чем ночью, но вполне вероятно, он просто выдавал желаемое за действительное.

До Лисьего ручья они шли все вместе. Старик впереди, Андрей с Лукой следом. Волокуши они переделали в носилки и несли Дору на руках. У ручья расстались без лишних слов. Каждый понимал, что на этом их пути расходятся, и лучше бы вовсе забыть об этой встрече. По крайней мере, Андрею лучше забыть. Но всё же он не выдержал, протянул беглому руку, сказал, глядя прямо в глаза:

– Спасибо.

– И тебе не хворать.

Рукопожатие у Луки было крепкое, а тонкие губы искривила мимолётная улыбка.

– И тебе спасибо, отец! – Отпустив ладонь Андрея, он посмотрел на старика. Тот лишь молча кивнул в ответ и склонился над носилками.

Вопреки опасениям Андрея, двигались они быстро. На сей раз их продвижению способствовала даже погода. Дождь закончился ещё ночью, воздух был свежий и звонкий, а лёгкий ветерок отгонял гнус. Останавливались они всего несколько раз, когда Андрею требовалась передышка. Старик казался двужильным. Его дыхание не сбивалось ни от быстрой ходьбы, ни от нагрузки. Пока Андрей отсиживался в тени, собираясь с силами для нового рывка, он осматривал ногу Доры, поил её отваром и менял повязку. Все это он делал в полном молчании.

Заговорил он лишь, когда Андрей уже начал узнавать окружающий лес и понял, что очень скоро их мытарствам придёт конец.

– Про беглого забудь, – сказал старик, не глядя на Андрея.

– Уже забыл, – пробормотал Андрей.

– И она пусть забудет. – А вот на Дору старик посмотрел. Во взгляде его не было жалости – одни лишь сомнения. – Если выживет.

– Она выживет! – сказал Андрей со злостью.

– Как скажешь. – Старик отвернулся.

Ещё несколько километров они шли молча, а потом старик снова заговорил:

– Тигр был одноглазый?

– Да. – Спрашивать, откуда ему известны такие подробности, Андрей не стал. Раны на спине болели почти невыносимо, сам он смертельно устал и мечтал лишь о том, чтобы наконец сесть и никогда больше не двигаться.

– Значит, вернулся. Давно его тут не было видно.

– Тигра?

– Умирать пришёл. – Старик его не слушал, разговаривал сам с собой. – Или поквитаться.

– Плевать. Сдох и чёрт с ним! – Вслед за волнами боли накатывали волны злости. А ещё страха перед предстоящей встречей с дядькой Василем и теми людьми, что тратили свои силы и время на его поиски. Перед встречей с родителями Доры. Как она вообще очутилась в той глуши?!

То ли Андрей задал этот вопрос вслух, то ли китаец умел читать мысли.

– Молодая, глупая, – сказал он. – Отца её знаю. Хороший охотник. Охотник хороший, а отец никудышний. Она решила, что найдёт тебя быстрее остальных.

– Почему? – спросил Андрей с интересом.

– Молодая. Глупая, – повторил старик. – Но ведь нашла.

– Ещё непонятно, кто кого нашёл. – Андрей посмотрел на закутанную в шкуру Дору.

– Кто-то кого-то нашёл. – Старик остановился, опустил свой край носилок на землю, порылся в охотничьей сумке, вытащил из неё две склянки с мазями и холщовый кисет, протянул Андрею. – Тебе и ей. Раны мажь, пока не заживут. Вторую банку отдашь её отцу, скажешь, мастер Джин передал. И пусть поторопятся. Если быстро отвезут в больницу, может и выживет.

– Может?! – Андрею захотелось закричать. Сутки борьбы и лишений ради чего? Ради того, чтобы услышать это равнодушное «может»?!

– А если умрёт, тебе с этим жить. Это будет твоя вина. – Старик по имени Джин не боялся его гнева. Кажется, он вообще ничего не боялся.

– Почему моя? – спросил Андрей потрясенно.

– Потому что ты поступил как глупец, когда ушёл за золотом один, а она поступила как ребёнок, когда пошла тебя искать. Кто из вас больше виноват?

Не было у него ответа на этот вопрос. Ответа не было и сил не осталось.

– Спросят, кто убил тигра, скажешь, что я, – продолжил старик. – Спросят, где, скажешь, что не знаешь. К ночи ты всё равно сляжешь, расспрашивать тебя не станут.

– Может, сами всё расскажете? – спросил Андрей. Хотел спросить с вызовом, а получилось с надеждой.

– Некогда. Много времени из-за вас потерял. – Старик отступил от носилок, развернулся спиной к Андрею.

– Спасибо, – сказал Андрей, глядя в эту спину и не надеясь на ответ.

Но старик вдруг обернулся. В мягких лучах закатного солнца его лицо вдруг утратило жеёткие черты, и стало очевидно, что не такой уж он и старик. С толку сбивала седина и шрамы, которые поначалу казались морщинами. Не старик. Определенно, не юноша, но точно не старик. Крепкий и жилистый, наверняка, опасный для врагов. Андрей помнил, как мастер Джин одним единственным выстрелом выбил автомат из рук Луки. А на что ещё он способен? Выяснять не хотелось, хотелось лечь и ни о чём не думать. Но думать все равно приходилось. Он не донесёт Дору до людей, не осталось у него на это сил. Как обидно помереть почти у самого порога. Обидно и глупо.

– Они скоро придут, – сказал мастер Джин.

– Откуда вам знать? – спросил Андрей, утирая с лица холодный пот.

– Они скоро придут, – повторил старик и сделал несколько выстрелов в воздух. – А мне пора.

Он ушёл, не прощаясь, не ожидая слов благодарности. Просто растворился в надвигающихся сумерках.

А спустя час к ним вышли двое: белобрысый долговязый пацан и крепкий старик. Старика Андрей сразу узнал. Это был дед Тимох, трёшкинский старожил, работавший сторожем на местной лесопилке.

– Нашлись, – сказал дед Тимох одновременно с облегчением и злостью. – Ну что, парень, нагулялся?

Андрей ничего не ответил, сжал зубы, опустил глаза. Впрочем, ответа от него никто не требовал, всё внимание почти сразу же переключилось на Дору.

Деду Тимоху хватило одного взгляда на её ногу, чтобы понять, что случилось. Он глянул на пацана, велел:

– Митька, беги к Илье Селиванову, скажи, машина срочно нужна. Пусть выдвигается к нам навстречу.

Митька рванул с места, а дед Тимох в задумчивости посмотрел сначала на носилки, потом на Андрея.

– Я понесу, – сказал Андрей.

Ещё час назад он готовился помереть от усталости, но чувство вины вперемешку с чувством долга открыли в нём второе дыхание. Дед Тимох кивнул.

– Если станет невмоготу, говори, – предупредил он, поднимая носилки с земли. – Не хочу тащить на своём горбу двоих вместо одной.

– Не потащите. – Андрей впрягся в носилки.

Дед Тимох шёл медленно, то ли берег собственные силы, то ли жалел Андрея.

– Кто вас так? – спросил он и обернулся на Андрея.

– Тигр, – сказал Андрей.

– А тигра кто?

– А тигра китаец. Мастер Джин. Знаете такого?

– Кто ж его не знает? – Дед Тимох снова обернулся, посмотрел на Андрея уже другим, более