дискуссий не привели к компромиссу; на каждое предложение одной стороны следовал твёрдый отказ другой.

– Похоже, мы не придём к согласию сегодня, – сказала наконец Стелла. – Очевидно, что наши цели и методы слишком различаются.

– Да, кажется, так, – в голосе Пахома прозвучало облегчение. – Надеюсь, в будущем мы найдём более подходящий путь для сотрудничества.

Выморочное обсуждение утомило всех. Никто из них не желал идти на перемирие и сотрудничество. И все эти уговоры друг друга были в первую очередь уговорами себя.

Сейчас же они в первый раз за всё время собрания пришли к единому мнению.

* * *

Разочарование обеих сторон ощущалось в воздухе, и, наконец, оба лидера поняли, что дальнейшие попытки договориться бессмысленны. Встреча закончилась без каких-либо результатов, и обе делегации вернулись к своим племенам, испытывая горечь неудачи и возросшее недоверие друг к другу.

* * *

– Переговоры провалились, – сообщил Зик, не открывая глаз.

– Я выиграл, – быстро сказал Пикс-О, протягивая Кри руку. – Ты слишком веришь в сказку про дружбу.

Кри вздохнул и передал Пикс-О проигранный энергетический кристалл.

– Не надо было договариваться Шии’Мори и Гримам, – сказал он. – Они слишком разные. Шии’Мори и Шрумы – вот возможная коалиция. Оба племени любят лес, оба зависят от него. И оба работают с магией жизни. Почему они не пошли на переговоры?

– Ну ты только что всё верно сказал, – пожал плечами Пикс-О, рассматривая выигрыш. – Они слишком похожи, им нечего предложить друг другу – ничего необычного, заманчивого, невозможного, того, что кто-то очень сильно жаждал бы. Они могут объединиться, только если произойдёт какая-то общая беда и над ними нависнет общая угроза. Разольётся ручей, затопит земли и Шии’Мори, и Шрумов… И то, вполне может быть, что Шрумы оперативно соберутся и соорудят плотину, чтобы к ним не попало ни капли, а Шии’Мори затопило бы с головой. Они только выглядят простачками, а когда нужно, выдавят для себя всё.

– Нужно верить в других, – сказал Кри.

– Ну вот я в них и верю. Верю в то, что никому верить нельзя.

* * *

– Если к кому придут Протеи, Гримы или Шии’Мори с предложением договориться, не отвечайте им, – проскрипели старейшины, погружённые в землю. – Шрумы не будут договариваться ни с кем, кто хочет воспользоваться их умениями. Шрумам не нужна нечестивая магия Гримов, презренные технологии Протеев и уж, конечно, украденная у Шрумов магия Шии’Мори. Одур наш герой, и только мы достойны найти его амулет. Может так статься, что амулет до сих пор не попал в наши руки лишь потому, что ему мешают поиски других племён!

Толпа Шрумов в доме старейшин начала переговариваться.

– На-ши ру-ки, на-ши ру-ки… – началось тихое скандирование. – А-му-лет… а-му-лет…

Рудо, крепко сжатый соплеменниками со всех сторон, едва удержался от того, чтобы не влиться в общий хор. Ему что-то не нравилось в происходящем, его глодал какой-то червячок сомнения. Что-то говорило ему, что ни к чему хорошему всё это не приведёт, и этот внутренний голос был гораздо громче задорного скандирования в предвкушении успеха.

* * *

Провал в переговорах между Гримами и Шии’Мори только усилил напряжённость: каждое племя укрепило свои границы и усилило подозрительность в ожидании возможных враждебных действий от других сторон.

И не сказать, чтобы они были не правы.

Глава 4

Как только Пикс-О активировал свою магию, воздух тихо загудел. Вокруг начала формироваться область, где сила гравитации стихийно менялась. Воинов неожиданно подхватывало и поднимало в воздух. Они метались в попытках освободиться, но избежать невидимого захвата было невозможно. И пока они находились в милости Пикс-О, им оставалось только беспомощно махать в воздухе руками и ногами. Затем, после нескольких мгновений мучительной подвешенности, всё заканчивалось – Пикс-О резко изменял направление гравитационного поля, и воины стремительно падали на землю.

Пикс-О умело и точно выбирал свои цели и время для новых воздействий магии гравитации, стараясь минимизировать риски для своих соплеменников. Его логическое мышление и мощный ум позволяли предугадать, где в тот или иной момент окажется вражеский воин.

А врагов было много – в тот день на полянке собрались все четыре племени. Таиться больше не было смысла: они все искали амулет Одура. Найти мог только кто-то один. И выбрать этого одного нужно было сейчас.

Поэтому скрестились клинки, с грохотом ударились щиты, и пробудилась магия.

В момент, когда Пикс-О ослаблял свою хватку и воины начинали падать, слышался звук разрывающегося воздуха. Некоторые бойцы, осознавая, что удар о землю будет смертельным, в отчаянии пытались схватиться за что-нибудь в пустоте. Их соратники на земле, увидев падающие тела, инстинктивно отпрыгивали в сторону, стараясь избежать столкновения с ними. Поляна заполнялась зловещим хрустом и тяжёлыми глухими ударами, похожими на звуки срубаемых деревьев в тихом лесу.

* * *

Тем временем в тылу Пахом начал тихо нашёптывать заклинания. Его коса слегка дрожала, испуская тёмные искры.

Воздействие его магии первоначально было тонким, как свист ветра, но вскоре воины, боровшиеся с друг с другом в ожесточенной схватке, начали ощущать холодок, пробегающий по их спинам. Их руки дрожали, а глаза расширялись от страха.

Магия паники Пахома создавала иллюзии: многие начали видеть угрозы, которых не существовало. Тени между деревьями казались вражескими воинами, а шорох листьев вдруг напоминал шаги монстров. Эти галлюцинации усугубляли ужас, толкая сражающихся к бессмысленным метаниям, что лишь усиливало хаос в их рядах.

Это имело и обратный эффект: некоторые из Гримов тоже оказывались под влиянием паники и, впадая в отчаяние, теряли бдительность.

Некоторые солдаты, потерявшие под воздействием магии контроль над собой, начинали заполошно бегать по поляне, пытаясь уйти от мнимых преследователей, спотыкались, падали или необдуманно бросались в атаку на своих же товарищей. Другие же замирали на месте, окутанные облаком страха, неспособные сделать шаг или даже оглянуться.

Звуки битвы – звон клинков и крики – теперь смешивались с пронзительными стонами и воплями тех, кто подвергся воздействию магии Пахома.

* * *

Среди всего хаоса схватки на полянке выделялась одна фигура – артиллерист-ветеран Кэнор из племени Шрумов. Он похлопывал по своему оружию – старинной, но мощной артиллерийской установке, которую он собственноручно и с любовью модифицировал.

Когда началась битва, Кэнор быстро занял стратегическую позицию на холмике у края поляны. В его арсенале были не только обычные ядра, но и разрывные снаряды, заполненные камнями и металлическими осколками. Он знал, что его задача – максимально задержать противников и создать условия для атаки его племени.

С первыми выстрелами его пушек поляну окутал дым. Осколки снарядов с визгом