class="p1">Сдав паспорт на обмен, Настя с Василием, купив по дороге бутылку вина, не спеша пошли домой.

– Отметим наше семейное событие. Ты что загрустила, Настюха? – Василий заметил, что Настя идет какая-то притихшая.

– Батю с мамой вспомнила. Вот уже и замуж вышла, а они и не знают. Где они, что с ними? Живы ли?

– Ничего, Настенька, подожди немного. Мы найдем их. Я обещаю тебе, что-нибудь придумаем.

– Правда, Вася? – Настя с надеждой посмотрела на него.

– Ну, конечно. Потерпи чуточку, найдем мы твоих родителей. Еще и в гости поедем к ним вместе. Теперь у нас все будет хорошо. А главное – это то, что мы теперь всегда будем вместе.

Вечером, пока тетя Варя ходила на работу, Василий с Настей приготовили ужин, поставили на стол бутылку вина и уселись ждать тетку.

Увидев накрытый стол, тетя Варя пригласила на их маленькое торжество соседку – тетку Дарью, которая знала Василия еще с детства. За ужином Настя, выпив вина, раскраснелась, расслабилась. Ей и вправду показалось, что все напасти уже позади. Прижавшись к Василию, она сидела притихшая и счастливая.

Вскоре тетка Дарья стала собираться домой и позвала с собой тетю Варю:

– Пойдем, старая, нечего нам сегодня здесь делать. У меня переночуешь.

Когда женщины ушли, Настя еще сильней прижалась к Василию. Выключив свет, они долго сидели, тесно прижавшись друг к другу, и целовались до опьянения. Василий шептал ей на ухо, как будто кто-то мог их услышать:

– Настя, я такой счастливый. Я всю жизнь буду любить тебя.

– Васенька, я даже не представляла, что когда-нибудь тоже буду такой счастливой.

22

Весна пришла в этот год рано. К апрелю почти весь снег растаял. На улицах было сыро и слякотно, но это не портило молодым весеннего настроения. Настя уже не работала, потому что где-то к маю должна была родить. Сейчас по настоянию Василия она много гуляла по весенним раскисшим улицам. От дома далеко не отходила. Ходила осторожно, боясь поскользнуться и упасть. За последние месяцы она слегка располнела, да и сильно выступающий живот мешал ходить той стремительной походкой, к которой привыкла. Вася постоянно шутил: вот родишь какого-нибудь Илью Муромца. Солнце временами пригревало так, что не хотелось заходить в дом, и Настя, прикрыв глаза, поднимала лицо и долго нежилась под его теплыми лучами.

Нагулявшись, она шла домой, готовила обед и ждала Васю. Он работал художником в клубе железнодорожников. На обед всегда прибегал домой, расспрашивал Настю, как она себя чувствует, гуляла ли сегодня, что ела. Настя от его забот чувствовала себя почему-то неловко. Вася целые дни работает, особенно сейчас, перед майскими праздниками, а она сидит дома. Даже в последние месяцы беременности она все никак не могла ощутить себя будущей матерью, и поэтому Васины расспросы, его беспокойство она особенно не понимала. Тетя Варя в последнее время что-то сильно сдала, часто болела, но, как всегда, бодрилась, стараясь не показывать Насте своего состояния.

Первого мая Вася после демонстрации прибежал радостный.

– Настенька, мне после праздника отпуск пообещали, так что теперь я каждый день буду с тобой.

– Это хорошо, Вася, а то мне что-то в последние дни трудно ходить. Уж очень тяжелая я стала, – пожаловалась Настя.

– Так, может быть, тебе уже в больницу надо? – забеспокоился Василий. – Я сейчас «скорую» вызову.

– Что ты, Васенька, рано еще.

– А может быть, уже пора?

Настя рассмеялась.

– Придет время, я скажу тебе.

Сразу после первомайского праздника Василия отправили в отпуск, а еще через пять дней и Насте пришло время рожать. Целый день она что-то делала, потихоньку возилась на кухне, а к вечеру вдруг неожиданно ойкнула и опустилась на табурет.

– Вася, кажется, началось. – Она испуганно посмотрела на мужа.

– Так это же здорово! – Василий обрадованно засуетился. – Ты ложись и не вставай больше, а я побегу на почту и позвоню оттуда в «скорую».

Уложив Настю, он выскочил из дома и побежал через дорогу на почту, где был ближайший телефон.

Отправив жену в роддом, Василий нервно ходил по дому. Брался то за одно дело, то за другое, но все валилось из рук. Все мысли были там, с Настей. Тетя Варя шутя посмеивалась над ним.

– Ну что ты ходишь из угла в угол? Займись чем-нибудь.

– Теть Варь, а как я узнаю, что она уже родила? – допытывался у тетки Василий.

– Да очень просто. Пойди на почту и позвони в роддом.

Как это он не сообразил? Василий тут же выбежал из дома, но вскоре вернулся обескураженный.

– Почта закрылась. Теть Варь, что же делать? А вдруг что случилось?

– Да не волнуйся ты, все будет хорошо. Не она первая, не она последняя. Все бабы рожают, и ничего, а она у тебя девка шустрая. Все гуляла до последнего, не лежала и не ждала чего-то. Так что родит нормально.

Кое-как дождавшись утра, Василий звонить не стал, а побежал в роддом. В приемном покое на его вопрос: «Как там Воротникова Анастасия?» – буднично ответили, что родила еще вчера вечером мальчика. Василий обессиленно опустился на стоящий рядом стул.

– А могу я увидеть её? – Василий умоляюще посмотрел на дежурную медсестру.

– Нет, конечно. – Заметив его волнение, она успокоила его: – Состояние у нее нормальное, и малыш крепкий родился. Так что не волнуйтесь, папаша, а вот записочку можете написать. Я передам.

Усевшись за столик, стоявший у окошка передач, Василий стал быстро писать, что он очень рад, что очень беспокоился и что-то еще сумбурное и радостное. Свернув листок, он сверху написал: «Воротниковой Анастасии» и передал его дежурной.

Всю неделю Василий был в делах и заботах. Носил Насте передачи в роддом, покупал вещи малышу. По списку, составленному Настей, он заготовил все, что она написала ему.

В день выписки Насти с сыном тетя Варя вымыла и выскоблила все в доме. Колыбельку Василий, по совету тети Вари, подвесил у своей кровати, чтобы ночью, не вставая, можно было укачивать малыша. Все было готово, и наконец-то наступил тот момент, когда он помчался в роддом. По пути заскочил в нарсуд, сообщил, что Настя родила сына и сегодня их уже выписывают. Все кинулись шумно поздравлять Василия, передавать приветы Насте, а Иван Степанович неожиданно спросил:

– Так ты, Вася, когда будешь забирать жену с сыном из роддома?

– Прямо сейчас.

– А домой что – пешком пойдете? – Иван Степанович лукаво посмотрел на Василия.

– Я не знаю, – растерялся Василий. – Наверное, пешком.

– В общем так, – распорядился Иван Степанович, – бери мою машину и дуй в роддом. Отвезешь ее прямо