них Хуг не отвечал. Всё, чего он добился, это чтобы «Чикаго» немного пострелял по русским, после чего Гленн Вард мог отправляться по своим делам.

Уже было смирившийся, что русских ему не остановить, Хуг понял, что находится, пожалуй что, в шаге от полного разгрома своего противника. С пустыми погребами, с попаданиями практически по каждому кораблю (у русских без попаданий осталась только старенькая «Креста-II»), они ещё, видимо, и хорошо потеряли ход. Оператор «Хокая» видел, что «Креста» пытается взять на буксир «Кирова», а на один эсминец, видимо, решили плюнуть. Потому что он оставался неподвижным, когда три калеки отправились… Фух, наконец-то! Они направились на восток. На пятиузловой скорости. Да-а, ребята, с таким ходом вам нельзя медлить ни секунды! – усмехнулся адмирал. И задумался вот над чем.

Один из базирующихся на «Кароне» вертолётов (всего их было два) мог нести противокорабельные ракеты. Это был простой, проверенный в деле «Си Хок» SH60B, рабочая лошадка на все случаи жизни. А вот базирующиеся на «Карле Винсоне» SH60F были заточены именно на борьбу с подводными лодками, и теоретически должны были всегда стоять на палубе, готовые атаковать внезапно обнаруженную рядом с ордером субмарину. Он бы и их отправил к русским с «Гарпунами», да вот беда – не умеют они пускать противокорабельные ракеты. Специфичный, чисто противолодочный аппарат. Такой же нужный сейчас вертолет был и на ушедшем на дно «Джоне Янге», не повезло ему сесть подзаправиться в такой неудачный момент. Чёрт, он же хотел «Си Кинги», просил в штабе, чтобы их оставили! Это как раз вертушки для авианосцев, специально разработанные. И ракеты пускают, и за лодками хорошо охотятся. Нет, флегматично отвечали ему. У вас для противолодочных задач есть «Викинги», так что не выпендривайтесь и берите что дают. Ладно, играем тем, что есть.

На «Кароне» противокорабельных ракет не осталось, значит, этому «Си Хоку» сначала надо будет завернуть на «Винсон», там его быстренько зарядят, и, подождав «Корсары»… Шесть ракет в залпе! Да, дадим пару раз, посмотрим результат. А потом решим. Все-таки безкатапультный взлёт «Корсара» с двумя «Гарпунами» штука опасная, ещё одного сегодня потеряли. Вместе с лётчиком, кстати. Техникам дать задание, пусть прикинут, как ещё можно облегчить штурмовик, а то «эрдели» чесаться не собираются. Ведь этим двум «Корсарам» не надо крутить воздушный бой, не надо пользоваться инфракрасными датчиками и ставить помехи. Наверняка можно ощутимо облегчить самолет, чтобы не было так рискованно выполнять «взлёт нищего».

А, вот ещё что. Давайте-ка мы этого «Си-Хока» сюда притащим? И ракеты к нему пусть привезут, дюжину штук. Если мы подойдем к русским на семьдесят миль, прямо на край, за который они не смогут стрелять своими ракетами по низкой траектории, то можно будет применить «ракетную карусель». Запустили два «Гарпуна» по изогнутой траектории, прямо над палубой, и сразу же перезарядка. 70 миль разницы между максимальной дальностью ракеты и безопасным расстоянием до русских в те же 70 миль – это 10 минут где-то. За это время техники должны подвесить ещё пару ракет, вертолет поднимается, и стреляем уже напрямую. Все четыре ракеты приходят к русским одновременно! И четыре с «Корсаров». Нет, ребята, зря вы с нами связались! Правда, для того чтобы вертолет можно было перезарядить за несколько минут, ракеты должны будут ожидать его прямо на палубе. Ну да ничего. Наверняка техникам понравится идея установить рекорд флотского пит-стопа.

Решено. Эсминцы идут вперёд, и с нами «Калифорния»! На высокой траектории его старый ЗРК оказался эффективен, и придется очень кстати, если русские решат ударить именно так. А они точно ударят, понятно ведь, что не собираются сдаваться, не попробовав все шансы. Пусть дадим всего узлов десять (Би-Би обещал дать и двенадцать, просил время, так вот, это время вышло. Доклада нет, сейчас поторопим). С «Карлом Винсоном» на недосягаемой для русских 160-мильной дистанции останется покалеченный «Банкер Хилл». После того как Хуг допустил вывод из строя вверенного авианосца, ему желательно продемонстрировать личную смелость. Повел эсминцы в атаку под «Солнечными ударами», что ещё нужно для счастья? Только результат этой атаки.

Бабуев

Аврал… А когда на корабле, находящемся в бою, не аврал? Даже если бой длится уже сутки. На войне матрос бывает или усталым, или он утонул, третьего не дано. И если одна часть команды лихорадочно исправляла повреждения, то другая…

– Ещё два градуса дадите? – с надеждой спрашивал Лебедев у старпома.

– Полтора, – торговался старпом.

– Я щас кому-то дам и «два», и полтора! – внезапно появившийся командир БЧ-2, нарушив субординацию, невежливо прервал старших по званию.

Хотя в данном случае ему можно: он действует от имени и по поручению флагманского специалиста по противовоздушной обороне. В любом случае кренить крейсер больше чем на пять градусов глав ПВОшник запретил. Будет мешать наведению последних ракет. А хотелось накренить корабль как можно больше, чтобы со спутников американцы видели – русским херово. Так херово, что сейчас он вот-вот опрокинется, надо лишь чуть помочь.

Из сорванных крышек, прикрывающих барабаны С-300 на носу, вырывались клубы пара. Ещё двадцать минут назад оттуда вырывался дым, причем никаких шашек не использовали. Было подозрение, что американцы проанализируют дым и догадаются, что это стандартное маскирующее средство, поэтому действительно подожгли кучу битого мусора, наломанного взрывами, собранного по отсекам. Кто-то принёс списанный матрас, кто-то не списанный, но умыкнутый у раззявы-первогодка. «Гореть должны натуральные детали от корабля», – строго приказал командир. А потом повалил пар, потому что, как русские умеют тушить пожары на кораблях, в Америке тоже некоторые специалисты хорошо представляли.

Из пробоины в левом борту тоже пустили немного дыма. Крен дали на правый, в противоположную от второго попадания сторону. Ведь никто в здравом уме не станет заваливать свой корабль на борт, в котором уже есть пробоина, причем ниже ватерлинии? Не наткнись ракета на короб реактора, она бы там и рванула, у правого, скорее всего. Или пусть думают, что у нас что-то своё сработало – без вторичных детонаций такой ущерб крейсеру трудно причинить. Посоветовавшись, запалили пожар на станции наведения 100-миллиметровок, туда ведь и в самом деле попала кран-балка. Выворотило так, что починить можно только на базе. Такие маленькие, странные штришки обычно и создают наиболее достоверную картину. Главную РЛС корабля – «Флаг», приведя в нормальное состояние, прокрутили вхолостую для проверки механизмов и выключили.

«Безупречного» в этот раз решили просадить на корму, и щедро навалили дыма и копоти из пробоины. Знающий офицер из особого отдела долго разводил краску, и под прикрытием дыма на юте срочно нарисовали несколько овальных фигур.