❈ ———— ≪ ❈ ≫ ———— ❈

Важное объявление!

Дорогие читательницы и читатели!

Я благодарен вам за то, что вы были со мной последние 72 дня — именно столько уже длится публикация книг цикла «Сердце Стужи». За это время было опубликовано суммарно 79 глав (три полных тома + часть четвертого), а эта, десятая глава 4-го тома, становится юбилейной 80-й. Совокупно написано 1 365 000 знаков чистового текста, что по объему соответствует «Идиоту» Достоевского или половине всей трилогии «Властелин Колец». Короче, это много текста и как минимум 1 365 000 нажатий на кнопки клавиатуры:) И я рад, что вы все это прочли! Для меня это очень важно, спасибо.

В отличие от других писателей АТ, я не работаю в связке с соавтором, не имел на старте большого запаса глав в стол (заранее было написано всего 5 глав, которые я почти все опубликовал в первый день) и я продолжал работать вне зависимости от состояния здоровья или настроения. Даже в дни, когда якобы уходил на выходные. К сожалению, жить в таком темпе слишком долго физически невозможно и я объявляю о смене расписания.

Вместо ежедневной проды мы переходим на режим 5/2. Я все еще постараюсь писать в любой свободный момент, но мне физически необходим гарантированный отдых и время решать бытовые вопросы, не будучи прикованным к ежедневной публикации. Соответственно, следующая глава «Сердца Стужи» будет опубликована в ночь с 02.11 на 03.11, то есть в понедельник, как и всегда, в 00:00 по МСК.

Еще раз спасибо за то, что покупаете и читаете мои книги. Увидимся на следующей неделе!

Глава 11

Виктор

Добрались до точки встречи с бароном Фитцем мы быстро — меньше, чем за сутки, ведь теперь нам не приходилось петлять от преследователей, а требовалось просто идти вдоль русла реки, никуда не сворачивая. Как выяснилось, прибыли мы первые, так что смогли спокойно переправиться сами и переправить на другой берег всех лошадей, и боевых, и вьючных, никого не оставляя по ту сторону водной преграды.

Правда, чтобы процедура переправы прошла без эксцессов, я заставил своих парней выгрузить жернов на берег, чтобы точно можно было загнать на палубу лошадей без угрозы перевернуть посудину. Это мое решение популярным было назвать сложно: парни надеялись, что мы все же заберем жернов как трофей и установим на своей мельнице. Ведь поставить любой ответный камень в основание не особая проблема, самое сложное — выточить паз под вал и оснастку механизма, что на взятом в заложнике жернове было выполнено по высшему разряду. Но противиться моему приказу никто не стал, а стоящий за моим плечом по-отчески улыбающийся Петер вовсе делал мои приказы просто неоспоримыми.

— Я вот не могу понять, сакратор, они теперь уважают более вас или все еще меня? — иронично спросил я у толстого жреца, который стоял рядом со мной на берегу и наблюдал за тем, как выгружается последний рейс.

— Конечно же вас, милорд, — улыбнулся жрец. Петер стоял, словно забияка из подворотни, лихо заправив большие пальцы в вырезы своей бригантины на подмышках, будто держался за невидимые подтяжки. — А то, что люди смотрят на меня, так это больше от страха и непонимания. Все же, Алдир явил нам чудо, отозвавшись на мои молитвы.

— Вы думали, бог проигнорирует вашу просьбу? — спросил я.

Петер чуть помялся, окидывая берег реки блуждающим взглядом.

— Как вам сказать, милорд. Я читал о сакраторах все, что смог найти, но и этого было мало. Какие они были? Как молились? О чем просили и как действовали на поле боя? Правильно ли то, что я надел этот доспех, который вы для меня изготовили, да взял в свою руку грозный цеп? Неведомо мне все это, ведь о боевых жрецах осталось так мало упоминаний… И не ведал я, откликнется ли Алдир на мою просьбу, ведь то, что благо для нас и нашего отряда, есть разорение для других его детей. И есть ли в этом высшая справедливость?

На лице белокурого толстяка появилась тень сомнений, которую я поспешил отогнать.

— Не думайте обо всем так масштабно, сакратор Петер, — с нажимом на титуле жреца, проговорил я. — Высшая справедливость удел богов, а в жизни простого смертного все относительно.

— Может, вы и правы, милорд, — ответил жрец.

— Я знаю, что я прав, — продолжил давить я на жреца. — По мне так человеку достаточно жить по совести и помнить, что свобода одного заканчивается там, где начинается свобода другого. Следуя вашей логике, для наших врагов я злодей, который вероломно напал на мельницы… Но жили ли они по совести, чтобы сетовать на то возмездие, которое обрушилось на их головы? Правомерно ли они украли честно заработанные двадцать серебряных фунтов, имели ли право не законное, а право по совести, арестовывать моих подчиненных?

— Конечно нет, — тут же покачал головой Петер. — Тут же все очевидно, кто прав, а кто виноват. Пусть войну объявили вы, милорд, но вас вынудили это сделать, каждый житель Херцкальта это понимает, даже самый последний тугодум.

— Тогда и не стоит беспокоиться вам о высшей справедливости, — успокаивающе заключил я, кладя ладонь на плечо жреца. — Если Алдир отвечает вам, сакратор, значит вы все делаете правильно.

Петер с благодарностью посмотрел на меня, после чего неловко улыбнулся. Его терзали сомнения в легитимности того, что он сейчас делал. Возможно, он был первым жрецом за сотню лет, кто осмелился взять в руки оружие и воззвать к воле Отца, прося о заступничестве и помощи Алдира. И сейчас Петеру казалось, что он стал глупцом и плутом, который не только заблуждается сам, но вводит в заблуждение и высшую сущность.

Я не знал, почему местное божество с такой охотой отвечает жрецу, но точно понимал, как работает психика человека, пребывающая в экзистенциальном кризисе. А Петера настиг именно он. Так что я сделал единственное, что могло сейчас точно помочь жрецу — вернул его фокус внимания из недосягаемых высот сюда, на бренную землю. Напомнил ему, что он не всесилен и не способен понять замыслы того же Алдира. Как и я, как и любой другой смертный. Так что достаточно того, что его бог отвечает на молитвы Петера и дает всем нам силы осуществлять задуманное. Этого акта доверия вполне достаточно, чтобы не размышлять и не сомневаться, а просто делать.

И мы делали.

В укреплениях не было необходимости, как и в долгой подготовке, так что парни просто расположились на краю луга и зажгли несколько