прекрасный ужин может стать последним! – фыркнула Акулина.

– Систер, да ты умна не погодам! – Герасим посмотрел на неё с восхищением. – Боишься, что мы тут все можем отравиться дедовым пойлом?

– Кузина, это неуважение, – процедил Тихон. Этим вечером он рискнул усесться во главе стола.

– Неуважение к кому? – спросила Акулина, выхватывая из корзины бутылку вина.

– К хозяину этого дома.

– Хозяин этого дома давно смыт в канализацию.

– Акулина! – взвизгнула Таис.

– А не ты ли, дорогая Тася, вчера устроила истерику по точно такому же поводу? – процедила Акулина. – Арнольд, будь любезен, открой этот, как ты выразился, напиток! – Она протянула бутылку дворецкому. – Только никуда не уноси, открывай прямо тут.

Лицо Арнольда приняло оскорблённое выражение. На мгновение Ю показалось, что он откажется выполнять приказ. Не отказался, молча принял бутылку, молча её открыл.

– Там ещё много всякого! – Акулина указала на корзину. – Тетя Клава, я заказала твой любимый сорокалетний португальский портвейн. Будешь?

Клавдия улыбнулась и кивнула одобрительно.

– Уваров, и твой любимый вискарь! – Акулина перевела хищный взгляд на Алекса.

– Я за рулём, – он покачал головой.

– И?.. – Брови Акулины поползли вверх. – Можешь переночевать в Логове. Тебе не впервой. Ну же, Уваров, не заставляй меня думать, что это ты – наш загадочный отравитель.

– Нет никакого отравителя! – рявкнул Тихон. – Прекрати нагнетать!

– Арнольд, налей Уварову виски, а тётушке портвейну! – Акулина даже не глянула в его сторону. – Дёма, присоединишься?

– Мне, пожалуй, тоже вискаря. – Взгляд Демьяна сделался осмысленным, а улыбка хищной.

– И мне портвейна! – сказал Гера. – Никогда не пил портвейн, который старше меня в два раза.

Акулина деланно вздохнула и кивнула Арнольду.

– Интересно, что ты приготовила для меня? – спросила Таис и кокетливо улыбнулась.

– Понятия не имею, что принято пить на ретритах. – Акулина следила за тем, как Арнольд наполняет бокал Герасима. – Поэтому выбери сама! – Она кивнула на корзину, в которой оставалось ещё с десяток бутылок. – Мириам? – она перевела взгляд на Мириам, которая потягивала из бокала что-то густое и янтарное.

– Я уже! – Мириам отсалютовала ей бокалом. – Вы слишком долго принимаете решение по таким малозначимым поводам.

– Ты смелая женщина, тётушка! – Демьян посмотрел на неё с восхищением. – Надеюсь, бутылочку принесла с собой?

– Взяла из погребка. – Мириам сделала аккуратный глоток и зажмурилась от удовольствия. – И как видите, до сих пор жива! Так что, кому хочется отведать тридцатилетнего коньяку, милости прошу! Хочешь, детка? – Она придвинула початую бутылку поближе к Ю.

– Она не хочет, – сказал Алекс с вежливой улыбкой.

– Она хочет! – сказала Ю, протягивая Мириам пустой бокал.

Ничего она не хотела, но ей не нравилось, когда кто-то, пусть бы даже и друг, решал за неё. У неё есть своя голова на плечах.

– Она не хочет, – повторил Алекс твёрдо. Смотрел он при этом не на Ю, а на Мириам.

Та понимающе усмехнулась, наполнила свой уже наполовину опустевший бокал.

– Какая поразительная забота, – процедила Акулина. – Или нашей малышке ещё нет восемнадцати?

За столом назревал если не конфликт, то уж точно неприятная ситуация. А Ю не нужно ни то, ни другое.

– Я выпью портвейна, – сказала Ю с вежливой улыбкой. – Мне тоже любопытно, какой он на вкус.

