соизволения невидимого агента, который, как он полагает, руководит всеми его начинаниями: например, один человек будет ссылаться на яркую звезду, другой – на волка, третий – на медведя, еще один – на определенное дерево, которое, по его мнению, влияет на удачи и неудачи в его жизни (77).

Хранитель, называемый pawākan, или духом сновидений, обретается большинством мужчин и многими женщинами в подростковом возрасте во сне, вызванном длительным постом в уединенном месте в буше. Чаще всего духами сновидений оказываются животные, среди них хищники (медведи и росомахи) – самые могущественные. Однако pawākan может быть чем угодно, включая облака, лед, камни, ветра, деревья и так далее. Кри называют любые встречи с духами снами, и чаще всего их pawākan, встреченные во сне, предстают в виде людей. Также pawākan может быть призван неспящим человеком в состоянии, похожем на транс, в которое погружают барабанный бой и пение. (Живущие неподалеку инну [ранее наскапи] называют это «мышлением с помощью бестелесного духа-силы».) По крайней мере, по некоторым данным, эти отношения осуществляются через собственную душу человека – «одухотворяющую и индивидуализирующую силу, присутствующую в человеческом плоде в момент зачатия» (96). Отсюда еще одна функциональная версия дуализма внутреннего и внешнего духа. По общему мнению, pawākan делает то, что делает человек: «Для других и, возможно, субъективно способность человека переносить болезни и несчастные случаи, жить долго, успешно добывать пищу, лечить других, знать и влиять на будущие события и делать что бы то ни было с исключительным мастерством может быть очевидным признаком силы и преданности pawākan» (88).

Дух сновидений также примечателен способностью отпугивать и побеждать противников – чудовищ, колдунов, а в древние времена и врагов на войне. Не то чтобы pawākan помогали безвозмездно – духи сновидений, как известно, жаждут жертв: табак, одежду, ножи, пищу и другие блага, символизирующие их сугубо человеческий статус. Сообщается, что люди называют их «мой дедушка» или «парень». Дары же, которые pawākan дают взамен, они называют силой. Иначе говоря, различные человеческие навыки, например охота, или состояния, как здоровье и болезнь, другие успехи и несчастья, – это множество метачеловеческих особенностей, воплощенных в духах способностей и результатов.

У близких по культуре к индейцам кри омаха и кроу хранители являются типичным элементом того, что традиционно называется комплексом видений коренных североамериканцев. Флетчер и Ла Флеш пишут об омаха следующее: «Видение, с его священным призывом или песней, было единственным, что омаха считал своей собственностью, которую невозможно потерять, пока длилась жизнь и работала память. Это была его личная связь с огромной вселенной, с помощью которой он мог укреплять свой дух и физические силы» (Fletcher and La Flesche [1911] 1992, 131). По аналогии с видением омаха, которое даровала сила Ваконда, молодежь кроу обращалась к высшей силе, Солнцу, для результативного поиска хранителя (Lowie 1935, 237–252). Возможно, из-за того, что она предполагала еще и членовредительство – отрезание фаланги пальца, прокалывание плоти спины острыми палочками и так далее, – чтобы вызвать жалость бога. Вариация кроу стала самой примечательной среди путешествий в поисках видений индейцев Великих равнин. Уникально также, что юноша кроу усыновлялся Солнцем, которое становилось его отцом – аффинальным родственником, родственником по браку в матрилинейной системе родства кроу.

Предки

Каждый мужчина манус [с островов Адмиралтейства, Папуа – Новая Гвинея] поклоняется своему Отцу, сущему не на небесах, а в передних стропилах его дома, не единому Отцу всех[65], а каждый своему. Череп отца хозяина дома занимает почетное место в изящно вырезанной деревянной чаше, подвешенной высоко над входом сразу за фасадом дома. Духовное присутствие <…> охраняет дом и следит за нравственностью его обитателей. <…> Манус назначают цену за свою преданность мертвым, но это непосильная цена. Они хотят жизни, долгой жизни, и не желают никаких несчастных случаев (Reo Fortune [1934] 1965: 1, 20).

Короче говоря, живые люди [жители Тробрианских островов] – это воплощение их предков. Поэтому, когда люди производят магические действия, воплощенные в их теле предки – духовные предшественники тоже действуют, незримо, но эффективно (Mosko 2017, 57).

Эта странная практика [инков] столь предосудительна, потому что они поклонялись телам умерших, несмотря на то что верили, что эти тела никогда больше не будут жить или служить какой-либо полезной цели. Кажется, если бы они задумались над этим и позволили себе руководствоваться лишь тем, что они видели и считали несомненным, то они только на разумных основаниях прекратили бы поклоняться мертвым; они поняли бы, что служение и забота, которые они проявляли, отдавая дань мертвым, бесполезны. Но среди них невозможно вдаваться в этот вопрос, не вызывая обиды (Father Bernabe Cobo [1653] 1990, 39).

«Предки» – еще одна разнородная категория метачеловеческих сил. В своих малых и максимально крупных формах предки подпадают под описание духов других видов: от личных духов-хранителей в одной крайности до богов – всеотца и всематери, прародителей всего сущего, – в другой. В диапазон могущественных фигур предков между этими полюсами входят недавно умершие члены семьи, которые ранее назывались духами родственников, основатели родовых групп (линиджей и кланов различной древности), коллективные мертвецы родовых групп, тотемические существа, выдающиеся личности недавнего прошлого, например бигмены меланезийских кланов, основатели династий, вожди или короли – предшественники нынешних правителей.

Часть этого разнообразия уже была представлена выше при описании тотемических предков манамбу. Они являются не конкретными основателями десцентных групп, а их родственниками и, следовательно, классифицируются как предки живых манамбу. И не только предки живых манамбу, но и создатели-предки животных, ветров, гор и всего остального. Однако при всем разнообразии видов предков духи, рассматриваемые здесь под этим общим обозначением, имеют некоторые схожие черты, отличающие их от асоциальных призраков. Предки – это прародители или герои определенных групп, которые, подарив жизнь этим людям, по сей день остаются ресурсом их благополучия: продолжают давать жизнь, хотя и в метачеловеческом обличье. Наряду с духами родственников они часто, хотя и не в обязательном порядке, хорошо относятся к своим потомкам и из всех духов больше остальных озабочены их нравственностью, особенно нарушениями табу на инцест. Однако, если стремление контролировать соблюдение табу среди живущих родственников противоречит состраданию к ним же, то предки могут, делегируя патронирование или отказываясь от их поддержки, позволить осуществить наказание злонамеренным духам, например демонам.

Как правило, ближайшие предки, родственные духи и духи линиджа оказывают наиболее существенное влияние на живых. Также, как правило, их силы явно или неявно исходят от более великих предков или божественных источников, так как ближайшие мертвые могут быть ритуально вызваны для посредничества с высшими