румянец. До чего же это мерзко и предсказуемо.

– Конечно, – заикается она. – Позвольте я пойду и отыщу его.

– Да, отлично, – я хлопаю в ладоши, наблюдая за тем, как она разворачивается за прилавком и исчезает в подсобке.

Мое настроение стремительно портится с каждой секундой, пока нам приходится тут торчать.

– Эй, сталкер, сделай мне одолжение?

Он подходит ближе и облизывает губы, ныряя глазами в мое декольте.

– Зависит от того, какую услугу ты попросишь.

Стиснув зубы, я подхожу к нему и ставлю свой сапог между его ногами.

– Никогда больше не говори за меня.

Он ухмыляется и слегка наклоняется, пока наши глаза не оказываются на одном уровне.

– Возможно, если бы ты лучше справлялась с возложенной на тебя работой, мне не пришлось бы этого делать.

В моей груди вспыхивает пламя, готовое вырваться наружу и выжечь все на своем пути. Я стискиваю кулаки, и мои ладони пронзает острая боль от того, с какой силой впиваются в кожу ногти.

– Я убью тебя, черт возьми.

– О,милая, – смеется он. – Я бы с удовольствием на это посмотрел.

Я прочищаю горло, и мы отшатываемся в разные стороны. Я ощущаю внутри жжение, словно там брызжут искрами угли и тлеют чьи-то останки. Лишь тогда я осознаю, что мы прижались друг к другу чуть ли не вплотную, а все в магазине не сводят с нас глаз.

– Эм, – робко вмешивается девушка. – Бенни в подсобном помещении.

Я делаю глубокий вдох и натягиваю на лицо улыбку.

– Я могу по…

– Я знаю дорогу, – перебиваю я ее.

– Пошли, – бросаю я Брейдену на ходу.

Когда мы добираемся до подсобного помещения, я пинком открываю слегка приоткрытую дверь, наслаждаясь тем, как Бенни выпрыгивает из-за своего старого поцарапанного стола. Руки у него по локоть в бумагах, а грязно-белую рубашку покрывают жирные пятна.

– Привет, Бенни, – с улыбкой произношу я. – Ты же не пытался от меня спрятаться, правда?

– Нет, – он качает головой. – Я бы никогда так не поступил, Эвелина.

Он бросает взгляд мне за спину, судорожно дергая кадыком.

– Кто этот новенький?

– Не обращай на него внимания, – я подхожу к нему, засовывая правую руку под юбку, чтобы вытащить пистолет из кобуры. Я кладу его на стол, обхватив пальцами рукоятку. – Смотри на меня.

Его глаза округляются, на лбу выступают капельки пота.

– Бенни, – воркую я. – Ты ведь знаешь, что означает, когда мой отец посылает меня, правда?

Он снова нервно сглатывает.

– Послушай, я не знаю, зачем ты здесь. Прошлой ночью я отдал положенные бабки Лиаму.

Я сокрушенно щелкаю языком и вздыхаю.

– Ты действительно хочешь, чтобы я это сделала?

Выпрямившись, я обхожу стол, не сводя с него глаз. Я не останавливаюсь, пока не оказываюсь прямо рядом с ним. Он поворачивается на стуле лицом ко мне.

Я поднимаю пистолет и прижимаю ствол к его виску.

– Где остальное, Бенни?

Он вытирает лоб тыльной стороной ладони и жалобно хмыкает.

– Послушай, Эвелина. Я отвечаю только за то, что мне передали ребята…

Разочарованно застонав, я заношу назад руку, а затем бью его по лицу.

– Черт! – вопит он, и кровь разбрызгивается по его разбросанным бумагам.

– Господи, Эвелина, – выдыхает Брейден. Я смотрю на него и вижу, что он направляется к нам, но это зрелище заставляет его остановиться на полпути.

Я снова перевожу взгляд на Бенни и приставляю дуло своего «Игла» к его голове.

– Я не хочу делать тебе больно, Бенни. Но мне действительно не нравится, когда люди сомневаются в моих интеллектуальных способностях. Вот что мы сделаем. Или ты отдашь мне деньги, или я даю тебе пять секунд, чтобы ты представил себе свою жену и детей, прежде чем вышибить тебе мозги прямо на семейную фотографию.

Дыхание у Бенни прерывистое, и этот звук вместе с видом капель крови, капающих у него изо рта на стол, заставляет меня вздрогнуть.

Я постукиваю носком ботинка по кафелю.

– Я бы не стала пренебрегать такой щедростью. Мало кто на моем месте был бы так же добр.

Я блефую. С моей стороны было бы глупо убивать его прямо сейчас, когда в магазине так много свидетелей. Но ему не обязательно это знать.

– Отлично. Отлично, черт возьми! – он выпрямляется в кресле, свирепо сверля меня взглядом. Я улыбаюсь, отводя пистолет от его головы, но не переставая целиться ему в лицо. – Послушай, я не знаю, где деньги, ясно? Я отдал тебе все, что получил от идиотов, торгующих вашим дерьмом на улицах. Но у меня есть кое-что, чтобы компенсировать недостачу.

Он наклоняется и начинает набирать код от маленького сейфа под своим столом, но я быстро поднимаю ногу, вдавливая каблук ботинка в его брюки, и снова прижимаю пистолет к его виску.

– Продиктуй ему код, – говорю я, кивая на Брейдена.

Бенни покорно повинуется.

Брейден переводит взгляд с меня на него, потом подходит и, присев на корточки, вводит код. Дверца открывается.

Весь сейф забит пачками наличных и несколькими картонными папками.

Брейден поднимает на меня глаза, а затем достает сложенную черную сумку.

– Сколько мы берем?

– Все, – отвечаю я, широко улыбаясь.

– Эвелина, пожалуйста, – умоляет Бенни. – У меня дети. Куча голодных ртов, которые нужно кормить.

Кивнув, я мягко, словно лаская, провожу стволом пистолета по его щеке.

– Я знаю, – вновь отведя руку назад, я напоследок еще раз бью его своим «Иглом» по щеке. – Но мне плевать, черт возьми.

Глава 13

Николас

В подвале «Желтого кирпича» остались только Эвелина и я. Мы сидим за длинным тяжелым дубовым столом, на одной стороне которого лежит куча грязной наличности, на другой – валяются пачки денег, а посередине сидит кассирша.

Эвелина занята тем, что берет пачки банкнот и пропускает их через купюросчетчик. Он издает жужжащий звук, похожий на шум вентилятора в тихой комнате, и, несмотря на сцену, свидетелем которой я стал всего несколько часов назад, в моей душе царит покой и умиротворение.

Как и в ее. Сейчас Эвелина выглядит совершенно нормальной. Она полностью себя контролирует. Эта девушка ничем не похожа на хладнокровную фурию, которую я увидел несколько часов назад у Бенни.

Как такая красавица может быть такой дьявольской злодейкой?

– Перестань