– А я, пожалуй, шампанского! – Тася выхватила из корзины бутыль темного, почти чёрного стекла. – К чёрту ретриты! Очень хочется расслабиться!

– Мама, – сказал Тихон с укором.

– Не мамкай, – огрызнулась Тася. Это её «не мамкай» прозвучало так органично и так правильно, словно бы ещё не выпитое шампанское сорвало какие-то невидимые покровы с её души и обнажило самую суть.

– У меня тост! – сказала она, когда все напитки были разлиты по бокалам.

– Тост? – усмехнулась Акулина. – А у нас есть повод для тостов?

– Повод для тостов есть всегда, – мурлыкнула Мириам. – Как и повод для выпивки.

– Одобряю твое отношение к жизни, дорогая тётушка! – Демьян подался вперед и послал Мириам воздушный поцелуй. – В тебе есть то, чего не хватает всем нам. Лёгкость бытия!

– Невыносимая легкость бытия, – пробормотала Клавдия вполголоса.

– Давайте же выпьем за истину! – Таис встала, высоко подняла свой бокал. – Пусть, наконец, спадут все покровы, и мы узнаем правду!

– Покровы или маски? – спросила Акулина и многозначительно посмотрела на Ю.

– И покровы, и маски! – расплылся в улыбке Демьян. – Ну, за правду не чокаясь!

Он опрокинул в себя содержимое своего бокала, остальные последовали его примеру.

К ужину приступили с тем же энтузиазмом. Похоже, сидящих за столом перестала пугать перспектива отравления. Или Ю это только казалось? Потому что каждый из Славинских пристально следил за остальными членами клана. Сама же Ю ела, не страшась и ни на кого не оглядываясь. Внимательные взгляды новообретённых родственников её тоже не особо пугали. Были у неё проблемы и пострашнее.

Когда с ужином было покончено, семейство полным составом переместилось в гостиную. Ю уже хотела было улизнуть к себе, когда Алекс поймал её за руку, сказал, понизив голос почти до шёпота:

– Давай прогуляемся по саду.

Она не стала спорить, понимая, что им нужно уединение, чтобы обсудить насущные вопросы.

– Тебя пытались отравить, – сказал Алекс безо всяких прелюдий. – Мне только что позвонили из лаборатории.

– Ого! – Ю посмотрела на него с интересом. – А чем?

– Конином. Это яд растительного происхождения. Что-нибудь слышала про отравление болиголовом?

– Нет. – Ю покачала головой.

– Вот и я не слышал. До сегодняшнего дня. Но факт остаётся фактом, кто-то в Логове пытался тебя отравить.

– И насколько он опасен, этот конин? – спросила Ю.

– Достаточно опасен. В случае с Анжелой – смертельно опасен.

– А в моём? – Ю вспомнила свою недавнюю слабость, тошноту и рвоту. Могли ли они быть симптомами отравления? Очень даже!

– Лошадиная доза, Ю, – сказал Алекс мрачно, а потом склонился над ней и заглянул в глаза.

– Лошадиная доза конина, – она нервно хихикнула.

– Ты должна была умереть. – Алекс кивнул. – В муках.

– Но я жива. – Ей и самой было интересно, а чего это она жива после лошадиной дозы конина?

– Как ты себя чувствуешь? – Алекс продолжал всматриваться в её лицо, словно искал на нём признаки скорой мучительной смерти.

– Как видишь, я всё ещё жива. Или у этого яда отсроченное действие? – А вот теперь Ю на самом деле стало страшно. Мало ли что ждёт её в перспективе…

– Я разговаривал с токсикологом. – В голосе Алекса послышалось облегчение. – Он назвал это чудом. И ему бы очень хотелось тебя обследовать.

– Нет. – Ю мотнула головой. – Жива и слава богу! Мне сейчас не до обследований.

– Как знаешь. – Алекс отступил от неё на шаг. – Но ты должна быть очень осторожна. Особенно находясь в этом доме. – Он обернулся в сторону подсвеченного яркими огнями Логова.

– Какая чудесная семейка! –