это представляешь! — Надя засмеялась. — Мы будем подстраиваться под график няни? Я плачу достаточные деньги, чтобы прислуга держалась за своё место. Такую зарплату у нас в городе не каждый имеет!

— Но девчонке действительно надо учиться.

— Пусть учится! — Надя пожала плечами. — Разве я ей мешаю!

Жена была такой же, как всегда, и всё-таки показалась незнакомой.

Степан почему-то считал, что ей скорее присуща излишняя доброта, чем равнодушие к чужим проблемам.

— Новая няня не понравилась Стасу. — Он достал сигарету, закурил.

— Если и дальше будет не нравиться, уволю. — Надя равнодушно качнула головой. — Но вообще-то, тётка производит хорошее впечатление. Раньше в детском саду работала. Алина, кстати, какую-то свою подружку предлагала на то время, когда экзамены будет сдавать. Можно с ней поговорить. Стёпа, не забивай себе голову! Это проблемы, с которыми я сама справлюсь.

Степан помахал рукой, отгоняя дым от жены.

— Надь, этот парень, с которым вчера Тася тебя знакомила… Его фамилия Фролов?

— Да. — Жена быстро улыбнулась. — Меня с ним когда-то Глеб познакомил. Ну… когда у нас с тобой всё плохо было. Тася обалдела, когда поняла, что мы знакомы. Она за своего Мишеньку двумя руками держится, боится, что он про её похождения узнает. Глеб рассказывал, что пару раз заставал её у Фролова дома.

— И поэтому ты решила, что он её любовник? — засмеялся Степан.

— Глеб тоже так считал. А в таких делах ему можно верить, он наблюдательный. Был.

— Я про этого Фролова узнал кое-что. — Степан опять помахал рукой, чтобы дым не шёл на жену. — У него есть боевой опыт.

Надя удивлённо на него посмотрела.

— И я подумал… Послушай, эти два убийства, и Маши, и тогда… Их совершил профессионал. Человек, умеющий убивать.

— Через армию проходят почти все. Там не обучают заказным убийствам.

— Не обучают, — согласился Степан.

— Подожди! — Надя задумалась, нахмурилась. — Ты думаешь, оба убийства совершил один и тот же человек?

— Не знаю. — Степан загасил окурок. — Но, кто бы он ни был, он не прилетел с Марса. Либо сам, либо через кого-то должен быть связан с Машей.

Связи Маши выяснить не удастся, он слишком мало знал Надину подругу. А вот связи Милены нужно попытаться вычислить.

— Я понятия не имею, что Саша делал две недели назад, а то прошлое убийство он совершить не мог. Фролов тогда был там, где дамбу чуть не прорвало. Круглосуточно всё снимал и в чат выкладывал. За его каналом тогда весь город следил. Пойдём ужинать! — Надя встала, потянула его в дом.

Неожиданно где-то близко раздался птичий щебет. Неужели соловей? Степан прислушался, но определить точно не смог. Птичка быстро замолчала.

* * *

Фото старой бумажной карты Иван прислал сразу, как только Фёдор позвонил ему с Тининого телефона. Фёдор перекинул карту на ноутбук — разглядывать её на маленьком экране было невозможно.

Ему повезло, он выбрал для выхода из болота правильное направление. Южнее оно тянулось на несколько километров. Не имея компаса, мог бы до сих пор там болтаться.

Дорога, отмеченная лесником, петляла, кое-где шла почти кругами. Наверняка места, где можно проехать, внешне ничем не отличались от тех, что вели в топь. Болотная трава густая, следы хорошо скрывает.

Фёдор снял очки, потёр глаза.

На городской машине по лесной дороге едва ли проедешь, нужен внедорожник. Убийце повезло, транспортное средство он ему предоставил — год назад купил внедорожник «Ниссан». Собирался путешествовать, но так и не собрался.

Фёдор снова склонился над картой.

Найти дорогу даже по отметкам лесника проблематично. Сросшихся берёз, на которые указывала одна из стрелочек, могло уже не быть. Лес с годами не остаётся неизменным.

И всё-таки выйти к избушке надо. Убийца должен туда вернуться.

Он будет искать Фёдора.

Если, конечно, ещё не узнал, что ему удалось выбраться.

Фёдор закрыл ноутбук.

Надо обязательно наведаться к домику лесника. Там враг чувствовал себя более расслабленно, чем в городе. Скорее оставит следы, чем где-то ещё.

Идти нужно как можно скорее. Завтра же.

Тины в гостиной не было. Он поднялся, нашёл её у окна в Ириной комнате.

— Что ты стоишь в темноте? — обнял её Фёдор.

Он всегда ценил свободу, но с Тиной свобода перестала быть нужна. Ему нужно, чтобы она всегда была рядом. Или, в крайнем случае, где-то недалеко.

— Я тебя ревновал сегодня, — прошептал Фёдор.

— Я сначала решила, что ты меня бросил, — прошептала Тина. — Это было ужасно… Мир как будто перевернулся.

Он провёл щекой по её волосам.

— Я за тебя боюсь. — Почему-то он продолжал шептать. — Хочу, чтобы ты уехала.

Она потрясла головой — нет.

— Тебе надо уехать. Ты связываешь мне руки.

— Нет! — Она отодвинулась. — Нет, Фёдор! Я не хочу каждую секунду за тебя бояться. Хватит того, что я уже пережила!

— Тина, мне одному будет проще. Я всё время буду тебе звонить.

— Фёдор, нет! — Она усмехнулась. — Кто-то должен перевязывать тебе голову, и я хочу делать это сама.

Он снова её обнял, помолчал.

Лучшее место, чтобы спрятать тело, — болото. Утонет, и его никто никогда не найдёт. Это даже проще, чем зарыть в лесу.

За окном было уже совсем темно. Только в доме у соседки Оксаны горели окна.

Утопить внедорожник в болоте труднее, машину целиком в тине не спрячешь. К избушке лесника надо наведаться.

— Ира не могла увидеть заколку из окна, — прошептала Тина. — Отсюда даже лицо трудно разглядеть. Она видела заколку вблизи.

Фёдор посмотрел на крыльцо бывшего Милениного дома.

Пожалуй, Тина права. Странно, что он сам до этого не додумался.

На рисунке заколка была обозначена несколькими штрихами, но при этом очень точно.

— Она могла видеть девушку не из окна, — предположил он. — Например, встретила на улице.

— И изобразила её выходящей из дома? — Тина покачала головой. — Нет, Фёдор! Ира видела её на крыльце! И что-то мне подсказывает, девушка обнаружила в доме жуткое.

Атмосфера тревоги на рисунке присутствовала, это верно.

Но это могло быть только плодом фантазии художницы.

Фёдор вгляделся в темноту за окном. Соседнего крыльца было не видно, только очертания дома на тёмно-синем фоне неба.

— Мы так думаем, потому что знаем, что произошло дальше, — заметил он.

— Может быть, — не стала спорить Тина.

Фёдор, взяв её за руку, добрался в темноте до двери, включил свет. Небо за окном стало казаться чёрным.

16 июня, вторник

Лицо сына на подушке показалось бледным.

Степан осторожно закрыл дверь детской, спустился. Надя ставила грязные тарелки в мойку.

— Надь, верни Алину. — Степан подошёл к жене. — Она была для него другом. Не заставляй