просовывает свою теплую ладонь в ширинку. Она крепко сжимает мой член, и я вздрагиваю, когда ее ладонь начинает поглаживать его, двигаясь от основания к головке. Из нее начинает сочиться транссудат, и Эвелина размазывает его кончикам пальцев, чтобы облегчить себе скольжение по моему напрягшемуся стволу.

– Черт, – хриплю я, прижимаясь к ней.

– Заткнись, – отрезает она, прильнув ко мне, чтобы еще раз поцеловать.

Я вспыхиваю от того, что она постоянно меняунижает, крепче сжимаю ее за горло и швыряю на стол, прижимая к столешнице. Купюры разлетаются в стороны, падая на пол, и от этого резкого движения ее хватка на моем члене слегка ослабевает.

Она вскрикивает, ее глаза вспыхивают, но прежде чем она успевает сказать хоть слово, я нависаю над ней, моя рука скользит от ее шеи к подбородку.

– Этот твой грязный рот.

Я запечатлеваю на припухших губах Эвелины поцелуй, скользя рукой по ее груди, пока она не оказывается в моей ладони. Мой большой палец проводит по затвердевшему бугорку, выпирающему из-под ткани. Она пытается что-то сказать, но я с силой сжимаю ее подбородок.

– Я начинаю уставать от того, как ты меня унижаешь.Плюешься в меня. Притворяешься, что я делаю тебе больно, хотя мы оба знаем, что на самом деле тебе все равно. И мне надоело быть вежливым.

Ее губы приоткрываются, и я, воспользовавшись этим, позволяю своей слюне стечь ей в рот.

Я ожидал, что она придет в ярость. Поэтому крепче сжимаю ее, предвкушая, как она разъярится.

Но Эвелина лишь улыбается и молча сглатывает.

Мои яйца напрягаются, кровь приливает к члену, пока он не начинает пульсировать, с такой силой, что я боюсь, как бы не кончить раньше времени.

Она вновь, постанывая, проводит рукой по всей длине моего члена.

– Тебя это возбуждает, верно? Я чувствую, как ты становишься тверже.

– Да? – я прикусываю губу. – Ты собираешься что-то с этим делать, красотка?

Эвелина приподнимается на локте – ее собранные в пучок волосы растрепались, съехав набок, – и снова сжимает меня в объятиях, прежде чем отпрянуть. Затем она наклоняется и целует меня в губы.

– Я хочу, чтобы ты встал на колени и вылизал мою киску, как послушный щенок.

От этого приказа меня охватывает гнев, но я не спорю, поскольку непреодолимая потребность обладать ею пересиливает злость от потери власти, которой она меня лишает. Мои пальцы опускаются по ее телу к подолу юбки, проникают под нее, а затем скользят вверх по ее нежной коже, пока не натыкаются на пистолеты, притороченным к ее бедрам. Я представляю ее обнаженной, с бедрами, перехваченными ремнями, и не могу удержаться от стона.

Мягко касаясь пальцами ее кожи, я покрываю ее щеку поцелуями, пока не добираюсь до уха.

– Не указывай мне, что делать.

Затем я хватаю ее за бедра и тяну на себя, она резко сползает по столу, и еще больше купюр падает на пол.

Ее юбка задирается на бедрах, открывая белые хлопковые трусики с влажным пятном посередине. При виде этого зрелища воздух со свистом вылетает из моих легких. Это такой контраст: простое белое белье, скрытое под слоями черной одежды и сучьими повадками.

– Хватит пялиться, сделай что-нибудь, – требует она, сжимая мой затылок.

Надавив большим пальцем на мокрое пятно, я полностью расстегиваю ширинку, освобождая свой истомившийся член, чтобы можно было обхватить его ладонью.

– Черт возьми, ты потекла. Промочила из-за меня свои трусики, да?

Я поглаживаю свой член, ощущая, как по спине пробегают мурашки удовольствия, а затем хватаюсь за ткань ее трусиков и стаскиваю их одним плавным рывком.

Она стонет, и я немедленно приникаю к ней, потому что если янемедленно не попробую ее на вкус, то могу, черт возьми, умереть!

Мой язык скользит по ее щели, собирая влагу, сочащуюся из сердцевины, и я постанываю, ощущая во рту ее мускусный привкус.Идеально. Моя рука скользит по ее телу, пока не достигает живота, прижимая ее к столу, и я принимаюсь за работу, кружась вокруг ее дырочки, медленно поднимаясь к чувствительному комочку нервов. Ее клитор пульсирует под моим языком, и мысль о том, что я ее возбуждаю, заводит меня самого, поэтому я обхватываю его губами, одновременно засовывая палец в ее влагалище.

Она такая влажная, что я легко проскальзываю внутрь и начинаю ритмично двигать рукой, трахая ее своими пальцами и обрабатывая языком ее киску, пока не ощущаю, что она начинает задыхаться от страсти.

– О боже, – шепчет она, опуская локти, и снова ложится на спину.

Ее бедра сжимаются вокруг моей головы, спина выгибается над столом дугой. Я отрываюсь от ее клитора и смотрю на нее, пока мой член дрожит от вида ее вздымающейся груди и глаз, сияющих от наслаждения – котороея ей подарил.

– Ну же, красотка. Покажи мне, как ты кончаешь от прикосновений человека, которого, по твоим словам, ненавидишь.

Она немедленно подчиняется. И делает это очень эффектно.

Ее ноги дрожат, она издает громкий стон, ее киска пульсирует, когда она достигает оргазма. Я лакаю ее, как кот молоко, и, черт возьми, сгораю от нетерпения засунуть в нее свой член и разорвать изнутри.

Я продолжаю ласкать ее, пока она кончает, и Эвелин смеется, сжимая мои плечи, когда я снова приникаю к ней ртом.

– Прекрати, мне щекотно.

Улыбаясь, я ощущаю, как в груди у меня разливается тепло, и начинаю подниматься вверх по ее телу, покрывая поцелуями бедра, живот, пока не натыкаюсь на грудь. Мой член проходит между ее ног, упираясь в вульву.

Ее ноги обхватывают мои бедра, притягивая меня ближе. Моя головка проскальзывает в ее скользкое влагалище, и волна удовольствия пробегает по моему члену до самых яиц. Сжимая свой член, я скольжу им по ее складочкам, касаясь головкой жаждущего клитора, наслаждаясь тем, как ее тело вздрагивает от моих прикосновений.

– Трахни меня, – шепчет она.

Я позволяю головке скользнуть внутрь, совсем чуть-чуть.

– Скажи мне то, что я хочу услышать.

Она недоуменно приподнимает бровь.

Я облизываю ее ушную раковину, заставляя ее задрожать.

– Скажи мне, что у меня самый большой член из всех, с которыми тебе приходилось иметь дело.

– Боже мой, неужели ты серьезно…

Ухмыляясь, я не даю ей договорить, и ее слова обрываются тяжелым вздохом, вырвавшимся из легких. Я закрываю глаза, ощущая, как ее киска идеально сжимается вокруг моего члена, заставляя яйца приподниматься, чувствуя, как у основания позвоночника скапливается