Следом за мной поспешил и Петер, а мои бойцы, словно погонщики гусей, стали сгонять обширное семейство мельника и работников двора в большую гурьбу, которую потом, опять же, как тех гусей, погнали за пределы ограды, в чистое поле.

— Удивительно, что ваш замысел не разгадали, милорд, — тихо проговорил Петер, поднимаясь со мной по скрипучим ступеням внутрь мельницы.

— Они невысокого мнения о моих способностях, сакратор, — едко ответил я, заходя внутрь.

Собственно, вся мельница состояла из огромного амбара, разделенного на пару подсобных помещений и зала, в котором размещался механизм и жернова, и где происходил процесс помола зерна в муку.

Сейчас привод был разомкнут — то есть жернова были остановлены, а колесо крутилось просто так.

Я подошел к огромным каменным дискам, которые были уложены бутербродом. Оценил железные оснастки, размеры валов, какие-то качели и корыта для подачи зерна… Здесь было уйма всего ценного, вообще, весь этот зал хотелось выдрать с корнем и перенести на свой надел. Словно я был британцем и охотился за экспонатами для национального музея.

— Начинаем, милорд? — спросил Петер.

Я только молча кивнул жрецу.

Белокурый толстяк сложил ладони на груди, прикрыл глаза и начал нараспев читать текст боевой молитвы. За шумом воды от колеса я толком не мог разобрать слов, да и сами храмовые тексты были на какой-то старой, не слишком понятной и одновременно торжественной версии донского языка, так что о содержании молитвы я мог только догадываться. Что-то про дарование сил и милости к детям своим.

Светлая шевелюра Петера стала испускать золотистое свечение, а в мельничном зале стало светло, будто бы кто-то зажег электрическое освещение. Я же, наблюдая за тем, как жрец полнится сверхъестественными силами, с сожалением размышлял о том, свидетелем чему я сейчас стану.

Восстановить мельницу при наличии камней, особенно такой конструкции, дело месяца, может двух, не больше. А еще простой пожар мог не взбесить Фитца и атритальских купцов в достаточной степени. Так что нам придется сделать то, что мы спланировали, чтобы сосед вышел за пределы городских стен и отправился вслед за нами в погоню, как только пламя утихнет, и он увидит, на что способна сила сакратора.

Петер перестал молиться, когда вся его фигура начала ровно светиться целиком. Жрец, отняв ладони от груди, сделал несколько шагов вперед, к мельничным жерновам, и замахнувшись, ударил кулаком по верхнему, самому ценному жернову.

Камень под кулаком Петера хрустнул, во все стороны полетела пыль и осколки, а через жернов протянулась длинная трещина. Жрец, помня наш уговор, ударил по каменному кругу еще дважды, пока самая важная часть вражеской мельницы не раскололась на три неравных части.

Вот это уже было настоящим объявлением войны. Наблюдая за тем, как огонь распространяется по мельничному залу, я подумал, что теперь у барона Фитца просто нет другого выхода, кроме как попытаться убить меня. Все прочие исходы будут для него слишком позорными.

Ведь он не смог защитить то, из-за чего, в общем-то, и началась наша междоусобица. То ли по недосмотру, то ли по собственной глупости.

Для меня же дело осталось за малым — добраться до второй мельницы и повторить трюк с раскалыванием жерновов, победить в прямом столкновении барона Фитца и, самое главное, выжить в процессе. Ведь в ушах почему-то настойчиво звенела угроза моей жены о том, что если я проиграю, она доберется до меня и в следующей жизни.

Глава 10

Виктор

Мы шарахались по кустам и буеракам, пытаясь уклониться от прямого столкновения с дружиной барона Фитца, уже второй день.

Мой южный соседушка крайне бурно отреагировал на акт бессмысленного и беспощадного вандализма, так что ни о каком спокойном переходе вглубь территории соседнего надела не могло идти и речи, особенно, когда барон Фитц окончательно осознал, что на Атриталь мы не пойдем, а вместо этого обогнем город и углубимся на его территорию.

Первое боестолкновение с авангардом атритальской дружины случилось уже к вечеру того же дня, когда мы уничтожили первую мельницу. Вот только связать нас боем не удалось; в отличие от дружинников Фитца, которые гнали коней, чтобы настигнуть отряд неприятеля, наши животные были довольно свежими. Ведь кони успели передохнуть и во время налёта на мельницу, и потом мы не слишком торопились, позволяя противнику сесть нам на хвост.

Полночи мы шли вперед, под утро встали на привал и дали отдых лошадям, а после двинулись дальше.

Между мельницами было примерно полсотни километров вдоль русла реки Херцфлюсс — расстояние двух неспешных дневных переходов. Но необходимость постоянной разведки и незнакомая местность нас замедляли. Но все равно мы были минимум в трех часах впереди преследователей, и помешать нам они не смогут. Главное потом не оказаться прижатыми к реке, ведь вторая мельница стояла недалеко от переправы на Кемкирх, на излучине, так что прямо сейчас мы сами шли в естественный карман, который очень быстро может стать для нас капканом.

— Вы конечно очень дерзко действуете, милорд, — заметил Петер, когда мы в очередной раз перевели лошадей на неспешный шаг, чтобы не вымотать животных раньше срока.

До второй мельницы оставалось всего пара часов, так что спешить было некуда. Если Фитц не отправил голубя и не втянул в конфликт лорда Кемкирха, путь впереди был открыт.

— Лучше пусть гоняются за нами, чем идут на Херцкальт, — ответил я жрецу. — По мне так это выгодный размен.

Петер важно кивнул.

В стычке накануне несколько бойцов получили царапины и ушибы, но жрец Алдира быстро вернул их в строй. Авангард Фитца был небольшой — десяток всадников, которых мы без особого труда обратили в бегство.

— Так-то оно так, милорд, но сдается мне, вы не все предусмотрели, — заметил жрец. — Как вы будете возвращать своего человека? Для обмена нужно что-то ценное.

— Предлагаете взять в заложники жернова второй мельницы? — усмехнулся я. — Вот только у нас не на чем их тащить.

— Всегда можно найти какую-нибудь посудину и сплавить их вниз по течению, — включился в разговор Грегор. — Они конечно тяжелые, но если у нас будет часа три-четыре…

— С божьей помощью и за час управимся! — хохотнул Петер. — Что думаете, барон? Возьмем заложников?

Я и сам думал над этим, но решил, что это будет слишком сложно. В моем воображении жернова пришлось бы грузить на телеги и везти по земле. Я как-то и забыл, что обе мельницы стояли на берегу судоходной реки, и что основные поставки зерна в регион делаются именно по воде.

Обменять оставшиеся жернова на Арчибальда