— Э-э-э! — тут же возмутился мальчишка. — Я у него ещë варенье видел!

— Макс, это неприлично и…

— Он сам сказал — три дня! — упëрся тот. — Тëтка с кухни про крыжовниковое варенье с апельсином говорила! Пока не попробую — не уйду!

— Макс!

— Хоть режь! — вцепился в подлокотники стула ученик.

— Точно Ожогов, — хмыкнул Георгий, глядя на протест мальчишки.

* * *

Пухленький краснощекий мужичок заглянул в записку, что ему передал Чернов, хлопнул глазами и внимательно осмотрел мага с ног до головы.

— Простите, с кем имею честь?

— Чернов Константин Александрович, — спокойно произнëс тот и кивнул. — Маг первой категории. Гоша… Георгий Валентинович сказал обратиться к вам.

— Станиславский Станислав Сергеевич, — отвесил неглубокий поклон мужчина. — Городничий.

— Очень приятно, — кивнул ему маг.

— Чем могу быть полезен? Признаться, в наших краях маг вашего уровня — редкость. У нас только студенты-недоучки бывают, да и то, проездом. Глухомань-с, — развёл он руками.

— Я со своими учеником и слугой планирую задержаться в вашем городе… Скорее всего до весны, — натянул улыбку Чернов. — Мы обговорили этот вопрос с Георгием Валентиновичем. Он не против и посоветовал обратиться к вам, насчëт жилья.

— До весны? — удивлëнно спросил Станиславский. — Мы, конечно, будем рады такой компании в нашем городе, но…

Тут он умолк, нахмурился, а затем поднял палец.

— Погодите, у нас есть вполне прекрасный дом, — тут же спохватился он, подошëл к столу и принялся рыться в бумагах. — В центре города. Отопление, правда, печное. Были артефакты, но дом давно стоит и вряд ли они работают. Есть цокольный этаж, с экранированием от магии.

Чернов удивлëнно взглянул на бумаги со схемой дома и поднял взгляд на городничего.

— Откуда тут…

— Рожковский дом, — пожал плечами тот. — Жил в нëм, пока усадьба его строилась. Передал в магистрат по ненадобности. А у нас с магией… — тут он сделал неопределëнный жест рукой. — Не очень любят связываться. Георгий Валентинович по началу за домом следил, артефакты правил, но, он уж лет десять как, почти отошëл от дел.

Чернов вздохнул и кивнул.

— Меня это вполне устроит. Что с самим домом? В каком он состоянии?

— Запущенном, — с досадой произнëс чиновник. — Увы, ни сил, ни времени на приведение его в порядок у нас не нашлось. Однако, если вас он устроит — мы приведëм его в порядок за пару дней.

— Хорошо. Думаю, можно начинать приводить его в порядок, — кивнул Константин.

— Вы даже не посмотрели его…

— А у вас есть ещë один, пустующий, дом с экранированным подвалом? — удивлëнно глянул на него маг.

— Увы, этот дом единственный, — развëл руками городничий.

— Тогда и выбора, как такового, нет.

— Что же… Понимаю, — кивнул Станиславский. — Подготовлю документы на аренду. Цены у нас не великие, тем более, что вы…

— Да, ещë кое-что, — перебил его Константин. — Моему ученику требуется практика. Мы договорились с Георгием Валентиновичем, что его обязанности городского мага, временно буду исполнять я. Оплата, соответственно тоже мне.

Мужчина пару раз хлопнул глазами, а затем на его лице расплылась довольная улыбка.

— Вы не представляете, как нас выручите! — защебетал он. — Георгий Валентинович, маг, конечно, опытный, но возраст… Возраст берëт своë. У нас столько всего скопилось, это просто ужас! Крысы в канализации настолько оборзели, что в открытую шарятся днëм! В котельной руны держаться на честном слове. Кладбище… Господи, в сумерках уже появляются призраки, представляете? Это уже ни в какие ворота, а ведь ещë…

— Давайте не будем гнать коней, — мягко оборвал его Чернов. — Начнëм с заселения. Надо обустроить быт, а затем уже заняться делами.

— Конечно, я вас прекрасно понимаю, — закивал толстячок. — Всë сделаем в лучшем виде. Может глянете на дом сейчас? Ключи хранятся у меня…

— Не стоит.

— Тогда, может быть, вечером заглянете в наш театр? У нас, конечно, не столичная труппа, но вполне приличные постановки…

— Позже, сударь, позже…

— Тогда, может быть, загляните в поместье Глуховых? По вечерам мы собираемся за карточным столом…

— К сожалению к азартным играм равнодушен, — развëл руками Чернов.

— Играть не обязательно. Мы, признаться, будем просто рады вашей компании. Новый человек в нашей глуши — это всегда событие.

Константин тяжело вздохнул и кивнул.

— Вечером буду, — кивнул он.

* * *

Знаете, что такое аристократические посиделки в захолустье?

О, нет. Тут нет ничего неприличного, но то, как они проходят…

Не знаю, связанно это с моим появлением, или, может быть, с местными традициями, но…

Собралось восемь семей. С детьми и внуками. Все в костюмах, дамы в пышных платьях. Чай, вино, креплëное. Карты, манерное поведение, вееры.

Ей богу, я словно попал на приём лет пятьдесят назад.

Нет, основа та же — беседы, полунамеки, попытки флиртовать, вежливый и манерный тон, но атмосфера…

Из меня выудили всë.

Откуда, как, зачем, что видел, где бывал. Где воевал, кто был командиром. Их не смутило, что я тëмный. Не смутил мой постриг и вызвал оживление факт того, что я был командиром Рожкова.

Сплетни, расспросы, снова флирт.

Складывалось ощущение, что народ просто не мог насытиться и использовал меня на все деньги.

Тут надо признаться, что мне было приятно их внимание. Особенно без оглядки на силу и службу той самой. Приличная публика захолустья оказалась настолько неизбалованная новыми лицами, что им было просто всë равно.

Я отбыл обратно к Азимуту уже заполночь. По факту, трезвый. Два бокала вина я цедил весь вечер. Народ тоже начал расходиться, а когда я прибыл, то обнаружил Макса в заклинании паралича, рядом с креслом у камина, перед которым сидел Азимут.

Да, он его тоже доконал вопросами. Гоша оказался не так терпелив как я и просто наложил на него паралич.

Думаете, я его снял?

Нет. Просто сел рядом с другом и принялся пить с ним чай.

Ещë часа два мы с ним проболтали, после чего разошлись спать. Гоша к себе, наверх, а мы с Максом, в гостевую комнату.

Тот, кстати, за паралич сделал вид, что обиделся, но, по факту — начал побаиваться Азимута. Старался с ним не говорить и вообще не