Хальвдан покрепче взялся за молот. – Попробуем остановить его до того, как он растопчет Борре.

– С десяток берсерков хватит, чтобы покончить с этим. А будь здесь волки..! – Скалль яростно сжал руки.

– Скалль, ты не управляешь ни берсерками, ни волками! – отрезвляюще крикнул Хальвдан и, подойдя ближе, неожиданно толкнул Скалля кулаком в плечо, заставив того слегка пошатнуться. Больше от неожиданности, чем от веса удара. – А чтобы управлять хоть кем-то, придётся доказать, чего ты стоишь! Чего стоит наш союз! Так что сражайся со мной. Мы – двое единственных избранных, способных справиться. Пусть все видят, что нам не нужны волки!

Конунг быстро перевёл взгляд с великана на берсерков позади, которые пристально смотрели на него. Его руки дрожали, но в глазах были гнев и ярость. Скалль прижал запястье к груди, вдавив заветное кольцо в кожу так, что мелкие кристаллы впились и застряли. Чтобы почувствовать, что его бессмертие с ним.

– Не промахнись мимо врага, Хальвдан. Один удар по мне, и твой молот превратится в прах, – прорычал он, принимая боевое положение.

– Или ты превратишься в лепёшку.

Скалль кивнул.

Позади не закрывали ворота. Берсерки толпились, останавливаемые лишь своим нынешним вождём от того, чтобы всей стаей кинуться в атаку.

Ётун приближался стремительно, его шаги сотрясали землю. В руках он сжимал не дубинку, как казалось прежде, а вырванное с корнем дерево.

Скалль и Хальвдан стояли рядом, разделённые лишь шагом. Достаточно, чтобы размахнуться, но не потерять друг друга из виду. Над головой уже сгущались тучи, и гром гремел вдалеке.

– Я верю в тебя, брат, – прошептал Хальвдан, а Скалль услышал голос Торгни. Его будто что-то ударило в спину.

Но в то же мгновение великан уже оказался перед ними, и думать стало поздно. Своей целью великан выбрал Хальвдана, будто даже не заметив Скалля. Он повернулся к ярлу, тут же отскочившему в сторону, и занёс над ним дерево. Молния успела сверкнуть в небе, но ударила позади ётуна, оставив на снегу чёрный след.

Хальвдану пришлось вновь отпрыгнуть, уворачиваясь от ударов, когда Скалль наконец оказался у ног исполина, чтобы ударить его по сухожилиям. Ётун взревел, но продолжил преследовать Громовержца.

– Эй! – окликнул его Скалль, снова оказываясь за спиной врага.

Но ётун не обратил на него внимания.

А Хальвдан уже начинал выдыхаться, прыгая по снегу. Великан яростно преследовал, его оружие оставляло глубокие вмятины в мёрзлой земле. Каждый удар заставлял ярла откатываться, снег забился между кожаных накладок его брони. Дыхание Хальвдана стало тяжёлым, Скалль слышал его отчётливо, каждый вздох.

Молнии били в цель, но не одна и не две успели промахнуться, заставив Скалля кинуться прочь. Однако те, что попадали в великана, лишь заставляли его вздрогнуть, но ни одна не пробивала броню из заледенелой корки.

Между тем Скалль заметил, что великан намеренно игнорировал его. Даже когда он вонзал топоры в его толстые ноги, чудовище лишь ревело, но не оборачивалось.

«Он гоняется за наследником Тора…» – понял конунг, и в тот же миг в голове созрел план.

– Хальвдан! – крикнул он, отбегая в сторону. – Отвлекай его! Я знаю, что делать.

Ярл, едва увернувшись от очередного удара, кивнул. Его глаза вспыхнули, молот будто перст указал небу на ётуна. И на этот раз молния ударила точно. Не в великана, а в его оружие. Дерево вспыхнуло, ослепляя чудовище на мгновение, и он откинул его в сторону, оставив полено догорать.

