После побега Бисквита я бы не удивилась и еще одному беглецу.

Мы вернулись на кухню, снова отпирая и запирая замки, и я сразу пошла к столу, прихватив несколько рыбин. Чешуя блестела, руки скользили – но главное сейчас было не дать виду, что я не очень хорошо обращаюсь с ножом.

Я ткнула пальцем в тяжелый фолиант на краю стола:

– Взгляни на счета, если не веришь. Мало того, что ты мне изменил, так еще и подставил.

Сильвиан усмехнулся, как будто ему только что рассказали хороший анекдот:

– Сама виновата. Устроила скандал вместо того, чтобы решить все миром. Получи развалюху с прицепом.

Я поджала губы, но промолчала, разрезая ножом брюшко рыбины, чтобы убрать потроха. Серебристые чешуйки разлетались по столу.

– Не думаю, что ты понимаешь что-то в хозяйстве.

И все же дракон подошел к книге, небрежно пролистнул пару страниц – и вдруг задержался.

Он читал внимательно, пальцем водя по строкам, и чем дальше, тем стремительнее таяла усмешка на его губах.

Я замерла. Никогда еще не видела Сильвиана таким: без тени улыбки, без привычной надменности, сарказма. Он был совсем другим. Серьезным.

Мысли мои метались, и именно в этот момент нож соскочил с мокрой рыбины и полоснул по пальцу.

– Ай! – я вздрогнула, выронив лезвие.

Я уставилась на палец, и сердце ухнуло вниз. Порез оказался глубоким. Тут же закружилась голова, дыхание сбилось.

– Черт… – прошептала я и пошатнулась.

Сильвиан оказался рядом мгновенно. Даже не спросил – просто поймал мою руку и сунул под воду, промывая рану, затем уверенно перехватил запястье, осмотрел и хмыкнув использовал свой платок, чтобы перевязать палец.

– Сиди, – сказал он и подтолкнул меня к стулу, – Руку вверх. Ничего там страшного нет.

Я подчинилась, даже не пытаясь спорить. Сильвиан выглядел уверенным и спокойным. Дракон подошел к столу, небрежно смыл мою кровь и принялся разделывать рыбу вместо меня.

Я сидела, прижимая перевязанный палец к груди, и не могла оторвать взгляд.

– Я не знал о долгах. О проблемном приюте – да, но не о долгах.

Я открыла рот, чтобы возразить, но слов не нашлось. То ли от обиды, то ли от головокружения, соображала я плохо. Он правда не знал о долгах?

Вероника же обвинила его в подделке документов не просто так? А что, если это не он.

– А рыба?

– Да что ты прицепилась ко мне с этой рыбой? – Сильвиан как раз закончил с ее нарезкой и обернулся на меня.

Дракон выглядел немного раздраженным. Интересно, это великолепная актерская игра или праведное возмущение ложными обвинениями? Хорошего супруга он изображал очень правдоподобно.

– Хочешь сказать, это не ты написал моему поставщику с просьбой прекратить снабжать меня?

Сильвиан смерил меня взглядом:

– И зачем бы мне это понадобилось?

– Из мести, например, – я пожала плечами.

– Я, в отличие от тебя, мелким пакостничеством не занимаюсь.

– Ах, мелким пакостиничеством?! – я вскочила со стула от возмущения, но голова закружилась и я тут же рухнула обратно, – Ты был отвратительным мужем.

Сильвиан фыркнул и пожал плечами:

– Не очень-то и хотелось. Но раз зашла об этом речь, я нанял адвоката чтобы оспорить развод и право на твое приданное.

Я хотела было высказать ему все, что я думаю, но со стороны холла раздался громкий треск. Кажется кто-то пытался вырваться из комнаты. Я выглянула в коридор и увидела, как выгнулось дверное полотно у Фалафеля. Из щели вытекала слизь.

–Что это?! – поинтересовался Сильвиан.

–Это голодный Фалафель, – холодно ответила я, – И если ему не дать завтрак, то он сожрет дом.

Сильвина посмотрел на дверь, затем на меня, указал на часы:

– Так уже обед!

– Именно!

Я решительно направилась в погреб, но руки все еще