я не сильно рада, когда меня так мужчины называют. Горькие воспоминания с этим связаны.

Она опустила глаза обратно на сверток. Лутас, замерев, наблюдал за ней, не понимая, как такое возможно. Быть может, она тоже была чьей-то приближенной прислужницей? На госпожу девица уж точно не тянет. Но вдруг…

— А кто такой Вирий? Неужто тот синий из соседней темницы? — спросила девица. Лутас взглянул в ту же сторону, что и она, и уперся взглядом в соседнюю стену. Сердце ухнуло. В голове мелькнуло две мысли, одна хуже другой. Первая: значит, тот, кого он догонял, совсем рядом, но его в таком положении точно не достать. А вторая… Наверняка он слышал стоны этой шлюхи и обо всем догадался. Стыд прожег до самых пят, и Лутас вновь яростно зыркнул на девицу. Та с подозрительно хитрой улыбкой глазела на него.

— Дорогой Лутас, я сейчас уберу кляп. Но имей в виду, что жив ты будешь до тех пор, пока не надоешь мне. Ну и матери. А потом мы тебя порежем и скормим амфибиям. Поэтому веди себя хорошо. Понял?

Лутос, тяжело дыша носом, очень неохотно кивнул. Девица медленно достала кляп из его рта, и он тут же сжал зубы до скрипа. Она неожиданно прикусила нижнюю губу, оглядев его лицо.

— Всё же, какой же ты красивый, — она бросила взгляд на его грудь, и ее взгляд вдруг помрачнел. — Но, похоже, хозяин у тебя был поганее моего.

Она встала и засунула сверток и платочек в карманы юбки.

— Это я забираю, — сказала она и дошла до решетки темницы. Открыла дверь ключом и вышла. Встав к противоположной стене, дернула за рычаг. Крюки расцепились, освобождая кандалы. Лутас мигом поднялся и подошел к решетке. Исподлобья уставился на девицу, которая легкой поступью подошла к соседней темнице и открыла ее.

— О, и ты уже очнулся, — послышался ее голос, и она скрылась из виду. Лутас замер, жадно вслушиваясь. Услышал, как цепи тихо прогремели и донесся слабый стон.

— Ого, выглядишь совсем худо. Ну хоть не сдох, — сказала девица. — Впрочем, какая мне разница. Хм… Давай посмотрим, что там у тебя в мешке.

— Обезболивающая микстура… Там в банке… Дай, пожалуйста, — донесся слабый и хриплый голос.

Сердце Лутаса заколотилось от восторга. Это он! Это Вирий! Проклятый ублюдок!

Лутас крепко сжал прутья решетки.

— На, пей…

Послышались жадные глотки, бренчание цепей и облегчённый вздох.

— Фу, смотреть на тебя противно. Синюшный, как мертвец, да еще и в сыпи весь… Что вы там снизу жрёте?

— Слизней и водоросли, — уже более четко сказал Вирий.

— …Мерзость какая.

Тут Лутас был полностью с ней согласен. Даже представлять такое не хотел.

— Но у тебя тоже сыпь.

— Так это из-за мяса ящериц. Мы еще детенышей амфибий отлавливаем или добываем их икру. Ну, может, и водоросли тоже влияют, — задумчиво закончила девица. — Всё, с тебя хватит. Остальное дам, только если расскажешь, почему на тебя Лат… Так дай глянуть, забыла. Точно. Лутас! Почему Лутаса отправили за тобой? А ты аж в низы убежал, я ведь верно всё поняла?

Но Вирий стих.

— Имей в виду, если не расскажешь, я заберу все лекарства. Твоя рука начнет медленно гнить, и паразиты отложат в нее личинки. Начнут жрать тебя заживо. А когда совсем завоняешь, мы отрубим твою руку и оставшееся скормим амфибиям.

— …Вы все равно меня убьете. Какая разница, расскажу я или нет?

— Ты, конечно, в плохом состоянии, и нам проще избавиться от тебя, чем лечить. Это верно, ты догадливый. Но… Ты из низов и можешь оказаться полезен, поэтому…

— Он убил отца, — не выдержав, прорычал Лутас. — Отвечай, зачем ты сделал это, ублюдок?

На миг всё стихло.

— …Он не был нашим отцом. Он был нашим хозяином, — послышался из-за стены голос Вирия.

— Он вырастил нас, воспитал, дал статус и хорошую жизнь, о которой мы и не мечтали. Как ты посмел? Как смеешь говорить такое? Девица, выпусти меня. Я его добью прямо здесь, а дальше делайте со мной всё, что хотите, — в порыве сказал Лутас, треснув руками по решетке. — Эй, девица. Выпусти, говорю. Верни мне кинжал. Я убью его. Я должен отомстить за отца.

— Отца?! По его приказу убили твою кровную семью! Почему тогда ты не отомстил ему за них?! — раздался из-за стены повышенный голос Вирия. Но тот, едва выговорив это, громко закашлял и сплюнул.

Лутас, тяжело дыша, сжал прутья до побеления пальцев. Грудную клетку сдавило от боли, а в голове мелькнули очень смутные воспоминания о прошлом, которые он пытался старательно забыть. Забыть лица кровных отца и матери, которым при нем отрубили головы. Забыть лица других мальчиков, которых вместе с ним собрали в кучу. Забыть лицо Вирия — испуганного мальчика с глазами, полными ужаса и слёз. Как они стояли рядом, опасливо оглядываясь по сторонам, боясь сделать лишнее движение…

Всё это было лишь страшным сном. Кошмаром из прошлой жизни, которая была даже не его. Тогда это был не он. Не мог быть он. Это не его прошлое. Его настоящая жизнь началась только после того, как он стал одним из воинов… отца.

— Закрой свой поганый рот и сдохни. Не смей лечить его, поняла? Он заслуживает смерти в муках.

— Так за что ты убил хозяина? — наконец послышался уже серьезный голос девицы.

— Он приказал мне убить младенца… И в этот момент я понял, что я держался за него из-за ненависти, а не из любви.

Лутас застыл. Что это всё значит? Слова Вирия словно эхо повторились в голове. Назойливыми насекомыми завертелись в сознании.

— …Держи свои лекарства и не подыхай пока. Я сообщу обо всем матери, и мы будем решать ваши судьбы.

— Где девушка? — взволнованно прозвучал голос Вирия. Лутас в очередной раз замер, жадно прислушиваясь.

— За нее не беспокойся. В нашей общине все женщины — госпожи. Она теперь под нашей защитой и опекой. Беспокойся о своем здоровье, Вирий. Мы тебя больного долго терпеть не станем, это я тебе могу сказать точно, — сказала девица и возвысила голос: — А тебя, Лутас, ждет тяжелый труд прислужника. Так что береги свой пыл на полезные дела и, быть может, останешься в живых при хорошем поведении.

Лутас стиснул зубы, но больше не позволил эмоциям взять вверх. Услышал бренчание ключей и удаляющиеся шаги. Наступила полная тишина.

Лутасу очень захотелось спросить, что Вирий имел в виду, говоря, что был рядом с отцом из-за ненависти, а не из любви. Но гордость не позволила вымолвить и словечка. Лутасу очень