в сухую одежду, благодаря галантному поступку Окина. Будучи самым низкорослым в их компании, юноша безропотно предложил ей свой запасной комплект. Леон следил за ее головой, мелькающей среди высокого камыша, тревожась о потерянности в ее глазах, синяке на лице, ссадинах на шее – следы когтей пса, протянувшиеся от уха до ключицы. С тех пор как она сбежала из пещер, Ана стала свидетелем множества смертей, и сама пережила немало насилия. Перед глазами снова возникла картина, как он пронзает Брандта мечом.

Ана появилась в бриджах, рубахе и тунике Окина, а также в плаще, который он не узнал. На ногах у нее были ее странные белые ботинки, покрытые царапинами. С короткими волосами, заправленными за уши, она снова стала похожа на оруженосца. Его сердце сжалось, и он оставил Окина и Эдвина разбираться с последним телом. Но он замер на месте, когда маленькая девочка бросилась к Ане, опередив его. Брандт тоже стоял в стороне, суровый и внимательный, пристально глядя на Ану с такой напряженностью, что Леон сжал рукоять меча.

– Возьми их, – сказала Модвин, протягивая Ане нитку с бусинами. – У меня есть дядя Бенджин и Брин.

– У меня есть Леон и его друзья, – ответила Ана.

– Но Святая Ансель дала их тебе. Они будут оберегать тебя.

– Ана спасла тебя, – произнес Брандт, приближаясь к племяннице. – Не волшебные бусы.

Леон шагнул вперед одновременно с ним, не желая оставлять его наедине с Аной.

– Попрощайся, Модвин, – скомандовал ее дядя. – Я хочу обмолвиться парой слов с твоей спасительницей, прежде чем она уйдет.

Модвин посмотрела на Ану умоляющим взглядом.

– Обещай, что мы еще встретимся.

Ана не могла пообещать ей подобного, но обняла девочку и поцеловала ее в макушку.

– Спасибо, что помогла мне. Ты храбрая и добрая. Твоя мама гордилась бы тобой.

Девочка уткнулась лицом в плащ Аны.

– Мы еще увидимся, когда дядя Бенджин будет забирать Сокровище.

– Может быть.

Брандт отослал Модвин к Брину и устремил на Леона решительный взгляд.

– Я желаю поговорить с Аной. Наедине.

Леон сжал рукоять меча.

– Нельзя.

Ана тяжело вздохнула.

– Оно того стоило? – потребовал ответа Леон.

Брандт посмотрел на него с нескрываемым презрением.

– Не говори загадками, мальчик. Говори прямо.

Леон шагнул вперед, расправив плечи.

– То, что ты забрал Ану с моста. Угрожал невинным людям. Притащил Ану в свой замок и подверг ее жизнь опасности.

Напряженное молчание наводило на мысль, что Брандт может схватиться за свой меч. Леон хотел, чтобы он это сделал, но Брандт лишь медленно выпятил челюсть.

– Я сожалею лишь о том, что навлек опасность на свою племянницу.

Ана фыркнула и потянула Леона за рукав.

– Но теперь я все равно уйду, а ты останешься без своей компенсации.

– У него нет выбора.

Ана потянула снова, и Леон неохотой отступил на шаг.

Брандт довольствовался язвительным молчанием.

– Как же ты расплатишься с Церковью? – склонила голову набок Ана.

Леон посмотрел на них по очереди, понимая, что упустил какие-то важные детали.

– Это тебя нисколько не касается, – произнес Брандт сквозь зубы. – И это говорилось по секрету.

Она смутилась, и Леону это не понравилось. Стоило хорошенько избить этого подонка.

– Ты правда не сообщал обо мне священнику? – спросила она.

– Разумеется, нет, – ответил Брандт. – Шпионы Ангебера повсюду. Сети его далеко раскинуты. Вероятно, у него были свои люди у ворот Эдина, которые доложили ему обо всем произошедшем.

– Он знает о пророчестве?

Леон резко повернул голову к ней. Она говорила с Брандтом о пророчестве северян? Неприятное ощущение зашевелилось у него в животе. Насколько близко они успели пообщаться в Биркенхольце?

– Не то чтобы Ангебер придал ему какое-либо значение, – сказал Брандт, скривив губы в кислой усмешке. – Этот кусок дерьма считает себя слишком праведным для подобного. Его единственный интерес к пророчеству Олега заключается в том, чтобы использовать его в своих интересах.

– Как именно использовать? – требовательно спросил Леон.

Брандт уставился на Леона.

– Олега можно было бы убедить напасть на дворец, сообщив, что семеро находятся там. Если бы язычники вырезали там ваших так называемых святых, то это избавило бы Ангебера от множества хлопот.

Ана выглядела ошарашенной. Она повернулась к Леону.

– Брат Амброз сказал, что султан отправит войска, чтобы отомстить за Святую Ансель, если Ангебер нападет на дворец. Будет священная война.

Леон медленно кивнул. Когда он заговорил, его голос звучал глухо.

– Но если Олег это сделает, султану придется сражаться против северян.

– И в это время Ангебер сможет напасть и завладеть дворцом.

– Именно так, – согласился Брандт.

Ана выругалась и покачала головой.

– И вот так епископы действуют в ваше время?

Брандт презрительно фыркнул.

– Власть имущие творят, что хотят, когда некому призвать их к ответу.

– Ты-то точно все об этом знаешь, – сказал Леон, скрестив руки на груди.

Брандт переступил с ноги на ногу.

– Я совершенно не жалею о том, что доставил столько проблем дворцу, похитив Ану. В этом можешь быть уверен.

Ана раздраженно вздохнула.

– Мне жаль, что вся эта ситуация привлекла внимание епископа Ангебера к Биркенхольцу.

Когда выражение лица Аны смягчилось, Леон не удержался.

– Всем известно, что ты у епископа на крючке.

Мышца на скуле Брандта дернулась.

– Это та чушь, которой кормят вас ваши святые?

Леон потянулся к мечу, а Брандт выпятил грудь, готовый к схватке, но прежде чем кто-либо из них успел достать оружие, Ана встала между ними.

– Леон, – она повернулась спиной к дворянину и положила ладонь ему на грудь. – Оно того не стоит.

Он моргнул, глядя в ее светло-зеленые глаза, и с трудом сглотнул.

– Можно мне минутку? – тихо сказала она. – С Брандтом. Наедине.

Снова в животе возникло то неприятное ощущение, и он смерил Брандта убийственным взглядом.

– Хоть пальцем тронешь…

– Избавь меня от этих угроз, – усмехнулся Брандт. – Если бы я хотел…

– Это делу не поможет, – резко оборвала его Ана, поворачиваясь, чтобы прижать другую ладонь к груди дворянина.

Она была хрупкой преградой между ними, и только потому, что Леон не хотел видеть, как она прикасается к этому подонку, он отступил.

– Спасибо, – сказала она. – Я ненадолго.

Его люди рассредоточились по поляне, готовые в любой момент вмешаться. Леон направился к ним, его уши горели, а спина была прямой, словно в нее вставили палку. Мика сжал его плечо.

– Все в порядке, Леон, – пробормотал он. – Не позволяй ему выводить тебя из себя.

– Поздно, – пробурчал Леон, оглядываясь назад на Ану и дворянина, стоящих близко друг к другу, чтобы их не подслушали. – Слишком поздно.

Глава 33

Ана вглядывалась в суровое