нас на третий уровень. И мы бежали до шестого уровня. В итоге в живых осталась я одна. Но по пути встретила других женщин, и мы нашли с ними это место и обосновались здесь. Судьбы всех женщин и девушек, которые живут в этом месте, похожи, но у каждой есть своя неповторимая трагическая особенность. Для меня они все стали настоящей семьей, где все равны между собой. Все друг о друге заботятся и любят. Искренне и по-настоящему. А из твоих уст, Адена, к сожалению, про любовь и заботу я не услышала ничего.

Сердце Адены пропустило удар. И в горле вдруг встал ком. Но Мегерия вздохнула и поднялась, давая понять, что разговор окончен.

— Пойдем, девочка моя, я покажу тебе, как мы живем.

Адена, все еще пребывая в потерянном состоянии, поднялась со стула. Они вышли наружу, и Адена увидела скованного кандалами Лутаса. Его провели мимо них пятеро крепко сложенных женщин, включая Алекту, держа под прицелом арбалетов. Но Лутас выглядел гордо и достойно, словно шел встречать свою смерть и не боялся ее.

— Тиси ему раны подлечила, решили уже использовать, — бросила Алекта, остановившись возле них.

— Хорошо. Только будьте осторожны.

— Не волнуйся, мама, мы не полезем, он нырять будет. Тем более воды прибавилось, и она стала холоднее.

— Дурной знак… — задумчиво сказала Мегерия.

Алекта кивнула, выглядя серьезной.

— Меня подождите! Алек, почему меня не позвала, я тоже хочу?!

К ним подбежала щуплая серокожая блондинистая девушка, которую Адена тут же узнала.

— Нет. Оставайся здесь. Пошла я, — сказала Алек и побежала догонять своих.

— Тиси, девочка моя, нечего тебе там делать, — удивительно мягко сказала ей Мегерия, преображаясь на глазах. От суровой женщины не осталось и следа. — Пойдем с ними, нужно Адене наш дом показать. Она, как и ты, заблудшая душа. Не ведает, что нужно ее сердцу на самом деле.

Адена хотела возразить, но понимала, что ей лучше просто молчать.

— О-о, понятно, — кивнула Тиси и неожиданно взяла Адену под локоть. — Ну что же, пойдем. Я тебе всё покажу. А ты, мама, иди отдыхай.

— Уверена, что справишься?

— Да, совершенно уверена. Да, Адена? — сказала Тиси.

Адена лишь кивнула ей. Мегерия слабо улыбнулась.

— Пойду тогда рожениц навещу, может, им нужно что-то, — сказала Мегерия. Бросила на Адену внимательный взгляд и пошла к другой двери. Адена огляделась по сторонам, вспомнив про Лутаса и женщин, но их уже не было видно.

— Если будешь вести себя хорошо, я тебя свожу к нему, — неожиданно прошептала Тиси, хитро взглянув на нее. Сердце Адены заколотилось от волнения.

— Правда? Как он там? — взволнованно спросила она.

— Он там не очень, но о тебе спрашивал. Вы влюблены, да?

— Что? — опешила Адена, ощутив дикое смущение. — Нет. Что вы, конечно нет. Он мой сопровождающий.

Глаза Тиси заблестели хитрым огоньком, и она кивнула.

— Поняла. Всё поняла. Ну что ж, пойдем пройдемся по нашему селению. Покажу тебе всё.

Адена охотно кивнула, у самой все еще горело лицо.

Лутас и женщины долго шли молча, спускаясь вниз по утёсу, который становился всё уже. На женщинах были надеты обшитые камнями селенита жилеты, и в руке каждой было по арбалету и жезлу, на верхушке которого был закреплён крупный камень селенита. И это были единственные источники, освещающие темень. Все шестеро шли молча и временами замирали, когда идущая впереди поднимала вверх руку. Лутас инстинктивно повторял все их движения. Когда свет от поселения, что осталось далеко позади, перестал быть виден, ему стало совсем не по себе. По коже побежали неприятные мурашки, но он не подавал вида. Понимал, что если бы его хотели убить, выбрали бы более лёгкий способ. А значит, он им для чего-то нужен. Осталось дождаться, чтоб узнать для чего.

Они наконец дошли до берега, и под ногами стала ощущаться рыхлая земля. Запахло водорослями, и воздух стал влажным. Лутас услышал впереди шелест воды и увидел тусклые блики, которые образовались от свечения селенита.

Женщины расставили жезлы по периметру, воткнув их в землю. Начали подбирать с берега длинную большую сеть, расправляя ее. Лутас понял, что они собрались рыбачить. К нему подошла рослая женщина с рыжими волосами и с черной косынкой на голове. Стянула с себя жилет и протянула ему.

— Надень это, — шепотом сказала она.

— Зачем? — шепотом спросил Лутас, но неохотно забрал тряпье.

— Залезешь в воду с концом сети и пройдешься по дуге. Запасы еды заканчиваются. Вашей старой ящерицы ненадолго хватит.

Лутас стиснул зубы и неохотно взглянул на черную воду.

— Если я откажусь, убьёте?

— Да.

Он шумно вздохнул носом и быстро надел жилет.

— Зачем он нужен?

— У крупных амфибий чувствительные глаза. Они боятся света и не станут на тебя нападать. Но всё равно двигайся медленно и плавно, чтоб не шуметь, ясно?

Лутас неохотно кивнул. Самому даже думать и представлять ничего не хотелось. Он слышал про плотоядных амфибий, но ни разу не видел их.

— Дайте мне мой кинжал или арбалет, на всякий случай. Если полезет, я ее убью.

— Этим ты не убьешь, только кровь выпустишь и сделаешь еще хуже. Учуяв кровь, приплывут другие, и не только амфибии, и это место долго будет непригодным для рыбалки, — сказала женщина и сняла с поясницы моток веревки. Протянула ему конец. — Обвяжи его вокруг пояса. В случае чего, мы быстро вытянем тебя.

Лутас с недоверием зыркнул на нее. Женщина с иронией вскинула брови.

— Никто из нас туда заходить не хочет, уж поверь мне. Поэтому нам выгодно, чтобы ты оставался жив и цел. Мать против мужчин, но как пленники вы ценны для нас. Поэтому лезь давай, мы подстрахуем.

Лутас увидел логику в ее словах и повязал веревку на пояс. Сделал крепкий и надежный узел.

— Дайте тогда один жезл вместо кинжала.

— Раскомандовался тут. Иди давай, — не выдержав, шепотом выругалась одна из женщин.

— Пойду. Дальше и глубже, чем вы, но мне нужна дополнительная подстраховка и подсветка, — настойчиво и твердо сказал Лутас, посмотрев ей прямо в глаза.

— Ха. Командир. Радуйся, что жив еще, — сплюнула женщина с презрением.

— Хорошо. Дело ваше. Пройду по мели и выловим всякую мелочь. Суп тоже еда, — ответил Лутас и зашагал в сторону воды.

Но Алекта цыкнула, пронзительно взглянула на женщину, давая ей понять, что гордости тут не место. Забрала один из жезлов, догнала Лутаса и отдала его.

— Слово не сдержишь, в следующий раз без жилета пойдешь, понял? Ненавижу тех, кто слово не держит.

Лутас гордо глянул на нее, словно в его чести смели сомневаться.

— Я сам