«Я вообще-то еще жив…»

Как бы там ни было, Леннокс поднял меч и направил его на надвигающихся чудищ, медленно поднимая голову. Он и подумать не мог, что снова воспользуется этой техникой всего через два дня.

Чеканя каждое слово, он выкрикнул:

– Пламя чистилища, колышущееся в бездне…

Но стоило ему произнести первую фразу, как голову марионетки, стоявшей перед ним, как ветром сдуло.

– Что за…

Он и сам не заметил, как выкрикнул это, и тут же, похолодев, схватился рукой за шею. К счастью, собственная голова была по-прежнему на месте.

«Я… жив?..»

Волосы развевались за спиной женщины, внезапно преградившей ему путь. Они были огненно-красными и такими же яркими, как флаг, символизирующий борьбу и сопротивление, свободу и победу, даже несмотря на то, что мрачность ситуации оставалась неизменной.

Леннокс наконец понял, что испытывают люди, глядя на него. Если бы он знал это прежде, то никогда бы не считал их ожидания бременем. Если бы он понимал, насколько это ошеломляющее чувство…

– Леди Мертензия…

Низким, охрипшим голосом Леннокс произнес имя Айлы. И она не менее низко откликнулась:

– Вы чего, дораму снимаете, что ли?

– Простите?

От ее мрачного, почти тыкающего в лоб тона Леннокс рефлекторно повторил:

– Дора… му?

Это был странный термин, который он никогда прежде не слышал. Леннокс сразу же отказался от попыток постичь значение этого слова и промолчал. Более того, аура Шарлотты заставляла его проявить осторожность.

– Значит, даже магия исцеления не помогает при синдроме восьмиклассника… Об остальных я уж промолчу…

Это был неподдельный убийственный настрой.

Леннокс пытался уверить себя, что ему показалось, что он неправильно считал ее эмоции, но тело, привыкшее к сражениям, не спрашивало, а уже ясно ощущало направленное на него намерение.

Айла искренне хотела смерти Леннокса.

Ее глубокие зеленые глаза медленно просканировали его, будто оценивая, отчего по спине пробежал холодок и волосы встали дыбом. Убить или не убить. Казалось, она мучилась с этим крайне сложным выбором.

– Считай, вам повезло, что я не пнула вас с размаху.

Скривившись до жуткой гримасы, Айла в следующую секунду, будто ничего и не было, легко погасила убийственный настрой и повернулась спиной к чудовищам.

«Я все еще жив?»

Леннокс облегченно выдохнул и провел рукой по груди, но все равно не мог понять, почему ему приходится испытывать такие чувства. Даже если у нее и правда огромная священная сила, она ведь неспособна причинить вред великому мастеру меча вроде него.

«С чего она так разозлилась?»

Он недоумевал, пока не осознал: в который раз он остался в живых благодаря Айле.

Если подумать, причина злиться у нее была. Она вытащила его, когда он сорвался со скалы, спасла от чудовищ и вылечила, а он собирался запросто пожертвовать жизнью, которой обязан ей. Разумеется, любой бы уже вскипел.

Леннокс испытал горькое разочарование, осознав, что ничем не отличается от Шарлотты, которую когда-то ненавидел по схожим причинам. Как люди могут быть такими двуличными и противоречивыми?

– Простите. Снова выбрал самый крайний путь…

Леннокс внутренне упрекнул себя, но его вдруг осенило. Он прорубался сквозь волну монстров, когда сказал, стоя спиной к Айле:

– Я, кажется, все это время ошибался. Возомнил о себе слишком много, раз уж меня зовут лучшим рыцарем империи.

Если бы Айла не явилась, не показала свою несгибаемую стойкость, если бы он не увидел в Шарлотте отражение себя, то, возможно, так и не разобрался бы до конца дней.

– Как бы я ни оттачивал навык владения мечом, рано или поздно наступает момент, когда кажешься себе совершенно беспомощным, как сейчас. И если каждый раз в подобные моменты так легко разбрасываться жизнью, то это будет не жертва, а только рана для тех, кто останется. Я не хочу обременять этим людей, которым должен давать надежду.

Он знал, что ему предстоит пройти через Балкские горы, чтобы попасть во владения Анджело, и слышал, что недавно там стало больше чудовищ. Но отнесся к этому легкомысленно. Если бы он не упрямился с «не стану полагаться на всякие штуковины» и запасся хотя бы святой водой, наполненной божественной силой, все могло сложиться иначе. По крайней мере, он бы так просто не решился пожертвовать собой.

– Так что я больше не буду зазнаваться, а продолжу тренироваться и стану сильнее.

Услышав это, Айла посмотрела на него так, будто он несет какую-то чушь. Ей очень хотелось спросить: «У тебя вообще все в порядке с головой, раз в такой обстановке ты умудряешься толкать такие длинные речи?» Однако оба они, каждый по-своему, были заняты тем, что неустанно рубили чудовищ.

Айла, слишком занятая сражением, чтобы ответить должным образом, просто пробормотала:

– Понятно.

Вслух это звучало как отговорка, но Леннокс почему-то услышал в ее односложном ответе искренность и был тронут до глубины души. Повторное спасение его жизни сделало линзы на его «розовых очках» еще толще, поэтому итог был закономерным.

Пока каждый из них жил в своем заблуждении – выждав, пока Айла покажет себя, вдалеке наконец показался Киллиан, который спокойно подъехал в ним на черном жеребце. Пока все здесь балансировали между жизнью и смертью, он выглядел так, будто неспешно прогуливается верхом.

Киллиан медленно погладил черную гриву коня, который вытянулся, напрягся и тут же, словно по волшебству, резко остановился. Киллиан одобрительно похлопал его по спине, а затем лениво склонил голову, глядя на рыцарей, валяющихся на земле.

– Вид у вас, мягко говоря, неважнецкий. Похоже, для помощи моей госпоже лучше привести тренированных охотничьих псов, чем вас.

– Скотина дворецкий!

Киллиан тут же определил, кому принадлежали эти слова, и вперил взгляд в Дизиля. Как только его лицо украсил идеально вежливый, книжно-правильный полукруг улыбки, Дизилю почудилось, будто покойный отец машет ему рукой с того света.

– Ублю… док… c ублюдскими принципами…

Даже задыхаясь, он из последних сил выдавил из себя эту фразу и тут же рухнул на бок.

– Ай-ай…

«Скотина дворецкий», казалось, пожалел этих жалко выглядевших рыцарей и решил проявить милосердие. Ловко спрыгнув с коня, он позаботился о раненых, собственными руками наложив на них лечебную магию.

– О-о-о!..

– Так вот какую силу он скрывал!

– Я так и знал! Настоящий дворе… дво… дворецкий другого уровня…

Пока все в один голос ахали, будто увидели луч света, пробившийся с небес, Айла с тревогой наблюдала за происходящим. Единственным небольшим утешением было то, что он носил перчатки. Она на мгновение замолчала, чтобы помолиться за рыцарей, которых исцелил Киллиан.

С появлением Айлы ситуация в корне изменилась. А то, что рядом оказался Киллиан с его исцеляющей