– Я и сама на нее немного сердита.

Модвин вытащила Ниббса из кармана вместе с горстью кресс-салата, собранного ею на берегу. Серый кролик, казалось, равнодушно воспринял путешествие в кармане и был доволен свежей зеленью, и не делал попыток сбежать. «Стокгольмский синдром».

Девочка не спросила, что Ана имела в виду, а лишь тяжело, устало вздохнула.

Вся эта ситуация была катастрофой.

– Как ты думаешь, далеко ли до Рейнвальда?

– Я не уверена. Обычно мы туда едем верхом, и это занимает полдня. Мы уже шли пешком половину ночи и большую часть утра, так что…

– Это похоже на одну из тех ужасных задачек. Поезд отправляется со станции в девять утра, двигаясь со скоростью сто десять километров в час. Что ел кондуктор на обед?

– Поезд? А что такое километр?

– У меня нет сил объяснять, что такое метрическая система, – Ана погладила глянцевую серую спинку Ниббса, и кролик выдал несколько шариков помета, которые, словно изюминки, скатились с края камня и плюхнулись в воду. – Пока тебе придется обходиться фурлонгами[10], бушелями[11] и расстоянием по прямой.

– Вряд ли я смогу идти дальше.

Ана сжала губы в тонкую линию.

– Жаль, что Сокровище не с нами.

– Ты видела выражение лица дяди Бенджина, когда ты так назвала Анубиса?

Ана фыркнула.

– Я всегда буду звать его Сокровищем.

Модвин тихо рассмеялась, ее плечики подрагивали, а на глаза навернулись слезы. Смех быстро стих, но слезы текли ручьями. Без громких рыданий.

– Ты очень храбрая, – сказала Ана.

Девочка уставилась на четки, перекатывая бусины между пальцами.

– Дядя Бенджин плохой человек?

Ана покусала внутреннюю сторону щеки.

– Я уверена, он считает, что поступает правильно.

– Зачем он рассказал красному дьяволу о тебе? Позволил тому человеку с черными зубами забрать тебя? Хороший человек так не поступил бы.

Вороны каркали на вершинах деревьев, и холодный ветерок пронесся над водоемом. Ана съежилась под своим плащом и тяжело вздохнула.

– Все не так просто. Священник – могущественный человек. Биркенхольц в долгу у Церкви. Я уверена, твой дядя чувствовал, что у него нет выбора.

– Он малодушный?

Ана склонила голову набок.

– Я не знаю этого слова.

– Трус, – Модвин подняла на нее взгляд, и ее личико исказилось от горя.

Ана погладила девочку по щеке. Ей хотелось крикнуть «да», плюнуть и проклясть этого подонка за то, что продал ее.

– Сэру Бенджамину приходится заботиться о безопасности многих людей. Арендаторы, чье благополучие зависит от него и милосердия церкви. По его мнению, я – чужачка в его землях, укравшая его лошадь и принесшая беды его дому. Он вынужден быть… беспощадным.

– Беспощадный? – Модвин задумался над этим словом. – То есть жестокий.

– Беспощадность может быть разновидностью мужества, когда она ради блага других. Вот за что он сражается, Модвин, ради тебя и ради своих людей.

– А кто будет сражаться за тебя?

Ана заставила себя улыбнуться и сжала кулаки, притворно боксируя воздух.

– Я сама.

Это возымело желаемый эффект и заставило девочку улыбнуться. Модвин протянула ей бусы.

– Я думаю, это они оберегали нас.

Тепло разлилось в груди Аны, она взяла ручку девочки и обвязала бусы вокруг ее тонкого запястья, завязав свободные концы нити маленьким бантиком. Модвин от удивления приоткрыла рот и высоко подняла брови.

– Не могу, – прошептала Модвин. – Она дала их тебе.

– Я хочу, чтобы они были у тебя.

Она поднялась и протянула руку, чтобы помочь девочке встать. Обрадовавшись, Модвин взяла ее руку, а другой подхватила Ниббса, нащупывая свой передничек.

Вдруг со стороны леса раздался лай собак.

– Ниббс! – взвизгнула Модвин, резко выдернув руку. Ана посмотрела вниз как раз в тот момент, чтобы увидеть, как кролик соскальзывает со складок платья девочки, отскакивает от валуна и с тихим всплеском исчезает в воде. – Нет! – закричала Модвин, опускаясь на колени и погружая руку в воду.

– Черт возьми, – прошипела Ана, пока девочка безуспешно шарила руками в воде.

– Ниббс!

Собаки лаяли, и между деревьями показались люди. Ана подхватила девочку и бросилась к высоким камышам. Модвин рыдала и билась в ее объятиях.

– Перестань кричать, – прошипела она, плюхаясь на мягкую землю, вес Модвин чуть не вышиб из нее дух. Она зажала девочке рот ладонью. – Пожалуйста. Они рядом!

– Ниббс! – приглушенный крик Модвин отдавался вибрацией в ее пальцах. – Ниббс!

– Я знаю, – прошептала Ана, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Я знаю. Мне так жаль.

Девочка плакала, не в силах сдержать рыдания. Воздух наполнился лаем, а Ана шептала Модвин на ухо успокаивающие слова. Пожалуйста, Боже, пусть они пройдут мимо. Не дай им остановиться. Пусть они продолжают свой путь.

Между камышами показалась массивная коричневая голова собаки. Пес ощетинился и оскалил желтые клыки, издавая низкое рычание. От его лая у Аны зазвенело в ушах. Модвин завизжала и, дернувшись, ударила Ану в челюсть, ее зубы болезненно стукнулись друг об друга.

– Сюда! – прокричал хриплый голос. – Попались!

Ана узнала в мужчине одного из стражников Ангебера – его обветренное лицо и злобную ухмылку, шрам, который она оставила на его щеке. Он был широк в груди, с толстой шеей, и в его глазах не было ни капли сострадания. Пес продолжил лаять, разбрызгивая слюну. Модвин дрожала, и Ана попыталась прикрыть девочку рукой.

Стражник схватил ее за предплечье и рывком поднял обеих на ноги. Собака взбесилась, щелкая зубами прямо перед лицом Модвин.

– Убери свою проклятую собаку! – выплюнула Ана. – Она же всего лишь ребенок.

– Заткнись, ведьма! – стражник ударил ее по щеке, едва не сбив с ног.

– Не смей трогать ее! – закричала Модвин.

Мужчина оскалился на нее, и она, отвернувшись, уткнулась лицом в платье Аны. Ана приложила ладонь к пульсирующей щеке, слезы навернулись на глаза, пока она искала, куда бы бежать и чем защититься. И тут она вспомнила о ноже, спрятанном в ее жилете.

Еще четверо мужчин, одетые как стражники Ангебера, стремительно приближались по тропе, обнажив мечи и ведя за собой других собак. Сердце Аны бешено колотилось, когда она с тревогой искала глазами северянина с черными зубами, но его нигде не было видно. Из леса выехали всадники – Брандт и его человек по имени Брин, и их лица были мрачнее тучи.

– Отзовите этих проклятых псов! – проревел Брандт.

Люди Ангебера обменялись возмущенными взглядами, но потянули собак за ошейники, оттаскивая их назад.

– Дядя Бенджин! – рыдая, крикнула Модвин. – Как ты мог?

Брандт мрачно посмотрел на девочку.

– Взять ведьму!

– Место! – приказал бочкообразный стражник Ангебера своему псу и бросился к Ане, схватив ее за волосы сзади. – Помощник Мясника ждет тебя.

– Оставьте ее!