучало слишком нелепо. – На нашу группу напали северяне.

– Группу? – Мужчина скрестил руки на груди. – Я думал, что у тебя только один спутник.

– Нас отделили от остальных, – не было смысла вдаваться в детали. Она оценивающе посмотрела на незнакомца. – Джентльмен предложил бы помощь.

– Джентльмен, возможно, и предложил бы, – холодно сказал он. – Но северяне не нарушают границы этих земель, как и любые другие бандиты.

Паника сделала ее