таких не выношу, поэтому давайте сделаем дело побыстрее. Ожидание — самая противная и утомительная вещь.

Алекта развернулась и махнула рукой, давая всем сигнал к готовности. Протянула Лутасу длинный металлический стержень с цепью и грузилом, к которому был прикреплен один конец сети. Расправила веревку, к которой крепился сам Лутас, и дала ее другим женщинам. Другой конец сети крепко держала та, которая расправляла ее.

— Пошел, — шепотом скомандовала Алекта, и все встали на свои позиции. Лутас, сделав глубокий вдох и преодолевая накатывающее волнение, мягко и осторожно зашел в темную холодную воду.

28. Огонек

Когда Лутас погрузился в воду по колени и та заполнила сапоги, он осторожно опустил в воду верхушку жезла, на которой крепился селенит. И тут же едва не содрогнулся от зрелища. Какие-то твари разных размеров, что облепили его ноги, расплылись в разные стороны. Будь он в одиночестве в этот момент, наверное, с ужасом выскочил бы из воды и стряхнул с себя сапоги вместе со штанами. Ему начало казаться, что под брюки кто-то успел заплыть и ерзал там. По всему телу пробежал неприятный холодок. Всё тело одеревенело и застыло. Сердце учащенно забилось, и он бросил взгляд вперед, на воду, которая простиралась далеко и скрывалась в темени. Лутасу вдруг стало действительно страшно. Пальцы начали мелко подрагивать от осознания того, что чем глубже он будет заходить, тем больше там будут твари…

Но нужно было идти. Если он этого не сделает, его убьют. И ему вдруг… так захотелось жить и выбраться поскорее из этого проклятого места!

Он, перебарывая себя, стиснул зубы до скрипа и крепко сжал рукоять жезла. И сделал шаг вперед, погружаясь глубже. Сделал второй и третий. Начал медленно очерчивать дугу жезлом, держа его под водой. Стал смотреть строго вперед, чтоб не видеть то, что плавает возле него. И вот вода уже достигла уровня живота, и позади послышался голос.

— Можешь дальше не идти! Этого хватит! Иди вдоль берега, глядя на меня, я скажу, где выйти!

Лутас обернулся и увидел стоящую у самой воды Алекту. И даже удивился тому, как она была далеко от него. Понял, что здесь мелководье, и немного расслабился. Но также осознавал, что чем больше они поймают сейчас, тем дольше не придется лезть в эту проклятую воду. И он помотал головой, давая понять, что залезет чуть глубже, хоть уже местами почувствовал, что его как будто кто-то легонько покусывает в разных местах. Но это не крупная тварь, а значит, подлечат. Да и укусы чувствовались совсем слабо, что даже жаловаться было бы стыдно. То, через что ему пришлось пройти во время обучения, с этим в сравнении не идет.

Страх поутих от этих мыслей. Страху здесь больше не было места. Лутас — один из лучших воинов в своем отряде и перебил множество врагов, среди которых были действительно сильные бойцы! Так что же он, теперь перед водными тварями слабину даст?! Не бывать этому! Женщины сказали, что крупные боятся света, так что смерть ему не грозит. А укусы та девица… Тиси, кажется, звали.

Лутас вспомнил, как она сама пожелала лечь с ним и приласкала, не требуя оплаты. На душе вдруг стало легче и веселее от этих мыслей. Ведь прежде ему не попадались девицы, которые бы с него оплаты не требовали или не глядели бы на него, как на жуткое чудовище, зная, кто он и кому служит.

Лутас, со слабой улыбкой на лице, смелее пошел вперед. Чувствуя касания и тычки, начал стараться представлять ту девицу.

— Дурная же. Так и придушил бы. Дождешься у меня еще, поняла? — еле слышно шептал он, погружаясь всё глубже. Пальцы перестали подрагивать, и сердце спокойнее застучало в груди. Он погрузился в воду по самые плечи и наконец оглянулся. Увидел вдали женщин, стоящих кучкой у берега. Все словно с замиранием стояли, глядя на него. Он довольно ухмыльнулся, понимая, что поразил их. И наконец пошел вбок, параллельно береговой линии. Женщины мигом разошлись по своим местам и приняли позы готовности.

Лутас ускорился, желая поскорее закончить дело. Стала ярче ощущаться боль в спине, бедрах и на животе. Он понял, что в него кто-то впился и, скорее всего, сосет кровь. Но осталось немного, он справится.

— Всё! Выходи!

— Скорее давай! Справился!

— Улов точно хороший!

Лутас позволил себе довольно улыбнуться, ведь по голосам понял, что женщины были в восторге. И быстро, но всё так же аккуратно пошел в сторону берега.

Сеть становилась всё тяжелее, и когда он вышел из воды по колено, к нему подошла Алекта и стала помогать тянуть ее. Сама сеть словно ожила. В ней начало всё трепыхаться и биться. Заерзало и замельтешило так, что Алекта попросила ускориться.

— На шум могут приплыть другие, нам надо поспешить.

Они стали тянуть сеть изо всех сил. К ним присоединилась третья женщина. С другого конца тоже встали трое. И вот наконец они вытащили всё это на берег и оттащили подальше от воды.

— Мать моя! Ух, сколько! — восторженно прошептала одна из женщин, раскрывая сеть. Одна охнула и отпрыгнула, когда из-под длинных рыбешек и водорослей вылез детеныш хищной амфибии размером со стул. Но Алекта тут же ловко расправила арбалет и выстрелила ему прямо в глаз. Лутас на миг поразился ее скорости и ловкости. Но Алекта спокойно пошла вперед и начала отстреливать всех крупных тварей, что они поймали. Женщины словно спохватились и последовали ее примеру. Начали убивать тварей чуть помельче, но которых живьем тащить тоже было бы сложно.

Лутас же опомнился и наконец поднял рубашку, чтоб взглянуть, что там его так больно кусает. И тут же поморщился от отвращения. К животу присосалось несколько черных поблескивающих червей и еще какая-то тварь, похожая на темно-коричневую лепешку с хвостиком. Он, применив край рубашки как перчатку, стал быстро отдирать их. И вот в этот момент ощутил очень сильную боль, словно с него сдирают куски кожи.

— Проклятые твари, — прорычал он, выдернув всех червей. Попытался подцепить лепешку, но та словно присосалась к коже всем телом.

— Погоди. Дай я, — сказала Алекта, подойдя к нему. Она достала из-за пазухи нож. Лутас замер в ожидании. Женщина ловко разрезала лепешку по хребту до самого хвостика. Затем схватила за сам хвостик и отодрала ее. На месте твари осталось множество красных точек.

— Гадина. Сильно присосаться успела, — цыкнула Алекта и внимательно посмотрела на Лутаса, словно высматривала что-то. — Где-то еще болит?

— Да, спина и ноги, —