охотится на тех, для кого позор бесчестия почти не имеет значения. Если только жертва согласится дать показания в суде, опытный прокурор воспроизведет картину нападения в таких ярких, чувственных тонах, что самый забитый ответчик предстанет перед присяжными разнузданным варваром. Небольшой процент дел об изнасилованиях, доходящих до суда, указывает на то, что государство привлекает к ответственности только тех, кого с уверенностью может засадить в тюрьму. Тем не менее в Калифорнии только каждые семь из десяти судебных процессов по делам об изнасиловании заканчиваются приговором, в то время как соотношение по всем остальным серьезным преступлениям составляет восемь к десяти.

Нездоровый ажиотаж по поводу изнасилований настолько сложное явление, что его можно остановить только президентским указом. А связанные с ним сделки по принципу «рука руку моет» должна исследовать авторитетная комиссия. Пока этого не случилось, «ангелов ада» по-прежнему будут арестовывать по обвинению в сексуальном насилии с неизменной регулярностью. Изнасилования, особенно групповые, эти наиболее травматичные и унизительные сексуальные преступления, стали своеобразной визитной карточкой «ангелов». Хотя по обвинениям в сексуальном насилии привлекались большинство изгоев, за последние пятнадцать лет реальный срок получили только пять или шесть из них. Изгои отрицают свое пристрастие к сексуальному насилию, полиция утверждает обратное. Довести дело до приговора трудно, говорят полицейские, потому что большинство пострадавших женщин неохотно дают показания, а те немногие, кто соглашается это сделать, отзывают свои заявления, после того как «ангелы» или их «мамочки» пригрозят их порезать или пропустить по кругу через весь клуб.

В июле 1966 года за изнасилование девятнадцатилетней модели из Сан-Франциско на вечеринке «ангелов» перед судом округа Сонома предстали четыре изгоя. Обвинение было предъявлено девятнадцати «ангелам», но прокурор сократил число обвиняемых до четырех человек – Терри, Малыша, Марвина-Плесени и Шишки II. Прокурор не сомневался, что добьется осуждения всех четверых. Через две недели, после того как адвокаты «ангелов» провели перекрестный опрос жертвы, жюри присяжных в составе одиннадцати женщин и одного мужчины проголосовало за оправдание обвиняемых.

В жалобах на запугивание есть доля правды, но она не настолько велика, чтобы объяснить, почему «ангелов» так часто обвиняют в сексуальном насилии и так редко приговаривают к реальному сроку. Главная трудность заключается в определении самого факта насилия – реальности события. Если женщину похитили прямо на улице и заставили вступить в половой контакт против ее воли, тут нет никаких сомнений. Однако «ангелы» утверждают, что никогда так не поступают.

– Зачем нарываться на пятидесятилетний срок? – говорит один из них. – Черт, насиловать в любом случае не в кайф, если реально это делать. Кроме того, мы и так получаем все, что надо, даже пальцем не пошевелив. Господи, бабы предлагали мне перепихнуться прямо на светофоре, лазали в ширинку, не успев поздороваться, а если случай не подвернулся, я звоню знакомым и выясняю, у кого чешется.

– Мы, конечно, своего не упустим, – говорит другой. – Но я ни разу не слышал, чтобы девчонка заорала «насилуют!», прежде чем закончится дело и она как следует не пораскинет мозгами. Скажем честно, многим бабам для кайфа требуется больше одного мужика. Беда только в том, что иногда девчонка решает, что с нее уже хватит, раньше нас или когда она обслуживает пятьдесят парней в пикапе и кто-нибудь уведет ее сумочку. Тогда она поднимает кипеж и спускает на нас ментов. Или нас внезапно накрывают, а она одна голяком в толпе мужиков, – и тогда «ой, меня насилуют». Как тут отвертишься? Гарантированное попадалово. Но нам достаточно нанять адвоката, он пошепчет ей на ушко про все, что вылезет на суде, и она решает отозвать заявление. Большинство заяв не доходят до суда.

Даже в полицейских анналах полно историй, когда девушки честно признавались, что сначала дали согласие на секс с двумя-тремя «ангелами», но по ходу дела передумали и просили перестать. Как присяжным относиться к заявлению жертвы, что первый перепихон был по любви, второй по приколу, а остальные – изнасилованием? Одна из предполагаемых жертв насилия пришла вечером в бар Окленда с «ангелом», которого встретила днем раньше, и отдалась ему на бильярдном столе в задней комнате. Еще один «ангел» заглянул на огонек, увидел, что происходит, и, естественно, через секунду был готов пристроиться к паре. Девушка поначалу заартачилась, но, когда ухажер пригрозил дать ей в морду, образумилась. Когда появился третий «ангел», она поняла, что ее ждет, и закатила истерику, побудившую бармена вызвать полицию.

Другая девица приехала на мотоцикле из Лос-Анджелеса и потребовала принять ее в клуб. «Ангелы» пообещали, что примут, но только в том случае, если она «покажет класс».

– Чувак, эта баба совсем без башни, на следующий вечер пришла на пьянку с большим сенбернаром. Чего она только не вытворяла! У меня чуть крышу не снесло, – мечтательно улыбнулся «ангел». – А потом каждого обслужила. Господи, ну и сучка была! Она реально взбесилась, когда поняла, что мы ее все равно не примем в клуб. Обматерила нас почем зря, потом подбежала к телефонной будке и вызвала ментов. Нас всех сгребли за изнасилование, но делу не дали ход, потому что шалава на следующий день куда-то свалила. С тех пор ее никто больше не видел.

Всякий раз, когда речь заходит об изнасилованиях, Терри-Бродяга вспоминает историю о бесшабашной девице вполне приличного вида, однажды вечером приехавшей на такси в «Эль Адоб»: «Она расплатилась с водителем и стояла с минуту, глядя на нас. А потом, чувак, перешла через парковку с таким видом, словно она здесь главная, и спросила, чего мы ждем. И засмеялась. “Ну ладно! – крикнула. – Я трахаюсь, беру в рот и курю анашу. Может, начнем уже?”» Мы своим глазам не поверили. Но, клянусь богом, она не гнала туфту. Мы ее разложили в старом фургоне, и будь я проклят, если вру, – бар уже закрывался, а она все кричала: “Давай еще!” Пришлось ехать с ней за город».

«Ангелы» любят рассказывать байки о том, как к ним подкатывают чувихи. У изгоев есть привычка приукрашивать и события, и самих чувих, но все же не бывает дыма без огня. Проведя в компании «ангелов» десятки долгих вечеров и ночей, я не припомню случая, когда хотя бы одна девица не подставила передок честной компании и любому, у кого взыграло в штанах. Обычно так поступали «мамочки», но время от времени появлялась, как их называют «ангелы», «залетная телка» или «новая киска». Большинство из них полагали, что находятся в «отношениях» с одним из «ангелов», и нередко так оно и было. Новая киска немного танцевала, осушала пару бокалов пива и уносилась в ночь на