почувствовала, что не могу продолжать разыгрывать шараду. — На самом деле, Марко, я сегодня не смогу пообедать. Я немного занята, заканчиваю свой исследовательский проект.

— О, хорошо, тогда увидимся позже?

— Извини, но сегодня ничего не выйдет.

Марко провел рукой по волосам.

— Шелли, что происходит? Я тебя не обидел?

Я слегка покачала головой, из — за напряжения в челюсти и горле мне было трудно говорить.

— Нет. Я просто занята, и, кроме того, тебе нужно готовиться к турниру.

— Тогда завтра?

Мне пришлось закончить разговор, иначе он увидел бы, что я не в себе.

— Не уверена. Я перезвоню тебе.

Голос Марко стал громче.

— Шелли, что происходит?

Слезы подступили к глазам, и, отвернув камеру от лица, я быстро заговорила.

— Ничего. Мне нужно в туалет, так что поговорим позже. — Я закончила разговор, зная, что Марко, должно быть, сидит в растерянности от того, что только что произошло.

Прошел месяц с тех пор, как я притворялась секс-ботом, и с тех пор мы много раз наслаждались сексом вместе. Не было ничего лучше, чем снова быть с ним рядом, но мое сердце больше не могло этого выносить. Как в мозаике, кусочки того, что произошло между нами вчера на вечеринке, начали вставать на свои места.

Марко вел себя почти ревниво и запретил мне пить и курить травку. Он отрицал, что это было чувство собственности, и я была так разочарована. По крайней мере, если бы он был собственником, это означало бы, что я что — то значу для него.

За те минуты, что мы провели в глубоком зрительном контакте, я почувствовала, как тысячи бабочек играют в пятнашки внутри моего тела. Я чувствовала такую глубокую связь между нами, но разум покажет тебе то, что ты хочешь увидеть. Отрицание Марко того, что между нами была особая связь, когда Уиллоу спросила его об этом, внезапно прозвучало правдивее, чем вчера, когда я убеждала себя, что он лжет. Теперь, когда Марко только что указал мне на то, какой я неловкой была и как его друзья смеялись надо мной, все обрело смысл. Как я могла не понять, что причина, по которой он не хотел, чтобы я вчера напивалась или была под кайфом, заключалась в том, что он стеснялся меня? Вот почему он не пригласил меня пообедать. Конечно, он не хотел, чтобы я испортила ему отношения с Луизой, но и смущаться из — за меня он тоже не хотел.

Сердитым движением я смахнула слезу. Может, я и была неловкой и эксцентричной, но у меня все еще была гордость.

Безответная любовь — удел мазохистов. Я где — то читала об этом, и моя фотографическая память вернула мне это, как хорошо обученная собака, пытающаяся быть полезной.

Я бы хотела отбросить свои чувства к Марко или похоронить их, как кость, достаточно глубоко, чтобы забыть о них. Но мой мозг так не работал. У меня были четкие воспоминания из раннего детства, и я буду помнить свою любовь к Марко до самой смерти.

Глубоко вдохнув, я с усилием втянула воздух в легкие, которые, казалось, сжимались железным обручем. Никогда больше я не позволю никому говорить мне, что у меня нет эмоций. Их было слишком много, и они причиняли боль.

Мне следовало бы знать, что чистая кожа и большая грудь не имеют большого значения. Я по-прежнему была умницей, а Марко по-прежнему был моей тайной.

Пришло сообщение.

«Пожалуйста, мы можем увидеться завтра?»

Я знала, о чем идет речь. Марко хотел заняться со мной сексом как можно больше раз, прежде чем уедет, чтобы жениться. Эксперименты и грязные разговоры со мной прекратятся. Луиза была драгоценной и чистой. Как одна из менее чем ста женщин, родившихся в Северных землях, она была, по его словам, настоящей красавицей. Редкая жемчужина по сравнению с одной из трех десятых миллиарда женщин с Родины по ту сторону границы. Неудивительно, что Марко дорожил ею. Она станет матерью детей, о которых он так мечтал.

Я перечитала сообщение еще раз.

«Пожалуйста, мы можем увидеться завтра?»

Было так заманчиво сказать «да», и я почти согласилась, но вовремя остановилась. Т ы психолог. Примени то, чему научилась. Есть только один человек, который может прекратить твои страдания. Ты была зациклена на Марко и приучила свой мозг постоянно думать о нем. Что тебе нужно для исцеления, так это чистый порез.

Мое сердце кричало о нем, но мозг продолжал спорить. Боль реальна, так что отвлекись и не думай о нем. Не затягивай страдания и не жди, пока он уйдет.

Прежде чем мое сердце смогло оправдать последний день, проведенный в его объятиях, я изменила свой ответ и уставилась на слова, которые совершенно не соответствовали моим чувствам.

«Марко, готовься к своему турниру. У меня есть необходимые исследования. Береги себя и удачи во всем».

Появилось новое сообщение.

«Ух ты, как холодно».

За ним последовало еще одно сообщение.

«Скажи мне хотя бы одну вещь. У тебя были месячные?»

Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, прежде чем написать последнюю большую ложь в одном маленьком слове.

«Да».

Со слезами на глазах и разбитым сердцем я посмотрела на фотографию Марко с нашего последнего разговора и прошептала последнее «Прощай».

Глава 17

Турнир

Марко

Это было безумие.

Я рисковал своей жизнью, чтобы жениться на женщине, которую не любил и к которой не испытывал влечения?

Даже миллион долларов, который принесет Луиза, не заставил меня по-настоящему захотеть выиграть этот бой.

С моим противником было нетрудно справиться. Парню было двадцать два, и он был слишком накачан и энергичен в движениях. Тем не менее, он нанес мне несколько хороших ударов, и я был недоволен собой.

Не помогло и то, что всего секунду назад я заметил лорда Хана и Магни среди зрителей. Как бывший чемпион предыдущих турниров, я дрался на главной арене перед большой аудиторией, которая, должно быть, недоумевала, какого черта я затягиваю этот бой, когда он должен был завершиться победой.

Это потому, что какая — то часть тебя не хочет побеждать, шептало мое подсознание.

Я хочу быть богатым и уважаемым.

Мой противник переминался с ноги на ногу передо мной, его кожа цвета черного дерева блестела от пота, а потрескавшиеся губы кривились в уверенной ухмылке.

— Ты устал, старик? — он провоцировал меня.

Мне было тридцать лет. Сильный, мужественный и быстрый. Моим ответом на его неуважение