странной для его положения одежде перед Эдвардом стоял брат. Наследный принц Далриат.

– Куда ты бежишь так, будто к раздаче бессмертия опаздываешь? – удивился Эдвард. – Еще и такой… необычно одетый.

– Ты меня не видел, – мрачно прошептал брат, натягивая шляпу обратно едва ли не до подбородка. Его выражение лица можно было бы описать как раздраженное смущение.

– Хорошо. А где именно я тебя не видел и когда?

– Нигде. Правда. Я устал отвечать на вопросы сестры. Если вас будет двое… просто поверь, что есть вещи, которые лучше не знать. Я расскажу, когда смогу. Правда. Может, на Йоль.

С этими словами наследный принц развернулся и быстрым шагом вышел во двор.

Эдвард еще какое-то время стоял в коридоре, пытаясь понять, что за общее безумие поразило его семью. За эти тайны на пустом месте хотелось надавать Эдмунду ритуальных братских подзатыльников, и плевать, что тот старший и наследный. Еще непонятно, где он сегодня наследит в такой дурацкой шляпе!

* * *

Вечером в саду было сыро, и туман пробирал до костей, едва солнце скрывалось за тучами и деревьями. Не спасали даже грелки и жаровенки. Поэтому графиня Мур собрала всех в гостиной, где за вышитой зеленым узором скатертью сидели те самые любимые Маргарет дамы. Точнее, дамами можно было бы назвать саму графиню и женщину в сером платье, которая не выпускала из рук вышивку, даже когда подали десерт. Кроме них были две совсем еще девочки и рыжая томная красотка, по которой неуловимо угадывалось, что это женщина не их круга. Несмотря на платье, прическу и украшения.

У Эдварда звенело в ушах, потому что по обе стороны от него уселись Салли и Молли Мэйвинтер. Одна сестра начинала фразу, а другая заканчивала. Эдварду в этой беседе отводилось место фарфорового болванчика, куклы из империи Мин, который покачивал бы головой туда-сюда в такт словам балаболок. В какой-то момент ему стало даже обидно, что болтают они исключительно о его брате. С чего вдруг красота и неженатость Эдмунда так взволновали этих милашек? Был бы он лет на пять постарше, то годился бы им в отцы!

Рыжеволосая молодая женщина, которая явно обладала слабым магическим даром, бросала на Эдварда смелые взгляды. Словно от жары, она одну за одной расстегивала застежки своего пышного платья с высоким воротом. Так что к тому моменту, как вошла хозяйка дома и началось… общение, она успела расстегнуть пять застежек, приоткрыв ослепительный шелк рубашки и немного нежной кожи. Эдварду стало неловко, и он принялся разглядывать стол.

Посреди стола красовалось затейливое деревянное блюдо в виде птицы. Резные края, изображающие перья, оплетали свежие цветы, а посередине горкой лежали фрукты. Перед тем как сесть за стол вместе с остальными, графиня Мур зажгла длинную медовую свечу, воткнутую в середину фруктовой горки. Тут же отчетливо запахло летом и пчелами.

– Сегодня мы собрались, чтобы поблагодарить мир за дары, которые были посланы нам в этом году. Урожай выдался хорошим. Его изобилие останется с нами в самые темные месяцы года, чтобы согревать, когда солнце не сможет коснуться лучами нашей кожи. Мы благодарим принца Эдварда, что согласился принять наше приглашение и встретиться, перед тем как город упадет в вихрь празднества Самайна.

– Благодарю вас за приглашение от себя и своей сестры, которая из-за болезни не может почтить вас присутствием, – несколько вяло ответил Эдвард, от которого явно ожидали каких-то слов. Ему хотелось зевать, и он изо всех сил боролся с этим желанием.

– Мы желаем ей скорейшего выздоровления, Ваше Высочество! С вашего позволения, мы хотели бы объединить это наше доброе пожелание. Если хотите, можете присоединиться.

Эдвард удивленно покосился на графиню. Она выглядела так торжественно, будто предлагала ему участие в ритуале.

– Я всегда желаю Маргарет добра, разумеется. Сейчас осень делает ее жизнь темнее.

– Тогда прошу вас, принц, передайте принцессе вот эту скатерть. В вышивке участвовала каждая из нас, чтобы выразить восхищение силой духа драгоценной нашей принцессы и привнести в ее жизнь тепло сестринской любви.

Эдвард, с трудом держа лицо, кивнул, принимая свернутую вчетверо ткань, на которой сверху переплетались пышным ярким узором травы и цветы. Восторженный тон графини Мур казался ему странным. Как бравада пьяного.

– Скажите, а принц Эдмунд любит яблоки? – вдруг поинтересовалась одна из девиц Мэйвинтер, которых Эдвард не запомнил и про себя называл «правая» и «левая».

– Разве что стрелять по ним из лука, ставя на голову тем, кто сильно ему надоел, – мрачно произнес Эдвард и потянулся за поданным к столу яблочным пирогом, чтобы жевать, не отвечая на глупые вопросы.

Девицы на время отстали, задумавшись, зато оживилась графиня. Она зажгла еще четыре свечи, которые стояли в низких, увитых венками из осенних листьев и красных цветов подсвечниках. Эдвард почувствовал сладковатый травяной привкус. Он знал, что некоторые умельцы добавляли в воск масла. Обычно это было приятно, но сейчас ему хотелось чихать.

– Ваше Высочество, раз вы почтили наше скромное собрание своим визитом, позвольте представить вам наши маленькие забавы. Из недавнего путешествия наша Алиса привезла колоду удивительных карт, которые могут служить оракулом даже в руках того, кто не одарен магическим искусством – не все же так талантливы, как вы, правда? В них нет заточенной магической силы, лишь картинки и несколько слов, которые, подчиняясь капризу судьбы, попадают к вам в руки. Однако если за них берется маг, то судьба открывает будущее куда благосклоннее и яснее. Не соблаговолите ли вы помочь нам?

Эдвард едва не подавился пирогом, довольно, правда, вкусным, пытаясь понять за витиеватыми фразами, чего от него вообще хотят. Графиня Мур достала заранее приготовленную резную деревянную шкатулку и действительно извлекла колоду крупных, с ладонь размером, карт, золоченый край которых и богатый узор «рубашки» говорил об изрядной цене этой дамской безделушки. Эдвард не впервые встречался с картами для гадания, но они были совсем другими. Здесь же были изображены в основном легко одетые девицы, порой в весьма странных позах, которые любимая кормилица принца определенно сочла бы неприличными. Они напоминали статуи из парка, тех самых богинь из легенд прошлого, которые жили в прекрасных уединенных долинах высоко в горах, пока их мужья гонялись за простыми смертными красотками. Красотки же рожали в должный срок героев особой судьбы.

– Я далек от предсказаний. Но если вы хотите, чтобы моя рука открыла настоящее и грядущее, как я могу отказать гостеприимной хозяйке? – Эдвард улыбнулся, чувствуя, как от фальши сводит губы.

Графиня радостно подтолкнула к нему колоду:

– Возьмите же, Ваше Высочество. И давайте