хорошо платила, но он, видимо, был из тех, кому нужно пускать в ход кулаки, чтобы получать удовольствие от работы.

Отойдя на десяток шагов, охранник достал из-за пазухи свернутую газету и углубился в чтение. Дэвид оглянулся на по-прежнему распахнутую дверь. Вероятно, служанка пошла доложить о его визите хозяевам. Опросить их тоже хотелось бы, но упустить шанс пообщаться с Фредди наедине он не мог.

Мальчик сидел, опираясь на подушки, в пижаме, тапочках и накинутом поверх халате. Левая рука была зафиксирована в стальном каркасе, а мочку левого уха скрывал ком лейкопластыря. Волосы казались влажными, лицо – бледным.

– Сожалею о случившемся, Фредди. Меня зовут Дэвид, – произнес журналист негромко и сочувственно, протягивая удостоверение. – Дэвид Келман из криминального отдела.

Фредди поднял безучастный взгляд. На миг Дэвиду показалось, что его сейчас спросят, полицейский ли он. Нелепое фиаско – услышать прямой вопрос от несчастной жертвы, благополучно миновав беспечного стража. Чтобы скорее проскочить неудобный момент, он поспешно вытащил диктофон и положил на стол, специально садясь так, чтобы прикрыть его собой и не дать охраннику или служанке заметить.

– Не возражаешь, если я запишу нашу беседу? Чтобы ничего не забыть.

Мальчик заторможено кивнул.

– Отлично, – продолжил Дэвид, вновь опасливо покосившись на Кервина, но тот не приближался, увлекшись газетой. – Итак, начнем с самого начала…

Запинаясь, Фредди начал пересказывать события той трагической ночи. Дэвид старался не мешать, лишь изредка вставляя вопрос-другой и то и дело поглядывая на дверь.

– Как ты думаешь, почему Джоди попросила тебя выйти из машины?

Фредди явно смутился. В силу возраста он еще не понимал, что физическая близость по обоюдному согласию – сущая мелочь по сравнению со случившимся.

– Ну… наверное, им хотелось побыть наедине.

– Больше ничего, точно? – поднажал Дэвид. – Не слишком они взрослые для этого?

Фредди слегка нахмурился.

– Я и сам все думал…

– О чем?

– Что-то было не так, когда мы ехали.

– В каком смысле?

– Ничего особенного, но Джоди с Риком как-то странно себя вели… и со мной тоже. Молчали все время, а потом вдруг проголодались.

Он подавленно умолк.

– Понятно, – кивнул Дэвид, – и тогда ты вышел за едой. А снаружи никого не увидел – какие-нибудь другие машины?

– Нет, но я об этом уже рассказывал другим полицейским.

– Это каким другим? Мне просто интересно.

– Женщине. Хаген вроде бы ее фамилия.

Дэвид понимающе кивнул. Линда Хаген из отдела уголовного розыска Эссекса.

– Что же случилось, когда ты вернулся к машине?

Фредди продолжал рассказывать со слезами на глазах. Машина скорой помощи, крики в темноте, наколка с пауком, а затем кошмарная погоня… В пресс-релизе полиции ничего этого не было, в частности, информации о людях в зеленых комбинезонах. А ведь под это описание подходил человек, засветившийся с краденой кредитной картой на заправке в Норфолке в сентябре.

– Я хотел бы кое-что уточнить, – перебил мальчика Дэвид. – Говоришь, расслышал имя Мара?

– Да, как-то так.

Дэвид обернулся, услышав шорох газеты. Кервин все еще держал ее в руке, но смотрел на дверь, будто удивляясь, почему до сих пор нет хозяев. Беседу пора было заканчивать, но уж очень хотелось довести дело до конца, раз выпал шанс.

– Вы хотите поговорить с отцом? – спросил мальчик. – Они с Джейсоном уехали в Фен-Корт-Гарден.

Дэвид промолчал. В Фен-Корт-Гардене располагался головной офис «МДС Груп».

