– Если так, почему ты не взяла с собой наш рыцарский отряд? И вместо этого отправилась на охоту с одним дворецким. Он у тебя что, по силе не уступает всем рыцарям?

Сейчас был редкий случай, когда он говорил без своей фирменной «аслановской» тарабарщины и строил совершенно нормальные фразы. Неужели пока меня не было, он прошел курс ораторского мастерства?

Когда Аслан рассказывал о своем секретном увлечении, то застенчиво заикался, не в силах говорить нормально, а теперь вдруг так преобразился? Это нечестно! Когда он безмятежно смотрел на меня, его выражение лица было холодным и бесстрастным, и я почувствовала, как холодный пот стекает по спине.

Честно говоря, все так и есть. Сила Киллиана не просто сопоставима с силой рыцарей, она на порядок их превосходит. Он тот самый «черный маг-злодей», который одним махом может снести весь этот горный хребет.

Но как только в голове у меня появилась эта мысль, глаза Аслана сузились, в них явно зажегся огонек подозрения. Он тщательно оглядел безупречный облик Киллиана сверху донизу и сказал:

– Я слышал, твой дворецкий умеет лечить магией. Странно. В документах ничего подобного не значилось.

Когда это ты успел проверить поддельные бумаги Киллиана?

– Странно уже то, что человек, владеющий магией, соглашается быть дворецким. Более чем подозрительно.

Нет, только не Киллиана! Как только Аслан начинает кого-то подозревать, все в этом человеке, вплоть до дыхания, кажется ему странным.

Я подавила панику, сделала глубокий вдох и ответила как можно спокойнее:

– Да, он немного умеет лечить, но на этом все. Как дворецкий он безупречен и крайне профессионален. А что до его силы… он слаб, беззащитен и совершенно ничем не примечателен. Настоящая ширма.

– …

В ту же секунду я буквально кожей почувствовала прикованный ко мне взгляд. Казалось, он сейчас прожжет насквозь мою щеку. Страшно даже представить, какое лицо сейчас у Киллиана, поэтому я упрямо не смотрела в его сторону.

Аслан, видимо, принял мою отчаянную отговорку или решил, что «ширма он или нет» его особо не волнует, поэтому тяжело вздохнул и вернулся к исходной теме:

– Если это не побег из дома, то зачем ехать в Казен?

Аслана не убедит Айла, которая беззаветно жертвует собой ради других. Остался только путь воина.

– Хотела доказать, что я сильная.

– …

Он посмотрел на меня с таким выражением, словно понятия не имел, что теперь со мной делать. Но, видимо, решил, что это не та область, в которую стоит вдаваться, поэтому тяжело вздохнул и начал меня уговаривать:

– Ты даже не представляешь, насколько это безрассудно… Если бы ты хотя бы сказала, что собираешься надолго покинуть дом, нам бы не пришлось мучиться неизвестностью.

– Я говорила отцу.

– Не помню, чтобы он мне об этом сообщал.

– Вот именно. По-моему, главная проблема нашей семьи – полное отсутствие коммуникации.

– …

– …

Мы с Асланом замолчали, одновременно осознав, что ни мне, ни ему больше добавить нечего.

* * *

Знак запретной зоны у входа в Балкские горы исчез. Мерфи как завороженная смотрела на место, где он раньше стоял. Как бы ни говорили, что теперь все в порядке, для нее с детства это была территория «туда нельзя, там опасно».

Еще задолго до нашествия чудовищ стоило подняться в горы, как почти наверняка наткнешься хотя бы на одну-две твари. Если уж приспичило перейти хребет, следовало непременно идти с сильным взрослым или взять с собой одного из наемников в деревне.

Но после того как их отец пострадал от чудища и повредил ногу, даже такая возможность почти исчезла. Вот почему нынешняя ситуация – вдвоем с братом Филипом подняться в горы – казалась Мерфи очень непривычной.

– Ты чего там застряла? Давай быстрее.

Мерфи некоторое время медлила у входа, но в конце концов уступила настойчивым просьбам Филипа.

– Все будет хорошо?

– Да, я ведь уже сказал.

Когда-то детям строго воспрещалось сюда входить, а теперь их с братом никто даже не пытался остановить. Мерфи огляделась и увидела, что люди разных возрастов совершенно спокойно слоняются по склонам.

– Я так и знал. Людей уже полно. Если хотим собрать хороших трав, придется идти вглубь.

Он повел сестру дальше. Мерфи, все еще тревожно косившаяся по сторонам, постепенно успокоилась: она не заметила ни одной твари, ни какой-либо тени, сколько ни всматривалась.

– По-моему, чудовища и правда исчезли…

– Говорят, это ведьма спасла нашу деревню. Одна завалила самого главного монстра.

– Зачем ведьме это делать?

При этих словах она представила себе сказочную каргу, протягивающую ни в чем не повинной принцессе отравленное яблоко или насылающее проклятие вечного сна.

– Ведьмы же злые.

– Но для нас она герой.

– Почему?

– Толку-то от принца, который умеет только спасать беззащитных красивых принцесс, а про нас вообще забыл? Пусть ведьма и злая, но она берет и истребляет всех чудовищ.

«Пусть мы и понятия не имеем, зачем она вообще нам помогла».

Поднимаясь в гору, Филип цинично усмехнулся, а Мерфи, не понимая брата, склонила голову в недоумении.

– Неважно, было это целенаправленным действием или просто импульсом любопытства. Из-за нее мы хотя бы не помрем от голода. За это я готов ей ноги целовать.

Они остановились только тогда, когда вокруг стихли человеческие голоса.

К счастью, после исчезновения чудовищ прошло совсем немного времени, и стоило углубиться дальше, как редкие целебные травы стали попадаться на каждом шагу. Впалые от недоедания щеки Филипа впервые за долгое время чуть округлились, обозначив ямочки.

Он старательно разминал пальцами усталые веки и не переставал наставлять сестру:

– Помнишь, я показывал, как отличать лекарственные травы от всякого бурьяна? Ничего в рот не тяни, пока не покажешь мне, ясно?.. Ты вообще меня слушаешь?

Увидев, что Мерфи застыла столбом и никак не реагирует, Филип без всякой жалости растянул ей щеку. Она всхлипнула, вывернулась и дрожащим пальцем показала в сторону:

– Филип, там какой-то странный дядя…

И правда, иначе как «странным» его назвать было нельзя.

Парень, то ли подросток, то ли уже молодой мужчина, с серебристыми волосами; поверх глаз туго обмотана черная повязка, полностью закрывающая обзор. Руками он шарил в пустоте перед собой и шел будто на ощупь.

– В этот раз я был уверен… И опять мимо… Ничего, не страшно. Мне нравится так ходить. Здесь хорошо. Красиво, правда? Магии достаточно, чтобы призвать его. Значит, скоро смогу найти. Интересно, что выйдет…

Он говорил вслух, словно с кем-то невидимым.

Филип, проследив взглядом за рукой сестры, тут же скривился:

– Не подходи. Мама говорила, что с сумасшедшими