на меня коня. – Он прикоснулся к своей сломанной челюсти и продолжил: – С тех пор я не могу сомкнуть глаз. Меня терзают страхи. Еда потеряла вкус. Я лишен мужской силы. И теперь она заперла мою душу в этой шкатулке.

Олег снова склонил голову набок, глядя на Ану, и встряхнул ее за волосы.

– Это правда?

Ана закатила глаза и начала говорить срывающимся голосом:

– Жарко, жарко, пламя ярко…![13]

– Не позволяйте ей говорить! – закричал чернозубый.

Олег ударил ее по щеке, рассекая губу. От силы удара он едва не вырвал волосы из ее головы, которую все еще сжимал в руке. Она плюнула ему в лицо кровью, и Олег большим пальцем стер ее с уголка рта.

– О, – сказал он, ухмыляясь и облизывая палец. Олег нагнулся к ее уху, обжигая горячим дыханием. – Ты прокляла моего воина, ведьмочка? Ты забрала его душу?

– Да! – прорычала Ана, и мощная волна покалывания пробежала по ее шее. Ана задержала дыхание, ожидая, что будет дальше. Внезапно в пещеру ворвался холодный ветер, ударив им в лица. Плащи развевались, языки факелов задрожали, и некоторые из них погасли. Безрассудная надежда вспыхнула в ее сердце. – Я проклинаю тебя, – прохрипела Ана. – Я проклинаю ваше пророчество! Я проклинаю вашу чертову Кьялку!

Улыбка исчезла с лица Олега, он прижал ладонь к ее рту и стал сжимать, медленно и сильно, пока внутренняя сторона ее щек не коснулась зубов. Ана взвыла, и слезы потекли из ее глаз.

– Закрой свой поганый рот! – прорычал он, игнорируя завывающий ветер, даже когда его люди начали паниковать. – Я не для того пересек Пустое море и рисковал жизнями своих людей, чтобы выслушивать угрозы грязной потаскухи вроде тебя. Ты меня поняла?

Он тряс ее за волосы так грубо, что казалось, будто он вот-вот сломает ей шею.

– Убейте ее! – кричал мужчина с черными зубами, перекрывая шум ветра и заслоняя пламя факела своим телом. – Здесь! Сейчас! Во имя Кьялки! Это все равно должно считаться жертвоприношением!

– Она дала четкие указания, – возразил Олег, его глаза пристально смотрели на нее, пока он поднимал ее на ноги и слегка встряхивал. Одна его рука все еще сжимала ее волосы, а другая – ее рот. – Их необходимо доставить к ней. Живыми.

– Зачем ты это делаешь? – спросила она, ее голос был приглушен его рукой.

Его жестокие черные глаза прожигали ее.

– Всем рано или поздно приходится платить.

Сбитая с толку, Ана плакала, пытаясь дышать через заложенный нос. Олег бросил на нее предупреждающий взгляд, затем убрал руку от ее рта, позволяя ей делать прерывистые вдохи. Он обхватил ее лицо ладонями, стирая слезы большими пальцами, и заговорил, словно успокаивая расстроенного ребенка:

– Ты слышишь меня, ведьма? Ты проживешь еще немного, но… если ты снова заговоришь, я сломаю тебе руки и ноги.

Снаружи пещеры раздался предупреждающий крик, но Олег не обратил на него внимания, пока его люди не побежали к выходу. Их быстрые и резкие слова подтвердили, что надвигается опасность.

Олег поднял брови, изображая удивленный восторг, поцеловал ее в лоб и отпустил. Мясник выхватил черный топор из-за спины и вышел из пещеры вместе со своими людьми, бросив через плечо чернозубому:

– Следи за ней.

Ана, охваченная глубоким потрясением, прижалась к стене пещеры. Она беззвучно молилась ветру, взывая о помощи. «Помоги мне, Святая Ансель. Кто-нибудь, помогите мне!»

За стенами пещеры эхом отдавались звуки лязгающего металла. Она представила Леона и его людей, сражающихся, чтобы добраться до нее. Ана разрывалась между отчаянной надеждой и страхом.

В свете факела чернозубый шевельнулся и достал из-за пояса кинжал.

– Что ты делаешь? – Ана подняла связанные руки перед собой, словно щит.

– Я верну свою душу ценой твоей жизни.

– Это не так работает! – воскликнула она, ее голос сорвался, а волосы развевались на ветру, ударяя по лицу. – Только я могу освободить ее!

– Посмотрим, – сказал он, делая шаг ближе.

– Олег убьет тебя.

– У нас уже есть трое пилигримов, – усмехнулся он. – Еще шестеро сидят в безопасности во дворце Эдин, готовые к жертвоприношению. Ты нам не нужна.

Ана почувствовала тошноту. У них в плену трое. О, боже. Кто?

В налитых кровью глазах северянина сверкнуло удовлетворение, и Ана поняла, что мольбы о пощаде ни к чему не приведут.

Она бросилась к выходу из пещеры, но чернозубый загородил ей дорогу, отрезая путь к бегству. Внезапно он поскользнулся и упал на спину, от силы удара выронив факел.

Факел перевернулся в воздухе и ударил его по лицу. Пламя вспыхнуло в порыве ветра, опалив его волосы. Ана вжалась в стену пещеры, не в силах отвести взгляд.

Мужчина кричал и корчился в муках, выпустив кинжал, чтобы бить себя по лицу. Ветер раздувал пламя, охватывая его одежду. Зрелище и звуки были ужасны. Ана попыталась заткнуть уши, но ее руки все еще были связаны.

Кинжал лежал в грязи, и она уже было потянулась к нему, но остановилась, заметив сломанные четки. Они поблескивали в свете пламени у ног человека с черными зубами, который бился в агонии. Шок затмил ее разум, но потом она осознала… Он поскользнулся на бусинах.

Она схватила кинжал и, стараясь держаться подальше от горящего человека, прижалась к стене пещеры. Рукоять выскальзывала из ее потных ладоней, но она зажала кинжал между коленями и крепко сжала. В отчаянии она начала тереть веревки о лезвие, стараясь не задеть свою кожу.

Она продолжила пилить, а человек с черными зубами кричал. Она не отводила глаз от веревок и старалась не вдыхать смрад горелой плоти. Вскоре крики стихли. Ветер по-прежнему хлестал ее по лицу, а слезы текли из глаз. Помоги мне. Помоги мне. Дай мне выжить. «Помоги. Помоги мне! Я хочу жить!».

Ана ощутила новое покалывание за ушами. Веревка внезапно поддалась, и лезвие полоснуло основание ее большого пальца. Яркие капли крови скатились по запястью и упали в грязь.

– Черт возьми!

Ужасный и знакомый звук раздался у нее под ногами, и земля содрогнулась. Горло Аны сжалось от страха, когда земля начала трястись с еще большей силой.

Схватив кинжал и четки госпожи Холлинсен, она бросилась бежать вверх по узкому проходу к выходу из пещеры.

– Леон! – позвала она. – Леон!

За ее спиной с оглушительным грохотом обрушивались огромные камни. Она пригнулась, спотыкаясь, когда земля начала уходить из-под ног. С силой ударившись плечом о стену пещеры, она выронила кинжал, и ее рука безвольно повисла. Она чувствовала вибрацию камней всем телом, а в голове нарастало давление. Невидимая сила снова сжала ее, словно выдавливая