– Пытаются вывести из оборота деньги, – добавил Фредди. – Все думают, что мы сверхбогачи, но даже моему отцу непросто достать разом десять миллионов.

Ого, подумал Дэвид. Куда круче пятисот тысяч. Стало быть, его версия верна. Кто бы ни были эти мерзавцы, в тот первый раз они изначально планировали убийство, чтобы придать вес своим требованиям и облегчить переговоры теперь. Расследование этого похищения может стать второй ступенькой его карьерной лестницы!

Еле сдерживая слезы, Фредди продолжал рассказывать о своем бегстве через поле для гольфа в непрерывном ужасе ожидания очередной пули. Дэвид почти уже не слушал, все дальнейшее было хорошо задокументировано, включая показания водителей на шоссе А12. Он кивал, пытаясь про себя сложить кусочки мозаики в единое целое.

Похитители приехали на фальшивой машине скорой помощи – идеальное прикрытие. Со своей мигалкой и сиреной она проскочит где угодно. От зеленых комбинезонов санитаров тянется ниточка к похищению и убийству Даррена Дойла и Шерил Брайант. Короче, действует хорошо организованная банда похитителей, никаких сомнений теперь нет. Известно даже имя одного из них, которое сообщник, должно быть, выкрикнул, запаниковав, когда увидел свидетеля. Мара. Женщина? Трудно себе даже представить.

Дэвид не мог припомнить подобной сенсации у себя в руках. Конечно, его многие возненавидят: полиция – за то, что наступает на пятки, а Мартиндейлы – за беседу с мальчиком под чужой личиной. Однако миллион проданных экземпляров газеты поможет пережить любую ненависть.

Глава 7

Наши дни

Дэвид долго рассматривал коробку, прежде чем решился открыть. Он все еще пытался утешить себя мыслью, что взять никому не нужное барахло из мусорного бака – никакая не кража. Тем не менее нисколько не сомневался, что семья Мартиндейл решит иначе. История крайне болезненная для них, и чертову коробку даже заклеили скотчем, вероятно, чтобы никто при утилизации отходов случайно не увидел содержимого.

Хотя, в конце концов, свидетелей не было, так что в игру вступило старое доброе самооправдание Дэвида Келмана: за руку не схватили, так зачем париться. Это мало отвечало его чувствам в последние пару дней, однако, с другой стороны, только он и сумеет извлечь пользу из коробки с бумагами Фредди. «Результат его последних отчаянных попыток разыскать Джоди». Никому больше не удастся превратить кипу макулатуры во что-то стоящее. У Дэвида были не только профессиональные навыки, но и мотивация. И все же он медлил.

Поднял взгляд на газетную вырезку, приклеенную к стене:

САМОУБИЙСТВЕННЫЙ ПРЫЖОК НЕБЛАГОПОЛУЧНОГО НАСЛЕДНИКА

Сюжет сопровождали два нечетких снимка: Фредди Мартиндейл перед тем, как похитили его сестру, – спокойный и довольный, причесанный, в школьном галстуке; а ниже тот, каким был год назад, выходя из здания суда после назначения штрафа за хранение наркотиков, – тощий и прыщавый восемнадцатилетний парень с растрепанными волосами и пустым взглядом.

– Я и впрямь должен тебе, Фредди? – спросил Дэвид вслух. – Только потому, что выполнял свою работу?

И все же, насколько благородна такая «работа»? И чем занимается он сейчас – пытается выжать из несчастной судьбы подростка лишние крупицы прибыли? Впрочем, если сидеть сложа руки, ответа все равно не найти. Дэвид взял ножницы и разрезал скотч. Открыл коробку и обнаружил то, что ожидал: кипу мятых бумаг, исписанных с обеих сторон шариковой ручкой.

Прежде чем рыться, он натянул пару толстых кожаных перчаток. Фредди Мартиндейл умер наркоманом, и не исключено,