class="p1">Как назло, набережная казалась вымершей. Гуляки разбрелись. Чадивший на ржавой цепи фонарь не выдержал очередного магического удара и сорвался на землю. В темноте, которую нарушали только неясные огни пришвартованных лодок и кораблей, драка стала еще опаснее. Наконец, похожий на загнанную крысу, противник подпустил Конайре и Тиарнана к себе так, что они уже было намерились схватить его. Но это был обманный маневр. Маг присел, ускользая от рук, и хлопнул в ладоши.

Яркая вспышка, шипение, кислый дымный запах. Эпона почувствовала, как летит, а потом ударилась о землю. Голова кружилась, сразу вскочить не удалось. Соратникам, стоявшим ближе к магу, повезло меньше, их отнесло к стене ближайшего дома и ударило о нее. Эдвард тоже упал, но, путаясь в юбках, пытался встать. Похититель бросился к нему и, перехватив поудобнее, снова потащил прочь. Как ни пыталась Эпона подняться, в голове шумело, а мир перед глазами качался. Бежать в таком состоянии было невозможно. От злого отчаяния на глаза навернулись слезы.

А потом началось настоящее волшебство.

Глава девятая. Старые тайны, новые тайны

Из дальней подворотни донесся сначала свист, каким общаются воры и бродяги, потом вопль «Наших бьют!». По набережной неслась смутно знакомая тонкая фигурка в развевающейся накидке. Казалось, что человек летит над дорогой. Ответный свист – и из темноты выступило человек пять тех самых оборванцев, которых они так осторожно миновали недавно, а еще столько же появились словно из воды – видимо, ждали под разбитой лестницей, что вела к лодкам. Эпону захлестнул крепкий бродяжий дух из чеснока, вина, грязи и ярости, которую обязательно надо выплеснуть.

– Эй, мужик! Сдается нам, девочка не хочет с тобой идти! – рявкнул тот, что казался старшим среди бродяг, остальные согласно захмыкали.

Вопившая на бегу фигурка приблизилась настолько, что по голосу и дыбом стоящему вихру Эпона узнала Чибиса Маккуина. Что за нищее воинство присоединилось, оставалось только догадываться. Но их было много, они не боялись и кинулись со всех сторон, Эдвард отчаянно упирался, а маг сильно выдохся и потратил все силы своего артефакта. Его окружили злым драчливым кольцом, но не трогали, Эдварда просто вырвали из его рук, оттолкнули за спины. Эпона смогла сесть, встряхивая головой и потеряв берет. Чего они ждут? Надо скрутить преступника, и…

– Всем стоять! Королевская инквизиция!

Раскатистый бас магистра Шихана разнесся над темной водой, и, казалось, даже течение Шеллин замерло на миг, подчинившись ему. Подхватив посох, как дубинку, наставник вроде как не торопился, но его размеренный шаг выдавал отличную боевую форму.

Поединок с окруженным магом, который уже не мог прикрыться Эдвардом, был коротким и совсем не магическим. Если магистр Эремон любил приемы, пришедшие из страны Мин, то Шихан управлялся посохом как разбойничьей дубинкой быстро, просто и уверенно. Правильный удар по плечу вывел руку мага из строя мгновенно, следующий разбил его артефакт. Когда Эпона смогла подойти, то все уже кончилось. Кажется, магия не понадобилась вообще.

Эдвард стоял в порванном платье и пытался выровнять дыхание, Эпона встала рядом с ним и поняла, что принцу по-прежнему захватывающе весело. Шон Шихан держал незнакомца, заломив ему руки за спину. С нескрываемым уважением смотрели на него городские оборванцы – Чибис уверенно пристроился между ними.

– Ну что, госпожа инквизитор, за идею хвалю – наверняка ваша, – магистр Шихан нашел Эпону взглядом. – Но до конца, смотрю, не продумали. Выманили, а дальше-то что? Мы разбойника ловили, а когда поймали, он нас бить начал?

– Я не разбойник, – прошипел пленник и бессмысленно дернулся – из железной хватки Шона Шихана не вырвался бы и бык.

– О том, кто ты, мы сейчас вдумчиво поговорим. А пока, Маккуин, раздай своим приятелям, что положено. Чтоб они и в другой раз закону помогали, а не наоборот.

Чибис отошел в сторону, развязывая кошель с деньгами. Оборванцы устремились за ним. Эпона отметила, что все они примерно того же возраста, что сам Маккуин – плюс-минус пара лет. Просто он самый мелкий ростом и сложением и чистенький из них. Семейного сходства нет, а вот дружеского – сколько угодно.

Подошли Конайре и Тиарнан. Один снова хромал на недавно залеченную ногу, второй вытирал кровь с разбитой губы. В свете фонаря лицо пойманного мага выглядело еще безумнее. По бледному лицу плясали тени, глаза казались черными.

– Вы не заставите меня рассказать, кто я и что я готовил! Это магия не для профанов с дубьем вроде вас! – пленник скалился так, что, будь над головой луна поярче, Эпона бы подумала, что он сейчас вскинет голову и завоет. Ей было все еще тревожно. Ведь девушек не нашли. И немного стыдно – она ведь и вправду вообще не продумала, что делать, когда они поймают преступника. Они его, а не он Эдварда!

– Ты расскажешь, где моя сестра, или я тебе сам знаешь что оторву! – бросился было к магу Конайре, но Шихан рявкнул на него: «Стоять!» Тирни оттащил друга. На его лице светилось внезапное прозрение, что за свою авантюру теперь они могут получить что угодно – от похвалы до исключения.

Эпона тем временем помогала Эдварду натянуть обратно сползающие детали верхнего платья. Пользуясь полутьмой, он обнял ее одной рукой, прижимая ближе. Сквозь ткань чувствовалось, как отчаянно бьется его сердце, все еще напоминая о неудачной драке.

– Трудно быть девушкой, – улыбнулся он, – особенно не такой храброй, как ты.

– Это глупость, а не храбрость. Наша общая. Мы ничего не продумали, и ты мог погибнуть.

– Мало ли кто что мог. Главное – что сделал или не сделал. Я жив. Ты тоже. Мы его нашли. А магистр Шихан сейчас вытрясет из него душу, и мы найдем девушек.

– Если он узнает, кто ты, то вытрясет душу из меня.

– Ну почему же? Его Высочество так настаивал на участии, что я просто не могла ему отказать… – Эдвард тихонько пропел это, картинно потупив взгляд, а потом снова рассмеялся. – Он меня знает. Так что уже все понял. Идем, послушаем. Надо еще понять, где пленницы, у которых нет своего инквизитора.

К тому времени магистр Шихан уже хорошенько взялся за пойманного. Только бить его посохом дальше, подтверждая страшные слухи об инквизиторах, не торопился, а просто встряхнул его за шиворот, как нашкодившего пса.

– Пытать тебя еще, посох об тебя пачкать… делать, думаешь, нечего? Глупости твои мне неинтересны, все вы одно и то же говорите. Ты трех учеников потрепал, со мной дрался, зная, кто я. На