Замок выглядел еще мрачнее, чем запомнился с прошлого раза.

Эдвард сошел с моста уже за его стеной. Сейчас вокруг не было серого тумана, вдалеке виднелась кромка леса, а вокруг были холмы с пожухлой травой.

Эдвард хотел выкрикнуть вызов противнику еще раз, когда из арки, ведущей в башню, появился всадник. Железная маска, красные глаза – лошадь Морана была таким же автоматоном, как и его гончие. Эдвард стоял, сжимая рукоять меча, и видел самодовольную ухмылку противника. Сейчас он не пытался принять облик Эдварда – разумеется, в своем истинном облике Моран был крупнее в полтора раза.

Принцу было не по себе от мысли, что сейчас придется драться почти стеклянным мечом против стального. Обсидиан выглядел таким тонким по краю и хрупким. По всем правилам он должен был разлететься вдребезги от первого удара. Но вдруг в междумирье другие правила?

Или легенды о нем лишь легенды и сейчас Эдварда попросту убьют?

– Медвежонок надел корону, чтобы я мог разглядеть его? – хрипло рассмеялся Моран. – Что же творится в этом мире, если блоха вызвала боевого пса на поединок?

Эдвард пытался дышать ровно. Трудно сохранять спокойствие, когда, чтобы взглянуть противнику в глаза, надо задирать голову.

– Ты сам назвал себя собакой, мне нечего прибавить, – зло ответил он. Сердце полнилось чистой кусачей яростью, будто кто-то внутри разжигал костер, и этот костер искрил.

Моран только усмехнулся, и его взгляд задержался на черном клинке.

– Откуда ты вытащил эту игрушку? Когда-то с ним не совладал твой предок, а он был глупец, но воин.

– Не совладал? Тогда почему ты здесь?

– Один хрустальный предатель слишком привязался к людям. Из него получилась неплохая подставка под меч.

– Неважно, что случилось тогда. А сейчас ты много говоришь. Боишься ответить на вызов?

Моран усмехнулся:

– Ты выбрал глупую смерть. Зато быструю. Я не стану сильно портить мое будущее тело.

С этими словами он спешился, и Эдвард почувствовал, как земля содрогнулась от его веса. В доспехе и в полный рост так близко Моран казался ожившей скалой. Он встал напротив и вынул из ножен простой стальной меч, с рукоятью, оплетенной кожей. Думать не хотелось, чьей.

– Ну что застыл? Нападай! Или ты боек только на язык?

Эдвард умел обращаться с мечом, но до этого дня участвовал только в учебных поединках. Мечом он никогда никого не бил так, чтобы убивать. И не думал, что ему, ритуалисту, это вообще может понадобиться. Теперь он вспоминал уроки фехтования и кружил около противника, так и не решаясь на удар. Ударить первым не так просто, как кажется. Поймать нужный момент. Перейти грань. Смотреть примерно на грудь противника, чтобы отследить любое его движение. Не на меч. Не на руки. Ноги пружинят. Дистанция. Ну!

Эдвард представил себя на тренировке и наконец атаковал. Сверху в левое плечо противника и снизу по правому бедру. Моран легко уворачивался, точнее, лениво переступал, отойдя на шаг и даже не поднимая свое оружие.

– Я думал, что с саблями танцуют только магрибские девки. Но вижу, и тебя этому кто-то научил.

Рядом с металлическим лязгом заржал уродливый железный конь.

Костер ярости разгорелся сильнее. Шаг вперед, и быстрый подшаг, и меч – продолжение руки. Анкор Геаррад выдержал удар о сталь, лишь зазвенев высоко и зло. И Эдварду показалось, будто вместе с мечом звенит от ярости он сам. И что его воля и воля меча – вместе, и они равно жаждут этого боя.

Вокруг слышались женские голоса. Те же, что донимали Эдварда в видениях. Сначала это были едва уловимые протяжные ноты, но сейчас они звенели все громче. Поднимались звенящим механическим воем. Господи-и-и, господи-и-н. И они злили тоже.

Танец тренировки потерял красоту, став боем. Тяжелым боем насмерть.

Эдварду казалось, что он дерется с камнепадом. Не было пустоты, куда можно попасть, поймав мгновение, когда противник откроется, – скала не открывается. От ударов Морана Эдвард успевал закрываться, но их сила отдавалась болью по всей руке, наливавшейся мучительной тяжестью.

В легендах у героя все получается. Тем более с волшебным мечом.

Этот бой не был похож на легенду.

Мечи скрестились вновь. Эдварду стоило уйти от удара, дав себе пространство, не пытаться удержать удар такой силы, но он промедлил с отходом, так что выбора не осталось. Поймав на меч клинок врага, Эдвард сначала услышал хруст и лишь потом почувствовал, как руку обожгло болью до искр и слез из глаз.

Треснувший Анкор Геаррад выскользнул из переставших слушаться пальцев и раскололся.

Следом упал на землю и Эдвард.

* * *

Церемонию надлежало провести в особом месте. Графиня Мур предпочла бы, разумеется, свой прекрасный особняк или летний дворец, так любимый принцессой. Но выбора не было – только ферн. Так приказывал Повелитель. Через Алису с ним получалось говорить довольно подробно, разумеется, несмотря на его рубленую, чисто мужскую манеру речи. Хорошо, что, прежде чем Алиса зарвалась и с ней пришлось резко и решительно расстаться, графиня подробно записала все, что нужно будет делать дальше.

Попытка Алисы похитить Эдварда самостоятельно стала для нее приговором. Графиня именно в тот момент поняла, что власть надо забирать себе. Приворотное магрибское благовоние для такого случая было недостаточно или опасно, даже неопытная магика должна бы понимать это. Одна доза – недолгий приворот. Двойная – короткая потеря сознания. Тройная – потеря сознания надолго, после этого можно и вообще не прийти в себя.

И толку было бы от мертвого тела принца, кроме неприятностей? А если бы после двойной дозы он пришел в себя быстро, как справилась бы с ним Алиса? И уж надеяться на приворот юноши со столь дурным вкусом, что он влюблен в эту свою ужасную невесту, в которой ни крупинки истинной женственности… ну не работает приворот против влюбленности, это знают даже девицы из веселых домов.

Ужасно. Весь план поставить под удар из-за порыва и желания сделать все по-своему и выслужиться перед Повелителем. Вот графиня… ладно, с небольшой помощью Энии придумала все идеально. Подкараулить в уединении, когда все веселятся, или выманить, двойная доза магрибского благовония, карета с королевским гербом, какие возят особую почту, ее все пропускают. Братья Мэйвинтеры, ах, милые мальчики. И все получилось.

Осталось чуть-чуть.

Пять десятков женщин собрались у ферна. Пять десятков мечтавших о великой силе, которой одарит их Повелитель. Фелиция Мур разбрасываться никакой силой не собиралась. Стать королевой – вот это да, по ней. Она будет идеальной парой королю Морану. Глупую, но послушную Джину и девочек Мэйвинтер сделать