неслабым магом, — заметил в легком восхищении Хироши. — Положила столько народу в одиночку. И чем? Оружия не видно, это не порезы, как от воздуха. Одни лужи остались… неужели вода?

— Лед, — поправил я приятеля, подобрав крохотный осколок, холодящий пальцы. — Судя по всему, это произошло вчера.

— Как это возможно? — прошептала кошка, подходя к изуродованному трупу сородича. — Она была одной из сильнейших и погибла от рук простых ехидн?

— Не простых, а обезумевших от жажды крови, — поправил я девушку. — Им было наплевать на страх и опасность. Так что ни уговоры, ни показательные выступления ей не помогли. Твоя сила тоже была потрясающей, и, уверен, вместе мы сможем ее вернуть. Не угрожай ты нам всем неминуемой смертью, я даже не подумал бы с тобой сражаться. Но когда противник не оставляет тебе шанса, ты сражаешься. Ваше же оружие — не удивительные техники, а страх смерти и уважение. И то, и другое она потеряла с приходом заразы.

— Я не верю, что нас можно так просто победить, — помотала головой Имаджин. — Мы повелеваем самой силой природы! Ни один народ или племя не в состоянии с нами сравниться!

— И все же ты побеждена одним человеком, мной. А твоя подруга погибла, защищаясь даже не от профессиональных воинов, а от разбушевавшейся толпы. Что вполне показательно. Возможно, живи вы вместе, сражайся бок о бок, и все прошло бы куда лучше.

— Нет. Мы гуляем и живем сами по себе, — вновь фыркнула девушка. — Но мы не против, если о нас заботятся. Так что я не прошу оставлять меня одну. Если что.

— Хорошо. Давайте обыщем форт. Может, найдется что-то полезное, — сказал я, погладив девушку по голове. В последнее мгновение я заметил, что она прижимает уши назад, чтобы мне было удобнее, и усмехнулся про себя, а появившаяся пред всеми Джи демонстративно помахала у меня перед носом крыльями и направилась к стойкам с сушеными грибами и травами.

— Здесь есть какие-то записи, — почти сразу сказала демонесса, показывая на тело погибшей травницы. — Под головой.

— Зоркий глаз, — похвалил я помощницу и, аккуратно приподняв труп, достал тетрадку из грубых серых листов, покрытую непонятными символами. — Кажется, последнюю надпись она не успела закончить, штрих идет резко вниз, а затем стоит клякса. Можешь разобраться, что здесь написано?

— Конечно, как ты мог подумать, что я неграмотная? — обиженно фыркнула Имаджин. — Это заметки о прошедшем дне. Грибы, поступления, дети приходили учиться. Ничего интересного, — пролистав несколько страниц назад, сказала кошко-девочка. — Стоп. Она пишет, что на этаже появился едва заметный желтый туман. Поднялся с нижнего этажа. Но никаких отрицательных воздействий она не испытала и продолжила сбор трав. Без запаха и почти без цвета. После к ней пришло несколько ехидн с детьми, у тех был жар и кашель. Непонятная агрессия. Наверное, они надышались первыми. А потом началось… болезнь крови. Последняя надпись — «нужно остановить сердце».

— Хорошенькая задачка, — покачала головой подруга Ичиро. — Почему сразу не отрубить себе голову? Эффект будет точно такой же — смерть. Быстрая и болезненная.

— Возможно, в этом есть и рациональное зерно, — покачав головой, сказал я. — Сердце, легкие и печень относятся к среднему дайнтяню — Сюэ-ци. К тому же остановить сердце — это не значит гарантированно убить. Нужно только очень точно рассчитать дозу парализующего яда и место его применения. А возможно, дело и не в нем вообще. В любом случае — нужно выдвигаться обратно. Возьмем все, что сможем унести полезного, потом, в случае необходимости, вернемся.

— Как прикажете, — отчеканила орчиха. Хироши с куда меньшим энтузиазмом кивнул, а Имаджин, стараясь, чтобы этого никто не заметил, засунула под подол несколько пачек какой-то травы. Нужно потом проверить, не яд ли, а то подмешает в походный котелок, и все, конец.

Найдя подходящую сумку, я не стал мелочиться и брал каждой склянки по одной штуке. Аи потом разберется, что и зачем.

— Хорошо, выдвигаемся, — приказал я, закрывая дверь алхимической лаборатории, превратившейся в братскую могилу. — Постараемся вернуться в лагерь без приключений.

Глава 28

— Мне пришлось давать много разжижающих и крововосстанавливающих препаратов, — мрачно ответила на немой вопрос Аи, когда я увидел, как рядком лежат пожелтевшие дрожащие воины. — Держу их на грани жизни и смерти, но зелья заканчиваются, а дать им еще больше крови добровольцев или своей я не могу. Так что, если ты не принес решения — проще убить, чтобы не мучились и не страдали.

— Местная травница предполагала, что нужно остановить сердце, — сказал я, выкладывая собранные ингредиенты. — У нас с Хироши кровь восстановилась. Так что граммов двести можем выделить для самых тяжелых.

— Не поможет, даже если по пол-литра перельем, — покачала головой доктор. — Она слишком быстро теряет свойства, перестает насыщать тело кислородом. Видишь, какое быстрое и сбивчивое дыхание?

— Бред какой, — пробормотал я, садясь рядом с Куватом и хватаясь за голову. — Кровь теряет свойства… значит, пожирает сама себя и нужно постоянное обновление извне… но при чем тут сердце? Ведь она восстанавливается в костном мозге и очищается в печени?

— Меня больше волнует, почему у вас с Юн никаких проблем нет, — устало сказала Аи. — Если это болезнь крови, то она должна действовать независимо от того, в каком состоянии мозг. Просто выедать все полезное и деградировать. Ни зелье очищения в ударных дозах, ни техника очищения крови, ни восстановление Чжен-ци не помогают. Я все перепробовала.

— Вот только все в органическом теле зависит от мозга, — наставительно сказала Джи, вновь усевшись у меня на плече. — Гормоны, команды нервам. Возможно, дело именно в этом? В таком случае остановить сердце — отдать мозгу сигнал на перезапуск организма?

— У тебя какое-то слишком упрощенное понимание устройства человеческого тела, — недовольно отмахнулась Аи. — Пусть он и обновляет кровь каждые семьдесят два часа, это не повод рассчитывать, что после остановки сердца все произойдет само собой. Его, вообще-то, еще заново запустить придется, а это уже серьезная проблема сама по себе.

— А ведь ты права. Только не по отношению к Джи, — чуть воодушевленно сказал я. — Травница могла просто элементарно не понимать работу такого органа, как