отличат лево от право. Но под моим руководством? Это лучшая команда на всем побережье, которая стоит своего веса в золоте.

Он указал пальцем в сторону кухни.

— Ты не просто работник, Софи. Ты — основа этого корабля. Если ты уйдешь, они поработают еще неделю, может, месяц. А потом они начнут спорить, кто главный, девчонка-крикунья пересолит суп от злости, а близнецы пропьют выручку. Команда — это не те, кто делает работу. Команда — это те, кого ты научила сотрудничать друг с другом. Ты дала им дом и смысл. Ты собрала их из осколков. Не смей обесценивать свой труд только потому, что тебе не пришлось сегодня самой мыть полы.

— Но…

— Софи. — Сулейман мотнул головой. — Послушай взрослого мужчину, чья жена дома переживала, когда моя мать приходила к ней и пыталась помочь с уборкой. Она психовала, кричала, говорила, что это унижает ее как хозяйку… А сама в этот момент пыталась накормить нашу тройню, готовила мне ужин и не спала со дня родов. Иногда нужно принимать то, что ты не можешь делать всю работу сама. Всем нужны помощники, всем нужна опора, а тебе необходимо научиться отпускать ситуацию. Просто порадуйся и скажи себе, что ты молодец. Все.

Я замолчала. В его словах было столько здравого смысла, что мой внутренний «выскочка-отличник» виновато затих. А вместо него проснулся бизнесмен.

— Сулейман, я услышала вас, — я вытащила из-под стойки небольшой сверток с сушеной томатной пастой, который приготовила еще до дуэли. — Помните, я предлагала вам сухой суп?..

— Конечно, — недоуменно приподнял бровь он.

— Раз уж мне нужно учиться принимать помощь, то я хотела бы попросить вас об услуге… Моя томатная заготовка. В столице полно богатых лордов, которые ездят на охоту или в походы. Залил кипятком — и у тебя домашний суп за минуту. Попробуйте предложить как «эксклюзив из Адлера». Не обещайте ничего, просто… проверьте почву, есть ли у меня шанс заработать на этом…

Сулейман взял сверток, взвесил его на руке и спрятал в складках кафтана.

— Для тебя, Софи-ханым, я сделаю это бесплатно. Ты умеешь удивлять. И… — он снова улыбнулся, — не сиди с таким лицом. У тебя есть золото, есть верная команда и есть Лорд, который ради тебя готов переписать законы магии. В моем краю такое очень ценят.

Он поднялся, прощаясь, а я осталась сидеть у стойки. Ревность никуда не ушла, но она стала… тише. Может быть, Сулейман прав. Быть лидером — это не значит делать все самой. Это значит создать мир, который продолжает вращаться, даже когда ты закрываешь глаза.

Я посмотрела на мешочек с золотом. Нам нужны дрова. Много дров. И мне нужно поговорить с Арчибальдом. И, может, наконец, принять ситуацию и дать себе шанс стать счастливой.

Глава 5. О том, что пора прекращать ныть

Сулейман ушел, оставив после себя тяжелый кошель с золотом и странное послевкусие в душе. Я смотрела на мешочек, что окупил все мои труды и изощрения с местными, чувствуя, как внутри меня ворочается смесь из профессиональной гордости и неуверенности. План «заработать и выжить» перевыполнен сполна, но легче мне не стало.

«Софи, кура, вот что ты усложняешь? Иди к лорду, надевай красивое платье и тыкай в дорогие украшения наманикюренным пальчиком! Вот что ты страдаешь, а?». — голос в голове, что теперь общался со мной исключительно с интонациями Фионы, попытался наставить меня на истинный путь.

Но кто я такая, чтобы его слушать?..

Как только торговец вышел, адреналин, который поддерживал меня на протяжении нашей беседы, испарился. Ноги напомнили о себе резкой болью, а поясница все-таки помахала ручкой. Я невольно охнула и вцепилась в край барной стойки.

— Софи! — Лоренс, кажется, научился угадывать моменты моей слабости. — Ну все, хватит строить из себя господина-почтеннейшего-начальника! Ты и так выглядишь как та муть, что Айла решила сотворить из йогурта…

— Айран! — крикнула Айла с кухни. — И йогурт тут гадость!..

— Давай, Софи, иди и отдохни, я тебе воды нагрел, чтобы боль в ногах снять…

Он не стал слушать мои слабые попытки отказаться, но в зале никого не осталось. А если верить дребезжанию посуды с кухни, там сейчас проводилась генеральная уборка. Лоренс подхватил меня под локоть и увел в уголок на кухне, подальше от любопытных взглядов стражей, что приставила ко мне Роксана. Я уселась, наблюдая за тем, как Айла и Лира отмывают сковороды. Через пару минут передо мной стоял таз, от которого валил пар.

— Ромашка, кора ивы и что-то странное, похожее на кактус, — сказал Лоренс, подтягивая тазик поближе ко мне. — Айла сказала, что это поможет снять боль и убьет грязь…

Я с трудом стащила ботинки, которые, как мне показалось, уже успели прирасти к коже. Ой, мамочки… Мои ступни выглядели хуже, чем я ожидала. Волдыри лопнули, превратив кожу в кровавое месиво. Я с подозрением посмотрела на таз, но рискнула и быстро опустила ноги в горячую воду. Я едва не взвыла, впиваясь ногтями в столешницу.

— Твою же дивизию… — прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как по телу разливается жгучая, а затем медленно тупеющая боль.

— Что-что ты сказала? — Лоренс приподнял бровь, присаживаясь на корточки рядом.

— Говорю, «спасибо», Лоренс. На адлерском это значит «вы так добры, что мне нечего сказать».

Я откинулась на спинку стула, прикрыв глаза. Тепло воды медленно пробиралось к костям, расслабляя натруженные мышцы. В голове понемногу прояснялось. Я слушала привычные звуки кухни: мерный стук ножа Айлы, сопение Чака, звон посуды. Мой мир. Моя команда.

«Ты — основа корабля», — я повторяла себе слова Сулеймана. Что ж, каркас сегодня изрядно оброс ракушками и нуждается в капитальном ремонте, но отлеживаться мне не пристало.

— Так, слушайте все сюда, — сказала я, не открывая глаз.

— Софи будет толкать речи?..

— Энзо, просто заткнись и слушай, — беззлобно прошипел Лоренс на подоспевшего брата.

На кухне на мгновение стало тихо. Я чувствовала на себе их взгляды, готовясь сказать им то, что должна была сказать раньше.

— Вы сегодня совершили невозможное. Вы справились без меня, и справились блестяще. Я вами по-настоящему горжусь.

Я открыла глаза и посмотрела на Айлу. Та замерла с пучком розмарина в руке, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. Лира спрятала глаза,