мои ноги в две сплющенные и покоцанные лохани. Я была готова самолично развести костер на площади перед трактиром и запрыгнуть в него, лишь бы никогда не повторять эти бешеные прыжки по паркету. Почему я просто не могла дергаться под музыку? Бутылка вина и я бы показала вам мастер-класс, да такой, что вы бы сами начали за мной повторять… Но тверк в этом мире еще не изобрели, а вводить очередные нововведения мне не хотелось.

«Леди не потеют, София. Они лишь слегка розовеют от усердия», — прозвучал в голове ледяной голос Роксаны. «Леди должны иметь аккуратные пяточки, а не кровавое месиво вместо ступней, — огрызнулась я мысленно, ковыляя к выходу. — Магистр Йода точно не одобрил бы эти пытки… Может, стоило сказать, что я приняла религию Адлера и она запрещает мне танцевать вальс?..».

У самых дверей холла меня перехватил Дэниэль. Мальчик выглядел потерянным в этом огромном, холодном поместье. Он молча подбежал и крепко обнял меня, зарывшись носом в складки моего многострадального платья. Мне хотелось забрать его с собой или провести с ним хоть немного времени, но трактир сейчас волновал меня больше. Что же там наворотили мои домашние? Как идет «курьерская служба» Чака? Не выкинули ли мою квашеную капусту близнецы?

— Эй, маленький командир, — я ласково погладила его по голове, чувствуя, как от его тепла немного отпускает сжавшееся сердце. — Не грусти. Папа скоро совсем поправится. А я завтра пришлю к тебе Чака, идет? Придумаете какую-нибудь новую игру, чтобы не скучать за уроками.

Дэниэль поднял на меня сияющие глаза и серьезно кивнул. Для него обещание встречи с Чаком было равносильно подарку на день рождения. Я еще раз обняла его и, стараясь не хромать под пристальным взглядом стражников, вышла на улицу. Хоть до трактира идти всего ничего, но дойти и не разорвать пару мозолей, казалось мне чудом. Но его, как и всегда, не случилось…

Зима в Штормфорде окончательно вступила в свои права. Несмотря на блеск солнца из-за туч, яростные порывы морского ветра неприятно кусали за щеки, а мелкий дождь изрядно портил настроение. За грибами, что ли, сходить, насобираю опят или что у них тут растет, как замариную и буду подавать как закуску…

Я едва прошла половину пути до трактира, когда из-за угла рыбной лавки выскочил Чак. Он держал в руке пустую корзинку и тяжело дышал, словно пробежал несколько километров без остановки. Завидев меня, он резко затормозил и рванул ко мне.

— Софи! — он схватил меня за руку, и я почувствовала, какая холодная у него ладонь. — Софи, там… на берегу… опять!

— Что опять, Чак? — я инстинктивно подобралась, понимая, что опять что-то случилось. — Харроу восстал из мертвых? Меня таки решили сжечь? Или?..

— «Довольный рыбак», — Чак сглотнул, оглядываясь на кучку шепчущихся грузчиков. — Дядя Томас и Сара… он ушли три дня назад. Сейчас лодку вынесло к дальним причалам. Софи, она абсолютно пустая. Снасти на месте, улов в сетях — уже замерзший в лед, а людей нет. И… и иней.

— Какой иней? — нахмурилась я.

— На досках, везде, — Чак задрожал. — На улице еще не так холодно, чтобы вода в лед превращалась, а там все покрыто коркой. Белой такой, колючей. И она не тает! Ребята пробовали соскрести, но ножи ломаются, а от огня она только искрит…

Еще одно пустое судно… После появления первого меня чуть не утопили и не сожгли, а что будет теперь? Что за напасть-то такая!

Мы шли по улице, и я кожей ощущала перемену в настроении толпы. Если утром это был благоговейный страх, то сейчас в воздухе пахло грозой. Люди не расступались — они стояли группами, провожая меня тяжелыми взглядами.

— Слышишь, что говорят? — тихо спросил Чак, вжимая голову в плечи.

Я прислушалась. «…Лорд сидит за своими бумагами, носа на берег не кажет…» «…Вторая лодка за неделю! Море забирает лучших, пока они там свадьбу планируют…» «…Если она „Избранная“, почему море не успокоит? Или это ее магия притянула проблемы?..»

— Они злятся, — констатировала я, ускоряя шаг. — Люди не знают, что происходит, а если люди чего-то не знают, они боятся. Это нормально, Чак…

— Они надеются, Софи, — Чак посмотрел на меня с недетской серьезностью. — Арчибальд молчит, Роксана закрыла замок. Для них осталась только ты. «Истинная пара», «Святая»… Если ты ничего не сделаешь, они решат, что ты их обманула.

Я сжала зубы. Ну конечно. Вчера я была ведьмой, сегодня я — последняя надежда, а завтра, если лодки продолжат приходить пустыми, я стану козлом отпущения. Классика жанра — чем выше ожидания, тем болезненнее падение, только вот я что-то устала падать…

Трактир «Старый контрабандист» показался впереди как спасательный круг, но даже отсюда было видно, что из трубы идет совсем жиденький, едва заметный дымок.

Очаг остывал. Море забирало людей. А я стояла посреди этого хаоса с мозолями от ужасных туфель, удавкой замужества на шее и с «философией Йоды» в кармане, понимая, что морально выдохлась.

А что я делаю, когда устаю?

Правильно, переключаюсь.

И что мне сейчас найти такое, чтобы мозг перезагрузился?..

Глава 4. О том, что не стоит валить все на себя

Еле доковыляв до трактира, я с облегчением завалилась в объятия родных стен. Чак, что все еще не мог отдышаться после пробежки по пляжу, рванул на кухню, едва не снеся дверной косяк. Я ожидала увидеть привычный тихий зал, где перепираются близнецы или, на худой конец, ползают пауки, но…

Зал оказался частично заполнен. Стража, что пришла вместе со мною, проследовала внутрь и по-хозяйски уселась на барные стулья. Стоило мне показаться в дверях, как разговоры стихли, но никто не решился заговорить, лишь поглядывая на меня. В зале пахло выпечкой, ромашковым чаем и дымом. Я прохромала на кухню, избегая косых взглядов местных.

Мои «приемыши» решили открыться на обед? Откуда все эти люди? Обычно до заката к нам никто не заходил, да и мы и не ждали никого, а тут полная посадка. Может, Айла решила запустить всех снаружи, что ждали встречи с «Избранной»?..

Зайдя на кухню, я застыла на месте. Я ожидала увидеть гору грязной посуды, хаос, крики и холод, но вместо этого я не узнала свою кухню. Волшебная тряпочка, которую я заколдовала по ошибке, висела на крючке и тихо