она уже была готова замахнуться очередным смертоносным ударом, но тут прямо перед ней Чан Юань поцеловал Эр Шэн в лоб, что было совершенно неосознанным действием. Раз он, косноязычный, не смог выразить свои чувства словами, то попытался утешить прикосновением, но никто из них, поглощенный собой этого не заметил.

Легкое прикосновение ко лбу, полное любви и ласки. Выражение лица мужчины было нежным, как весеннее солнце и летний ветерок, – все это было так чутко и искренне.

Ню Юань, словно завороженная, не могла отвести от них взгляда. Мыслями она почему-то унеслась в далекое прошлое, где в лунную ночь среди цветов и летящего пуха, в увитой виноградными лозами беседке Десяти ли у подножия горы Бегущих волн губы того мужчины были чуть прохладными, но глаза его горели…

Эта чудесная лунная ночь больше никогда не случится вновь.

Вспыхнувшая ревность рисковала сжечь все внутри Ню Юань, и обида, едва рассеявшаяся на кончиках пальцев, заново собралась в поток энергии и обрушилась на пару в объятьях друг друга.

Этот удар был особенно жестоким, и Чан Юань, выпустив Эр Шэн из рук, обернулся, чтобы парировать его. Он по характеру был отнюдь не вспыльчив, даже несколько безразличен и медлителен, однако приемы его были резки, и с унаследованными благородством и гордостью клана драконов он всегда предпочитал сражаться лицом к лицу и выходил победителем, полагаясь лишь на свою духовную силу без каких-либо особых техник.

Будь на его месте кто-то другой, он бы непременно нашел способ отбиться от атаки Ню Юань, но Чан Юань, прищурившись, принял ее своей ладонью. Последствия столкновения были катастрофическими: крыша башни на стене города Бесконечности, существовавшей с незапамятных времен, была безжалостно сорвана, размолота в песок и развеяна по ветру, осыпав людей в зале, которые оказались беззащитны перед сухими и жаркими ветрами, что дули в пустынном городе и днем и ночью.

Лицо Ню Юань оставалось бесстрастным, Чан Юань тоже выглядел совершенно равнодушным. Стражники взвыли. Эр Шэн было особенно неудобно, поскольку весь песок прилип к ее заплаканному лицу. Она сплюнула и обтерла щеки.

– Не вините меня, – сказала Ню Юань. – Я их предупреждала.

– Правительница! – недовольно рявкнул один из стражников. – Это девятнадцатый раз, когда мы чиним крышу! Девятнадцатый раз!

– Ну что ж, – кивнула та, – в следующий раз будет круглое число.

Из-за отсутствия крыши всем оставалось лишь пройти в усадьбу под городской башней, где обычно жила Ню Юань. Высокие стены защищали от песчаных бурь, и это было одно из редких прохладных мест в заброшенном городе.

Стражники отправились на поиски материалов для крыши. Правительница обратилась к Чан Юаню:

– Молодой господин, остановитесь в моей усадьбе на несколько дней. Как только выдастся случай, я помогу вам покинуть город.

– Я уйду только с Эр Шэн.

Ню Юань холодно кивнула:

– В таком случае просто дождитесь, пока она умрет.

Сказанное будто являлось чем-то само собой разумеющимся: не насмешка, а доброе предложение.

Чан Юань нахмурился. Жизнь ему была предначертана долгая, и провести несколько десятилетий в городе Бесконечности для него было пустяком, но для Эр Шэн этот срок был всей жизнью. Даже если она была всего лишь испытанием Сы Мин, он не мог просто наблюдать за тем, как живую Эр Шэн заточат в этой тюрьме до самой смерти.

Мысли его прервал серьезный голос спутницы:

– Если не ошибаюсь, никто не может меня здесь запереть даже из-за этой печати Небесного императора. – Девушка встретила полный негодования взгляд Ню Юань и, глядя ей в глаза, продолжила: – Город Бесконечности – тюрьма для преступников. Даже если ты уверена, что я совершу преступление в будущем, почему бы не дождаться нужного момента, прежде чем схватить меня? Тогда я обязательно отправлюсь с тобой сюда добровольно. Сейчас же ты самовольно приговорила меня по ложному обвинению, что не только неразумно, но и неубедительно.

Ню Юань смерила Эр Шэн взглядом.

– В твоих словах есть смысл, дайте мне вернуться и подумать над этим. – После она отдала приказ разместить Эр Шэн и Чан Юаня и вернулась в свои покои.

Проводив взглядом Ню Юань, Эр Шэн потянула дракона за рукав и гордо улыбнулась:

– Моя старшая соученица обычно так со мной разговаривает. Я боюсь старшую соученицу, и эта Ню Юань тоже меня теперь боится.

Мужчина провел рукой по ее волосам и слабо улыбнулся. По его мнению, Эр Шэн сейчас больше походила на Сы Мин, чем на Цзи Лин: честная, серьезная и неустрашимая. Даже если она переродилась и потеряла свои воспоминания, душа божества по-прежнему жила внутри, и благодаря этому Эр Шэн всегда отличалась от прочих смертных.

– Кому здесь захочется остаться на всю жизнь? – пробормотала она, затем глянула на своего мужа и лучезарно улыбнулась. – Я обещала, что буду рядом, чтобы мы с тобой увидели все на свете, обошли знаменитые горы и реки, испытали тепло и холод людских отношений и вкусили все прелести жизни. Теперь я умею пользоваться магией и летать, так что всегда смогу быть рядом!

Сердце его отчего-то ускорило свой темп, и, увидев, насколько серьезна Эр Шэн, Чан Юань невольно смягчился. Он понимал, этот мир огромен настолько, что Эр Шэн не сможет обойти с ним весь свет, даже если проведет с ним целую жизнь. Он также понимал, что для него «всегда» Эр Шэн было лишь мгновением, однако ее торжественное обещание заставляло дракона верить.

Бесчисленное множество эмоций пронеслись в его сердце, и в конце концов Эр Шэн услышала лишь слабое «Хорошо».

Одно это доброе слово вызвало у нее глупую улыбку и смех такой громкий и долгий, что уши Чан Юаня покраснели. Он пристально посмотрел в ее ясные глаза и осторожно произнес:

– Эр Шэн, я…

– Хм?

– Можно тебя укусить? – Он сделал паузу. – Совсем чуть-чуть…

Девушка застыла в шоке.

Напряженный, Чан Юань так и смотрел на нее, и после вздоха в его голосе послышалась легкая обида:

– Я ничего не могу с собой поделать.

Сказав это, он склонился к губам Эр Шэн и легонько поцеловал, затем прикусил их и продолжил покусывать. И еще, и еще… Спустя долгое время он наконец неохотно оторвался от нее, глядя на девушку увлажненными глазами:

– Не станешь меня за это бить?

Эр Шэн никогда бы его не ударила. После долгой паузы она вдруг дерзко спросила:

– Иначе больше меня не поцелуешь?

Услышав это, Чан Юань замер. Эр Шэн захотела дать ему пощечину.

Она вдруг вспомнила наставления учителя, что женщины должны быть сдержанными. Прикрыв руками лицо, она смущенно его упрекнула:

– О чем ты говоришь, муж мой, я… я давно уже вверила себя тебе.

Чан Юань долго смотрел на Эр Шэн, глаза его искрились весельем. Он снова опустил голову к ее губам.

Внезапно в их направлении стрелой пронеслась негативная энергия. Чан Юань пригнулся с девушкой в руках,