– Я могу сказать, как выглядит твое.

– И как же?

Настолько похотливо, что у меня болит все тело.

Глядя на него затуманенными глазами, я втянула в рот его нижнюю губу. Без малейшего колебания углубила поцелуй внутрь, и он покорно принял мое вторжение.

Мои волосы мягко просочились сквозь его пальцы. Схватив меня за затылок, он накрыл мои губы своими.

Несмотря на то что я проявила инициативу, контроль был потерян в следующую же секунду. Его горячий язык методично исследовал мой рот. То лениво скользил, дразня, то настойчиво переворачивал все изнутри. В горле тут же пересохло, а дыхание сделалось горячим и влажным.

– Ммм!..

В этот момент мою макушку резко дернули назад. Его пальцы, проскользнувшие между прядями, сомкнулись в крепкий кулак. Я тихо всхлипнула, и он сразу же ослабил хватку, хотя гладкие брови у него все равно болезненно сдвинулись, словно он изо всех сил сдерживался.

– Ха-а… – томно выдохнул Киллиан и на миг отстранился.

Кожа у него была особенно прозрачной, поэтому отчетливо виднелись выступающие и исчезающие на шее вены.

– Сложно, – пробормотал он.

Я влажными глазами недоуменно уставилась на него. Для того, кто и так уже делает все ловко и уверенно, «сложно» звучит слишком странно. Неужели речь не только о поцелуе?

Наши затуманенные взгляды встретились в воздухе. Киллиан выругался себе под нос и тут же снова, уже нетерпеливо, прижался к моим губам. От нахального языка, который старался не оставить ничего не тронутым, пришлось широко раскрыть рот, отчего разболелась челюсть. Я едва не давилась слюной, которую не успевала проглатывать.

Он обнял меня так крепко, словно собирался раздавить, и запер в своих объятиях. Опасный запах, который я ощутила, когда впервые его увидела, снова повис в воздухе. Меня снова накрыло чувством, что его присутствие на меня давит, как будто стала добычей, стоящей перед верховным хищником.

Жар, отчетливо ощущавшийся между нами, постепенно охватывал меня полностью. Тяжело дыша, он впечатал меня в кровать. В один миг мир перевернулся, и перед глазами оказалась потолочная балка.

– Хватит… перестань меня заводить. А то я и правда сойду с ума.

Сидящий сверху Киллиан, упираясь руками по обе стороны от моей головы, угрожающе прорычал. Слова «слезь с меня» уже вертелись на кончике языка, но, похоже, до такой кондиции я еще не дошла.

Я долго тяжело дышала и, только когда дыхание чуть-чуть выровнялось, смогла вымучить:

– Это твой… первый раз… да?

– Да.

Киллиан даже не пытался ничего скрыть и ответил вполне уверенно.

Впрочем, если подумать, ничего постыдного в этом нет, правда? Это даже куда лучше, чем спать с кем попало.

Но ни разу не поцеловаться за пятьсот лет – это уже перебор. Кажется, я начинаю понимать, как он стал величайшим колдуном. Говорят же, если до тридцати сохранил девственность, то станешь магом; а тут пятьсот лет… Это уже из серии «что было первым, курица или яйцо»…

– Ай!

Киллиан щелкнул меня пальцем по носу. Я схватилась за него руками и с обиженным видом уставилась ему в глаза. С чего это он меня лупит?!

– Уж слишком непочтительные мысли у тебя в голове.

– …

Вот она, проницательность древнего человека.

Я отвела от него взгляд и тут же задалась вопросом. Почему, собственно, он древний? Сколько бы он ни прожил, миллиарды лет явно не набежали.

– Кстати, сколько тебе лет?

– Я как-то не считал. Меньше шестисот, наверное.

– Потрясающе «точный» ответ.

Я даже засомневалась, знает ли он собственный день рождения.

Выдохнув с облегчением оттого, что ему не миллиард лет, я прищурилась и внимательно на него посмотрела.

– Тебя, наверное, часто пытались соблазнить.

Как ни крути, даже если он «злой колдун», разве можно игнорировать такого мужчину, от которого волнами исходит чувственность? Наверняка колдуньи, невосприимчивые к неудачам, набрасывались на него пачками.

– Уверена, было такое, что ты просыпался, а рядом незнакомая женщина щебечет: «Дорогой, ты уже встал?»

Киллиан улыбнулся уголками глаз.

– Они просили отправить их в рай, вот я и показал им желанное место. Правда, немного не того толка, на который они рассчитывали.

– Ты их убивал?

– Это было в юности, когда я был еще безрассуден.

Так все-таки убивал или нет? Ревновать к тем, кто когда-то пытался его соблазнить, было не к месту. Похоже, им стоит скорее посочувствовать. Мне вдруг стало как-то грустно.

Честно говоря, возможно, дело не в том, что у Киллиана пятьсот лет не было желания. Скорее, он просто удовлетворял свои потребности в другой плоскости, поэтому мало интересовался романтическими отношениями. На этом я решила прекратить свои размышления.

– Зато ты выглядишь весьма опытной.

– …

Стрела вернулась прямо в меня.

– Похоже, у тебя довольно большой опыт?

– Нет, в этом плане у меня совсем…

– Совсем?

Сказано это было тоном: «Ну не может же быть».

Не уверена, стоит ли такое рассказывать, но первой спросила все-таки я. Немного покопавшись в воспоминаниях, я отвела глаза и промямлила:

– О-один раз…

В свои двадцать с небольшим лет, ничего не понимая и не подготовившись. Остались только боль и неприятные воспоминания, видимо, это и стало чем-то вроде травмы, из-за чего я больше этим не занималась.

– Хм, раз твоя душа пришла из другого измерения, то, даже если я спрошу, кто это был, толку мало…

Иронично блеснув глазами, он пробормотал это почти с сожалением.

Похоже, моему бывшему повезло родиться на Земле, поэтому его оставили в живых. Надеюсь, этот кусок мусора до конца дней будет благодарить нашу планету, вкладывая силы в защиту окружающей среды.

Пока я думала, Киллиан поднес мою руку к губам, слегка прикусил ее, а когда пальцы дернулись, стал лениво играть с ними языком.

Наши взгляды встретились. Во тьме его глаза сияли еще ярче и, словно лунный свет, спокойно глядели на меня сверху. В тишине, воцарившейся в темной комнате, лишь изредка раздавался звук нашего дыхания. От щекочущего ощущения я слегка зажмурилась, и он шепнул:

– Итак…

– …

– На этот раз ты тоже будешь учить?

Чему я могу научить его на основе одного-единственного опыта? Сердце, конечно, хотело красиво и уверенно вести за собой, но на деле я просто не сумела бы.

Значит, на этот раз… другого выхода нет.

– Будем разбираться вместе.

– Тогда давай начну я.

– …

– Возможно, получится слишком грубо, потому что мне сложно сдерживаться, – мягко прошептал он.

Его серые, как оставшийся после костра пепел, глаза вспыхивали жарче самого пламени.

Я уставилась в его зрачки, полыхающие густым желанием, и трудно было разобрать, возбуждение это или безумие. Дергающийся уголок губ и взгляд,