с твоей матерью и держала рот на замке двадцать пять лет. Но эта женщина теперь совсем опустилась, так что понадобились лишь деньги, — его смех скрежещет, ледяные капли стекают по моему позвоночнику. — В конце концов, я всегда получаю то, что хочу.

Тошнота снова подступает к горлу. Как только мне исполнилось восемнадцать, я попыталась узнать, кто мои родители, но это было закрытое усыновление. Она мертва, и я никогда не смогу с ней встретиться. Та жалкая искра надежды, за которую я держалась, съеживается, как сгоревшая бумага. А что насчет моего отца? Глядя в карие глаза мужчины передо мной, я чувствую сухость во рту, и мне трудно задать вопрос.

— Кто… Кто ты?

Мужчина выпячивает грудь с зловещей улыбкой, и я замечаю Майка позади него, сложив руки, слишком комфортно чувствующего себя в этом окружении.

— Какого черта? — выдыхаю я. Он вырубил меня сегодня утром. — Что это значит? Развяжи меня! Зачем ты это делаешь?

— Расслабься, сестренка, мы просто хотим поболтать, — усмехается он.

Это слово падает атомной бомбой мне в грудь. Мой рот открывается, разум лихорадочно перебирает все случаи, когда я разговаривала с ним с тех пор, как он начал встречаться с Куинн. Его вопросы о моем детстве… Я думала, он просто хочет быть дружелюбным.

— Нет, — хрипло шепчу я.

— Разве это не веселое воссоединение семьи, дочка? — насмешливо говорит старший, подтверждая мои страхи. — Мы все можем жить долго и счастливо. Джошу, возможно, понадобится помощь с нашими делами, — говорит этот незнакомец, называющий себя моим отцом, непринужденным тоном за обеденным столом.

— Джош? Даже твое имя было фальшивым? — визжу я. — О, Куинн! Клянусь, если ты причинишь ей боль…

Блондин поднимает руку.

— Твоя мать тоже была боевой, когда была молодой, — усмехается он. — Твоя подружка в безопасности.

Облегчение заливает меня.

— Нам нужно было, чтобы Джош подобрался к тебе поближе, после того как ты ускользнула у нас той ночью в пабе, — говорит он с разочарованным цоканьем, постукивая по подбородку. — Твой рыцарь в сияющих доспехах не сможет найти тебя здесь, — его карие глаза остры, как лезвия. — Эта база вне досягаемости федералов уже тридцать лет.

— Что со мной будет? — сглатываю я, дрожь снова пробегает по моему телу.

ГЛАВА 48 Картер

Тесная комната в участке пропитана запахом дешевого кофе и жаром, исходящим от людей, пристально вглядывающихся в пробковую доску. Команда, которую прислал Логан, вместе с моим начальником службы безопасности Дерриком и его отрядом спасения, все зажаты между несколькими офицерами шерифа.

Шериф Уокер указывает на спутниковую карту, приколотую в центре.

— Это место — лабиринт. Это заброшенный лесоповальный лагерь 1920-х годов. Мы не можем ворваться с оружием напролом через главные ворота. Это даст им время переместить ее и вооружиться в арсенале, который находится в одном из новых укрепленных зданий, — он постукивает по ряду темно-серых прямоугольников.

— Наше наблюдение показало два уязвимых места, — вмешивается Патель, руководитель оперативной группы Логана. Он направляет лазер на карту. — Линия деревьев здесь ближе всего к забору. Это дает нам хорошее укрытие, чтобы перерезать колючую проволоку. Старый пандус к реке — второй путь. Мы подойдем против течения, по воде.

Нетерпение зудит под кожей с каждой минутой, которую мы проводим здесь, вместо того чтобы идти за Элизой, но я знаю, что мы подвергнем ее опасности, если не подготовимся.

— А как насчет их охраны? — спрашиваю я.

— Мои осведомители говорят, что у них есть тяжеловооруженные охранники и сторожевые собаки, — сообщает нам шериф Уокер.

— «Танк» зафиксировал сигналы от более чем двадцати камер наблюдения по всей территории. Мы не увидим их под листвой, так что Спайк, — Патель кивает на одного из своих людей, возившегося с тактическим командным комплектом. — Вырубит их на десять минут.

Брови Уокера хмурятся, и он скрещивает руки на груди.

— Этого времени достаточно?

— Должно быть достаточно. Если больше — они поймут, что кто-то вмешался.

— Что дальше, после того как ваши люди проникнут на территорию? — нетерпеливо спрашиваю я, готовый сорваться с места.

Патель прищуривается, оценивая меня, но благоразумно не комментирует мое участие.

— Мы обезвредим охранников в вышках…

— Это лучшее, что значит «обезвредить», — перебивает его шериф Уокер. — Это и так несанкционированная операция. Начальство снимет с меня голову, если все закончится кровавой баней.

— Тогда, может, ты и твои люди уйдете в сторону и предоставите это большим мальчикам. Я не против испачкать руки, — цедит Патель.

— Это мой участок, я не позволю кучке боевых псов устраивать кровавое месиво…

— Хватит! — мой кулак с грохотом обрушивается на металлический стол, эхо разносится по стенам маленькой комнаты. — У нас нет времени на эту ерунду. Двигаемся быстро. Они не будут долго держать ее в одном месте, — мысль об Элизе, оставшейся с ними наедине, вызывает у меня тошноту. Она, наверное, в ужасе. Если они тронули ее хоть пальцем, я сравняю это место с землей.

Патель и шериф Уокер продолжают метать друг в друга взгляды, но больше ничего не говорят, пока офицеры обмениваются усталыми взглядами.

Деррик прочищает горло, привлекая всеобщее внимание.

— У них должно быть что-то еще, кроме камер, для оповещения. Нужно ожидать ловушек и датчиков движения. Мои ребята прочешут территорию до того, как вы достигнете границ комплекса.

Патель кивает, глядя на свою команду.

— Как только мы отключим их глаза на земле, вы входите и забираете цель. Шериф может войти после того, как мы захватим арсенал. Ждите нашего сигнала и включайте сирены. Шум привлечет их ко входу.

Я вздрагиваю от термина, которым обозначили Элизу.

— Я пойду с вами, — говорю я своему начальнику службы безопасности.

Деррик с беспокойством смотрит на меня.

— Без обид, босс. Но эта миссия чрезвычайно опасна.

— Я не спрашивал твоего мнения. Я говорю тебе. Элиза нуждается во мне.

Один из младших офицеров робко поднимает руку, как в школе.

— Прошу прощения, сэр. Что будет, если они нас заметят и поднимут тревогу?

Патель, шериф Уокер и Деррик, кажется, достигают безмолвного согласия.

— Готовьтесь к худшему. В нашем плане предусмотрена взрывчатка, — отвечает Патель, слегка счастливый от такого варианта.

— Верно. Я не уйду, пока она не окажется в безопасности, даже если это будет последнее, что я сделаю, — говорю я начальнику службы безопасности. — А теперь экипируйте меня.

Напряжение и тяжесть ответственности следуют за нами на улицу, пасмурная погода нависает над нашей группой. Сорокаминутная дорога через лес растягивается в вечность, пока Деррик еще раз вводит свою команду в курс дела.

Плечом к плечу с Дерриком в грязном окопе мы все присели вдоль