чихуахуа. Такое милое зрелище! Василий согласно кивнул.

– Я понял те… вас. – Его золотые глаза блеснули. – Но если снова будешь приставать, то умре… те.

– Ч-что?

Добиэла издала сиплый звук и застыла с выпученными глазами.

– Ладно, я пошла.

Я зажала рот этой ходячей проблеме по имени Василий и, таща его за собой, выволокла из комнаты.

* * *

«Может, правда надо было надеть мешок».

Выглядела я так, будто собираюсь на модный показ, а не во дворец, что, конечно, казалось неуместным, но ничего поделать уже было нельзя. Времени оставалось в обрез.

Как бы красиво я ни выглядела, этот стиль был на сто миллиардов световых лет далек от вкуса наследного принца, поэтому я решила на этом успокоиться. Так я эффективнее подчеркну отсутствие интереса к нему, нежели напялив мешковину.

Слуги в коридорах шарахались от меня и, пятясь, скрывались в углах – стало быть, мое преображение сработало сильнее, чем я рассчитывала.

«Отлично. Пора разрушить его дурацкие иллюзии».

В карете по дороге к дворцу я строго повторила Василию, чтобы он ни в коем случае не ловил взгляда наследного принца и уж тем более не открывал рот в его присутствии.

– А почему?

– Наследный принц – мастер меча.

– Мастер мяча?

– Нет.

Мяча, блин. Мастер, знающий все о мячиках?

– У него, как и у тебя, сверхчеловеческие чувства. Он может на расстоянии ощущать чужое присутствие и слышать голоса. Так что стой и делай вид, что ты статуя.

Честно говоря, сначала я думала оставить Василия дома на время своей отлучки во дворец. Но пока Луис не доберется до особняка – это исключено. У меня не было ни малейшего представления о том, какие неприятности он может доставить, оставшись наедине, и я не была уверена, что смогу с ними справиться.

– И еще. Постарайся не произносить при людях фраз со словом «убить».

– Но ты сама так говорила.

– …

Вот черт, нечего возразить. Похоже, недаром говорят, что при детях надо следить за языком. Как всегда, во всех бедах моей жизни виноват Вернер.

– Нельзя говорить им это в лицо.

– А-а.

Интересно, Луис точно справится с этим клубком проблем? Лично я не вывожу!

И тут меня осенило.

– Слушай, а этот Луис вообще придет? Я думала, что, следуя приказу Киллиана, он сразу после отъезда в Восточный континент рванет сюда.

Я пробормотала это вслух, сама себе удивляясь, а Василий повел глазами и ответил:

– Мне его поймать?

Э… Ну нет, это уже слишком.

– Погоди. Его надо ловить?

Звучало как-то подозрительно. Не «встретить», не «проводить», а именно «поймать». Хотя Василий в принципе выражается странно.

Следуя взглядом за черным монстриком, парящим внутри кареты, он сказал:

– Магия туда-сюда гуляет.

Я попыталась перевести это с Васильевого на человеческий:

– Он шатается где-то поблизости?

– Ага. Прямо ходит вокруг.

– С чего бы?

– Не знаю. Может, интересное нашел?

В это слабо верилось. По тому, как он говорил с Киллианом, Луис производил впечатление преданного слуги. С чего бы ему, наплевав на приказ, бродить по округе, гоняясь за «чем-то интересным»?

– Если отправить тебя за ним, сколько времени это займет?

– Хм… Я только направление чувствую, а не точное место. Наверное, долго.

Получается, к тому моменту, когда он его поймает, Киллиан уже успеет вернуться и еще раз уйти. К тому же отпускать Василия одного сейчас совсем не вариант.

– Значит, на него не напали, не похитили?

– Непохоже.

– Стало быть, какие-то свои дела.

В любом случае сейчас мне новый головорез не нужен. Пара-тройка дней погоды не сделают. Я махнула рукой и забыла об этом.

О чем спустя пару часов сильно пожалела.

* * *

Выйдя из кареты, я с лицом покойника направилась к месту встречи.

«Вот этот?»

Василий глазами указал на мужчину у фонтана в дворцовом саду, интересуясь, правда ли это тот, кого я хочу убить.

Стоя спиной к белоснежной мраморной скульптуре, наследный принц демонстрировал настолько идеальный рост и пропорции, что даже сзади было невозможно сказать, кто из них человек, а кто статуя.

Если уж честно, в плане внешности он едва ли не единственный мог конкурировать с Киллианом. Как ни крути, это все же главный герой романа.

Вернер – классический принц на белом коне: светлые волосы, голубые глаза. Внешность золотого века моего любимого голливудского актера. Только вот мозги… та еще помойка, что даже у такой безнадежной любительницы типажа, как я, вызывает праведный гнев.

Есть планка, ниже которой я не смогла бы опуститься, каким бы красивым ни был человек. Вернер показал свое истинное лицо, когда предложил мне стать его наложницей.

Но для Василия я сделала вид, что вообще не понимаю, о чем речь.

«Не знаю, о ком ты».

Я покачала головой. Он прищурил глаза, полные недоверия.

«Врешь» – читалось на лице.

Этот ребенок во всем ведет себя как пятилетка, но как только дело касается подобных вещей, у него чутье уровня Киллиана.

Раз отрицание не сработало, я беззвучно вздохнула, закрыла лицо рукой, а затем плотно сжала губы, изображая решимость.

– Малыш, понимаешь… Иногда человеку нужно уметь сдерживать порывы, терпеливо ждать подходящего момента. Терпение и труд все перетрут… Эй, куда делся?!

Там, где только что стоял Василий, теперь были лишь кусты и вечнозеленые хвойные деревья.

Я резко обернулась в ту сторону, откуда виднелась спина Вернера. Василий, как всегда не таясь, уверенной походкой приближался к нему сзади.

«Только попробуй… Скажи, что это не то, о чем я думаю…»

Но это было именно то.

С каждым шагом Василий одно за другим сбрасывал с пальцев кольца-ограничители и, наконец, один из них до крови. Золотой узор, который он начал чертить в воздухе, был точно таким, когда он пытался меня убить.

Лучше бы я послала его ловить Луиса. Даже если бы он что-то взорвал в центре столицы, это было бы меньшей катастрофой, чем его попытка убить наследного принца!

Я даже не успела толком ни о чем поразмыслить, когда во мне каким-то чудом проснулся спящий рефлекс, и тело само кинулось вперед.

Ровно в ту секунду, когда рука Василия едва коснулась шеи наследного принца, я успела выдернуть его и заслонить собой. В этот же момент Вернер повернул голову и оцепенел, удивленный моим неожиданным появлением.

– Что за…

Он, кажется, не мог подобрать слов. Впервые вижу его таким потрясенным. Даже когда я плеснула ему в лицо напиток и убежала, реакция была не настолько сильной.

– Ты так хочешь привлечь мое внимание?

Реакция, ровно противоположная той, на которую я рассчитывала,