Кхонг внял его совету. Едва он зарезал белого петуха, хозяйская дочь поворотилась и испустила дух. Раскопав подножье горы Небесных светил, королевские слуги нашли там множество древней музыкальной утвари и человеческие кости. Они сожгли все это, а пепел сбросили в реку.

На закате солнца король и Золотая черепаха взобрались на гору Виет-тхыонг. Нечистая сила тем временем превратилась в сову с шестью лапами, сова взлетела на сандаловое дерево с письмом в клюве. Золотая черепаха, обернувшись черной мышью, подкралась сзади к сове и укусила ее за лапу. Письмо свалилось на землю, король быстро подобрал его и разорвал в клочки. Так была побеждена нечистая сила.

Спустя полмесяца крепость была построена. Ширина ее составляла более тысячи чыонгов; стены поднимались кверху уступ за уступом, как завитки раковины, оттого и нарекли крепость Лоа-тхань{146} — «Крепость-улитка»; называли ее также крепость Ты-лаунг, то есть «Воспоминание о драконе», а во времена Танской династии из-за огромной ее высоты крепость прозвали Куньлуньской, ибо Куньлунь — название высочайшей горы.

Золотая черепаха прогостила у Ан Зыонга три года, затем распрощалась со всеми и воротилась восвояси. Прощаясь с нею, благодарный король сказал:

— Лишь с вашею помощью возведены эти стены. Но если нагрянет враг, чем Мы его отразим?

— Судьбы царств, их величие и паденье, покой и вражья напасть — все предопределено небом, — ответила Золотая черепаха, — государь же добродетелями своими и неукоснительным следованием закону может продлить благоприятные судьбы державы. Но если король выражает беспокойство, разве можем Мы отказать ему в помощи.

Она выдернула коготь и протянула его королю:

— Велите выточить из моего когтя спусковой крючок к самострелу. Выстрелите из этого самострела, а о прочем не беспокойтесь.

С тем Черепаха возвратилась в восточные воды.

Король приказал Као Ло изготовить самострел и сделать к нему спусковой крючок из черепашьего когтя. Назвали его «Чудесный самострел Золотой черепахи». Однажды князь из рода Чжао, по имени Та, вторгся в наши земли и начал войну с королем{147}. Государь выстрелил из Чудесного самострела, и войска Чжао Та были разбиты наголову; побежали они к Буйволовой горе и, не смея более противиться королевскому войску, запросили мира. На радостях король решил так: земли к северу от Малой реки отойдут к Чжао Та, а те, что к югу, останутся под его рукой.

В скором времени Чжао Та отправил к Ан Зыонгу сватов{148}. Государь, ни о чем не подозревая, отдал свою дочь по имени Ми Тяу — «Прекрасная жемчужина», за сына Чжао Та, которого звали Чжун-ши. Чжун-ши подговорил Ми Тяу втайне от всех показать ему Чудесный самострел, затем украдкой вырезал точно такой же спусковой крючок и, подменив им коготь Золотой черепахи, объявил жене, что едет на север, так как настало-де время проведать отца.

— Узы супружеской любви нерасторжимы, но равно нерушим долг перед родителями. Ныне я собираюсь проведать отца. Ежели случится так, что мир между нашими странами нарушится, и Север и Юг отойдут друг от друга, я все равно буду повсюду искать тебя. Назови же мне примету, по которой я мог бы найти тебя.

— Увы, горька моя женская доля, — отвечала Ми Тяу супругу, — чует мое сердце, что не снести мне тяжести разлуки с тобой. Запомни, надену я платье из гусиных перьев{149}. Где бы я ни очутилась, везде буду выдергивать их и бросать на перекрестках дорог. Так мы отыщем друг друга и спасемся.

И вот Чжун-ши привез отцу волшебный коготь. Обрадованный Чжао Та тотчас выступил в поход против Ли Зыонга. Государь же, полагаясь во всем на свой Чудесный самострел, отдавал все свое время шахматной игре. Поэтому, услыхав о приближении неприятеля, он только усмехнулся:

— Как видно, Та уже не страшится Чудесного самострела?!

Когда полчища Чжао Та приблизились к крепости, Ли Зыонг взял самострел, но, обнаружив, что драгоценный крючок исчез, отшвырнул его прочь и обратился в бегство. Он усадил Ми Тяу позади себя на коня и помчался на юг. Чжун-ши, находя на дороге гусиные перья, следовал за беглецами по пятам. Король доскакал до самого моря, дорога здесь обрывалась, а лодки поблизости не было.

— Это небо карает Нас! — вскричал в отчаянии король. — Где ты, о посланец вод Чистой реки, приди к Нам на помощь!

Золотая черепаха всплыла над водой и закричала:

— Сидящий позади тебя — виновник всех твоих несчастий!

Король выхватил меч и, не раздумывая, отрубил дочери голову. Перед смертью Ми Тяу взмолилась:

— Увы, такова женская судьба! Если замыслила я в сердце своем против отца, пусть стану после смерти прахом нечистым. Но если была верна дочернему долгу и согрешила безвинно, обманутая злыми людьми, пусть стану я жемчугом, чтобы очиститься мне от позора и причиненного мною зла.

Ми Тяу умерла на морском берегу; кровь ее, стекавшую в море, заглотали жемчужницы, и каждая капля стала чистым жемчужным зерном.

Король взял в руки носорожий рог семи пядей в длину, воды расступились, и Золотая черепаха увела его за собой на морское дно.

Говорят, будто случилось все это на землях За-шон, что в местности Као-са, в округе Зиен-тяу. Воины Чжао Та, достигнув наконец этих мест, нашли там только мертвую принцессу Ми Тяу. Чжун-ши обнял бездыханное тело супруги и отвез в Лоа-тхань, чтобы похоронить. Тело ее превратилось потом в камень нефрит{150}. Чжун-ши еще долго скорбел и сокрушался безмерно, но однажды во время купанья ему почудилось, будто видит он на воде отраженье Ми Тяу. Тогда он бросился в колодец{151} и умер.

Люди, жившие позже них, открыли: ежели жемчуг, добытый со дна Восточного моря, омыть в воде из того колодца{152}, то станет он чистым, заблестит и заиграет многими красками. Избегая называть имя Ми Тяу, нарекли они эти жемчужины перлами — большими и малыми.

Рассказ о Горе-балдахине

Гора Тан-виен расположена к западу от Тханг-лаунга, столицы государства Нам-виет. Вершина ее возносится на двенадцать тысяч триста чыонгов, а путь вдоль ее подножья равен девяноста восьми тысячам чыонгов. Поднимаясь к небу тремя округлыми уступами, напоминает она балдахин, именуемый «таном»; оттого и зовется гора — Тан-виен, то есть «Гора-балдахин». Согласно сочинению Танского монаха «Вступление к плачу о Цзяочжоу», Великого князя этой горы звали Шон Тинь, что означает: «Дух гор», и происходил он из рода Нгуен. Чудотворная сила Духа не знала границ. Стоило только во время засухи или же в дни наводнения вознести ему молитву, попросить у него защиты от