Теперь вздохнула Тина.

— Тина… А вдруг Фёдора похитили!

— Не говори ерунду!

Она всё время забывает, что он всего-навсего ребёнок.

— Почему ерунду! Твоя сестра же пропала!

— Перестань, Филипп! Фёдор — взрослый мужчина. Его невозможно похитить.

— Ты бы поговорила с участковым! Хочешь, с тобой к нему схожу? Я знаю, где его найти.

— Не хочу!

Полиция не ищет сбежавших любовников. Реальных дел полно.

Чтобы не приходилось никого искать, нужно не влюбляться в случайных знакомых.

— Спасибо тебе! — искренне поблагодарила Тина.

— За что?

— Я рада, что ты мой друг.

Девочке Кате повезёт, если Филипп по-прежнему будет хотеть на ней жениться. Он от неё не сбежит.

Бабушка всегда утверждала, что люди мало меняются. Какими родились, такими и помрут. Филипп родился таким, что его будущей жене можно позавидовать.

— Я тоже рад, что мы друзья. Ты звони, если что…

— Позвоню, — пообещала Тина. — Пока!

Чай остыл, она снова включила чайник и подошла к одёжному шкафу.

Над сумкой Фёдора на плечиках висела его джинсовка.

Он скрылся от неё, бросив не только сумку, но и единственную тёплую одежду?..

Мы не в Египте и не в Турции. У нас даже июньской ночью в одной футболке можно замёрзнуть.

Тина смотрела на серый деним и понимала то, что должна была понять раньше. Случилось что-то ещё более страшное, чем она себе вообразила.

Фёдор не мог её бросить. Он её любил.

Она уткнулась в рукав серой куртки. Хотела заплакать, но слёз не было.

* * *

Для торжества Тася сняла зал в ресторане. Денег она не пожалела, вина и закуски были на высоте.

Наверное, художник Вячеслав не единственный, с кого она берёт деньги за мелкие услуги. Впрочем, скорее всего, Степан напрасно на неё наговаривает. Зарплата директора музея явно позволяет оплатить банкет. В отличие от зарплат бабушек-смотрительниц.

Надя вручила имениннице французские духи, Степан — букет купленных по дороге цветов.

— Какая прелесть! — ненатурально ахнула Тася.

Про духи Степан ничего сказать не мог, а прийти в восторг от роз было трудно, они ничем не пахли.

Знакомого Степан увидел только одного, Вячеслава. Художник издали ему кивнул, Степан кивнул художнику.

— Познакомьтесь, это мой муж, — пропела Тася.

На ней было длинное чёрное платье. На шее бусы из крупных чёрных камней.

Муж был одет гораздо проще, в обычную рубашку. Будь вечер попрохладнее, Тася заставила бы его надеть костюм.

— Степан — директор нашего завода, Мишенька.

Кругленький добродушный Мишенька Степану руку пожал, а Наде поцеловал.

Приткнуться в незнакомой толпе было некуда. Степан попятился к стене, оказался рядом со скучающим художником.

Тот, в отличие от него, гостей знал, постоянно с кем-то здоровался.

Никого здесь не знал только Степан — к Наде гости подходили. Поговорив с очередной дамой, она поискала его глазами. Платье на жене было скромное, серое, чуть ниже колен, но выглядела она изысканней вычурной хозяйки.

Впрочем, он в модах не разбирался, а жену любил — имел право быть необъективным.

— Тася вас тоже сюда притащила? — усмехнулся художник. — Небось жалеет, что мэра затащить не удалось. Ваша жена — сестра мэра, верно?

— Слава, ну зачем ты! — укоризненно улыбнулась стоявшая рядом с ним девушка и объяснила Степану: — Вячеслав вредничает, но вы не обращайте внимания, он не злой.

Подошла Надя. Девушка улыбнулась ей.

Девушка и художник были очень разные и очень похожие. Широкоплечий Вячеслав и его худенькая жена смотрели на окружающих с мягким юмором.

— Меня зовут Варя.

— Очень приятно! — Надя заговорила с женой художника.

За стол они сели рядом: Степан с Надей и художник с женой. С одинаковой скукой выслушивали тосты. То есть скучали мужчины — Надя с новой приятельницей весело болтали.

— Пойдём отсюда, — позвал жену Вячеслав, когда часть гостей поднялась из-за стола.

— Неудобно как-то, — замялась Варя. — Никто ещё не расходится.

— Пойдём!

Увести жену художник не успел, к ним подплыла Тася, наклонилась над Надей.

— Тебе не скучно?

— Ну что ты!

Степан поднялся, достал из кармана пачку сигарет.

— Пойдём, я познакомлю тебя с одним интересным человеком. Он писатель. — Тася ласково улыбалась.

— Никому не известный писатель, это очень интересно! — усмехнулся Вячеслав.

— Слава! — осадила мужа Варя.

Надя послушно встала из-за стола.

— Если речь идёт о Фролове, то он не считает себя писателем. — Варя тоже встала. — Но парень занятный, интересный.

— Варя, я тебя, кажется, не спрашивала!

Жена художника хозяйке активно не нравилась, и она не пыталась это скрыть.

Варя смутилась, у Вячеслава заходили желваки на скулах. Жена схватила его за руку, чтобы не брякнул лишнего, и потащила к дверям.

Степан вышел вслед за парой.

— Стерва! — прошипел Вячеслав.

— Да ладно тебе! — Варя улыбнулась. — Ей хочется быть светской дамой.

— Мне плевать, чего ей хочется!

— Слава, она дурочка! Не опускайся до её уровня!

— Я тебе говорил, что не надо сюда идти!

— Говорил, — улыбнулась Варя, погладила его по руке и обернулась к Степану. — Я раньше работала в музее. Когда Тася появилась, начала свои порядки устанавливать, я уволилась. Не было сил её терпеть. Собиралась в художественную школу устроиться, но у нас ребёнок родился, теперь дома сижу.

Вышла Надя. Вячеслав с женой ушли. Прощаться с именинницей не стали.

— Давай тоже уйдём, — предложил Степан.

— Нехорошо! — Надя, улыбнувшись, покачала головой. — Тася обидится.

— Чёрт с ней!

— Не надо! Зачем портить отношения на ровном месте!

Они ушли через час, когда гости снова встали из-за стола. С хозяйкой Надя распрощалась тепло и сердечно.

— Знаешь, кто тот парень, с которым Тася меня познакомила? — сидя в такси, засмеялась Надя.

— Писатель?

Жена поморщилась.

— Какой он писатель, понятия не имею. Думаю, что никакой. Так, блогер. Знаменитость местного уровня. Главное не это. Он её любовник. Причём много лет. Занятно, да?

Степан пожал плечами.

— Всё-таки человеческая подлость неописуема. Знакомить любовника с мужем — это что-то запредельное!

Она опять засмеялась, а Степана неприятно кольнуло. Он только что видел, как Надя с Тасей ласково обнялись на прощанье.

Надя прижалась к его плечу, и мимолётный неприятный укол забылся.

* * *

За окном давно стемнело. Луна то появлялась, то исчезала за очередным облаком. Она уже не была такой огромной, как несколько дней назад, но светила ярко, по дому можно было перемещаться, не включая свет.

Подойдя к шкафу, Тина нащупала плед, отнесла на диван.

Прошлой ночью она практически не спала и чувствовала, что опять не сможет заснуть.

Знобило. Тина включила камин, легла на диван, укрывшись пледом.

Всё это напоминало то страшное время, когда она ждала брата, поняв, что случилась беда.

Только теперь ждать было