Рванул дверцу с такой силой, что едва не споткнулся, падая на сиденье. Резкое движение ничуть не помогло сдержать нарастающую волну паники. Лёгкие сжались, дыхание стало рваным, обжигающим. Грудь будто сдавливало тисками.

— Чёрт… — выдохнул я, почти шёпотом.

Дыши. Просто дыши. Эта мысль стала мантрой, отчаянной попыткой уговорить собственное тело подчиниться.

Пальцы побелели на руле, так сильно я в него вцепился. Я сжал глаза, пытаясь найти в голове хоть какой-то якорь. Но там ничего. Ни образа, ни воспоминания, только давящая тревога и шепчущие голоса из прошлого.

Я не мог, не имел права сорваться прямо здесь, на парковке.

Инстинктивно ударил себя кулаком в висок. Острая боль отвлекла — ненадолго.

— Хватит, хватит, хватит, — шептал я, но свой голос почти не слышал сквозь хор воспоминаний.

«Псих ебаный.»

Руки дрожали, когда я дёрнул бардачок и вытащил оттуда баночку. «Экстренные» таблетки. Высыпал две в ладонь, проглотил всухую, едва протолкнув по горлу.

Откинулся на сиденье, закрыл глаза, ощущая, как кожа головы прижимается к старой коже подголовника. Сделал один неровный вдох, второй. Открыл глаза и уставился в потолок машины.

Иисус… Похоже, будет длинный, сука, день.

— Доброе утро, доктор, — поприветствовала меня Делия, когда я вошёл в офис. Её голос звучал слишком звонко для понедельника.

Она у меня секретарь уже четыре месяца. Я заметил, как её стиль одежды… скажем так, эволюционировал. Становился всё более обтягивающим и коротким. Не поймите неправильно, Делия выполняет свою работу идеально. Она профессиональна, собрана, умеет справляться даже с самыми сложными пациентами.

Но трудно игнорировать всё остальное.

Она улыбнулась широкой улыбкой, от которой глаза засияли, и я заметил, как она чуть приоткрыла верхние пуговицы блузки, словно невзначай, но так, чтобы взгляд зацепился за то, что ткань едва удерживала. Не уверен, осознаёт ли она сама это или просто привыкла.

Красивая женщина — отрицать невозможно. Длинные светлые волосы волнами по спине, огромные голубые глаза, фигура, которой она явно гордится. Сильная комбинация, трудно устоять.

Но я не мог себе позволить отвлекаться. Не мог всё просрать ради секса. Работа — единственное, что ещё держит меня в здравом уме. Ради одной пизды я не собираюсь это рушить.

— Утро, Делия. Первый пациент уже пришёл? — спросил я, глядя только в её глаза, игнорируя намёк на «юг».

Она тут же покраснела, горло пересохло, она схватила папку и торопливо протянула её мне.

— Да… уже ждёт в кабинете.

Голос звучал чуть выше обычного, напряжённый.

Я кивнул, поблагодарил и направился по коридору. Взгляд скользнул по обложке папки.

Да ну нахер.

Бруклин, сука, Джонс.

ГЛАВА 2

СЭЙДЖ

Иногда я жалею, что выбрала именно этот путь в карьере, потому что пытаться угодить всем и при этом не свихнуться — это всё равно что сунуть голову в улей и надеяться, что тебя не ужалят. Постоянное давление, необходимость соответствовать ожиданиям, лавировать в офисной политике и выдавать результат выше запрошенного выматывают до предела. Что бы ты ни делала — все довольны не будут. Я с этим смирилась, хотя иногда это даётся нелегко. У меня крепкая кожа, спасибо родителям. Они не растили из меня слабачку. Если уж и вышла «маленькая плакса», так это мой брат Бенджи.

— Думаешь, ты теперь лучше нас, Алтон? — мой коллега Ноа облокачивается на мой стол. В его тоне нет явной агрессии, но колкость слышна. Может, просто скучает, а может, правда так думает.

— Осторожнее, Коннор, ревность не идёт этому милому лицу, — усмехаюсь я, не удержавшись.

Он сжимает челюсть. Я знаю, что не стоило поддаваться на подначку, но сдержаться не смогла. Перепалки с ним — это хоть какое-то развлечение. Ноа хмыкает, качает головой и уходит к кулеру. Я смотрю ему вслед, замечая эту уверенную походку. Описать Ноа Коннора можно одним словом — щенок. Сплошная энергия золотистого ретривера: хочет понравиться, предан до глупости. Один из самых добрых парней, которых я встречала. И при этом чертовски красивый. Серьёзно, он мог бы работать моделью. Но слишком самоуверенный, и это иногда раздражает. Он знает, что красив и обаятелен, и умело этим пользуется. Это одновременно бесит и забавляет — и именно поэтому работать рядом с ним так интересно.

Ситуация в отделе остаётся натянутой. С тех пор как меня повысили до детектива, кто-то рад за меня, а кто-то уверен, что я не заслужила. Доказывать им ничего я не обязана, но в то же время хочу показать, что достойна этой должности.

— Не слушай их. Ты задницей пахала, чтобы быть здесь, — говорит Кара, запрыгивая на мой стол. Мы познакомились ещё в полицейской академии и сразу сдружились. Она настоящая оторва. Никто в участке не рискнёт её задеть.

— Да, только сначала это казалось мечтой, а теперь похоже на проклятие, — отвечаю я, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки.

Кара собиралась что-то сказать, но тут подошёл капитан и шлёпнул папку прямо на мой стол. Я нахмурилась, посмотрела на неё, потом на него.

— Первое дело, детектив, — объявил он. — Немедленно отправляйся на место, — и, не дожидаясь ответа, ушёл к себе.

Меня накрыло сразу и волнением, и страхом. Моё первое дело в качестве детектива. Всё это казалось таким нереальным.

— Удачи, детектив, — протянула Кара, с улыбкой и подмигиванием спрыгнув со стола.

* * *

Через десять минут мы с Ноа подъехали к дому, где произошло предполагаемое преступление. Честно говоря, место меня не удивило. Этот район давно заслужил свою репутацию: ежедневные ограбления, открытая торговля наркотиками и постоянная угроза бандитского насилия.

Я вышла из машины, и сразу все мои чувства обострились. Взгляд скользил по окружению, выхватывая каждую деталь. Люди стояли у своих домов, безмолвные свидетели, пока патрульные офицеры отгораживали территорию жёлтой лентой. Сине-красные огни мигалок окрашивали их лица в зловещий свет. Дома вокруг вот-вот рухнут: облупившаяся краска, трещины в фундаменте. В груди кольнуло сожаление к этим жителям. Большинство из них просто не имеет выбора — вынуждены жить здесь, в ловушке обстоятельств и отсутствия шансов. Их лица — это истории о выживании, о боли и усталости.

Один из детективов заметил меня и помахал рукой. Я направилась к нему, прихватив у дежурного офицера пару латексных перчаток. Воздух был пропитан запахом застарелого дыма и ещё чем-то металлическим, до боли знакомым.

— Доброе утро, детектив Алтон. Я детектив Джонс, буду помогать вам в этом деле, — сказал он, пожимая руку твёрдо и профессионально. В его глазах читалась та же