Этого хватило.

Скалль бросился вперёд, подпрыгнул и вонзил топор в бедро великана, попав в щели его ледяной брони. А следом второй, крепко повиснув на них будто на выступах скалы. Великан тряс головой, не обращая внимания на Скалля. Так что он уцепился за края рваной ткани, напоминавшей штаны, успев выдернуть только один топор, и вскарабкался вверх. Кожа великана была синяя, вся в рытвинах, словно потрескавшаяся кора.

И он пополз выше, впиваясь пальцами и остриём топора в расщелины кожи.

Ётун, ослеплённый молнией, даже не увидел, как юркий маленький враг оказался на его спине. А когда прозрел, то сразу потянул руки вниз, пытаясь схватить толстыми пальцами Хальвдана.

– Давай, младший, быстрее! – воскликнул он, но в тот же момент широкая рука откинула его в сторону.

Скалль стиснул зубы и воспользовался моментом, когда великан наклонил корпус вперёд. Он легко вспрыгнул ему на спину и за пару шагов добрался до шеи, с трудом балансируя.

Наконец ему удалось замахнуться и ударить единственным топором по шее ётуна, у самого уха, где виднелась незащищённая кожа. Брызнула синяя кровь, великан бешено закрутился, как медведь, пытающийся сбросить с себя пчёл. Его огромные ладони хлопали по собственной спине, но Скалль, как клещ впившийся в шею зверя, держался мёртвой хваткой. Он вонзил топор глубже, разрывая толстую кожу, и синяя кровь хлынула ручьём.

– Хальвдан! Сейчас! – проревел Скалль, едва удерживаясь на качающейся громадине.

– Слезай оттуда! – Хальвдан нерешительно сжал молот, понимая, в чём заключается план конунга. – Я тебя убью!

– Вот и узнаем! – прорычал в ответ Скалль.

Наконец, подпрыгнув на ноги, ярл поднял молот высоко над головой и опустил его перед собой, будто повторяя стрелу молнии.

Громовой разряд ударил прямо в спину Скалля. Яркая вспышка прошила его тело насквозь, прошла через древко топора, расщепив его на осколки, и через лезвия в самое нутро великана.

Яркий свет озарил всё вокруг. Ётун застыл на мгновение, его тело затряслось, кожа почернела, броня треснула. Затем с глухим стоном он рухнул вперёд, как подрубленный дуб.

Скалль упал следом, прокатившись по снегу, но тут же поднялся на колени, разминая руку. Кончики пальцев кололо, но сам он был цел. Он встряхнул онемевшей рукой, чувствуя, как по коже бегут странные мурашки. Дым поднимался от обугленных краёв рубахи, но кожа под ней была лишь слегка покрасневшей.

– Ты… цел? – Хальвдан подбежал, его глаза широко раскрылись при виде невредимого брата. – О боги, Скалль!

– Испугался? – невесело усмехнулся он в ответ и поднялся на ноги.

– Ты знал, что моя молния тебя не тронет?

– Знал, конечно, – соврал Скалль, но не выдал себя, придав голосу непринуждённой самоуверенности.

Они какое-то время стояли молча, тяжело дышали и следили глазами за тушей великана. Тот уже не попытался встать, даже не пошевелился. На шее зияла большая чёрная отметина, а синяя кровь запеклась по краям.

И только когда дыхание их восстановилось, а в ушах перестала стучать кровь, братья услышали яростные крики, доносившиеся от ворот. Берсерки и люди Борре, наблюдавшие за битвой, ревели наперебой.

– Вот теперь все видели, на что способна сила избранных, – Хальвдан хлопнул брата по плечу. – И без волков, и без берсерков ты способен сражаться за нас.

– Представь, каким я стану, когда получу силу зверя, – Скалль задумчиво потёр ещё раз руку, но последние ощущения после удара молнии растворились в его теле.

Они медленно обошли поверженного исполина, словно валькирии,