— Лёня, ёжкин кот, ты что творишь? — сплюнул я, видя, как стражники, заметив убегающего человека, тут же пришпорили лошадей.

И это была абсолютно нормальная реакция королевской гвардии и совершенно ненормальная — моего спутника. В любом мире, если человек при виде стражи даёт дёру, значит ему есть что скрывать.

Ари, наоборот, сузила взгляд и застыла на месте в ожидании всадников.

Ну просто классические варианты реакции на опасность: бей, беги или замри. И мне, похоже, достался вариант «бей». Впрочем, после идиотской выходки Леона выбора у меня не оставалось. Этот балбес только что подставил нас всех.

Я посмотрел на копьё, сделанное из палки и чего-то острого, потом на сверкающие золотые доспехи и отбросил дурные мысли вместе с самодельным оружием. Нужно было действовать умнее и использовать единственное моё преимущество. Нет, не бесполезный дар, а мозги.

И эти самые мозги сейчас подсказывали, что мой единственный шанс на победу — это всё-таки бесполезный дар.

Прекрасно, Максим. Просто, блин, замечательно.

Лошади мчались на нас во весь опор, стремительно сокращая дистанцию. Сто метров. Пятьдесят. Тридцать. Двадцать. Десять…

Вот в руках стражников сверкнули мечи, а затем…

Земля содрогнулась. Треск, хруст, яростный ржач лошадей. Лязг металла, крики, а затем тишина. Упавшие лошади, едва придя в себя, вскочили на ноги и с истошным ржанием понеслись прочь, оставив своих наездников лежать на земле без сознания.

— Лёня, дуй уже назад! Надо быстрее их связать, пока не пришли в себя! — крикнул я в сторону ближайших кустов, где прятался мой трусливый спутник.

— Я не Лёня, я Леон, — донёсся из кустов недовольный голос.

— Не-е-ет, — усмехнулся я. — Ты — Лёня. Леон звучит слишком солидно для такого поведения.

— Ой, ну тогда буду звать тебя не Максимус, а… — он замялся, явно придумывая что-нибудь пообиднее, а потом просиял: — Макс!

Я картинно приложил руки к щекам и разинул рот, изображая немой ужас, а потом коротко приказал:

— Стражники. Быстро. И доспехи сними.

Он тут же бросился к лежащим воинам и стал стягивать с них латы.

— Это чудо, провидение божеств, не иначе, — приговаривал он.

Я приложил ладонь к лицу и покачал головой. Неужели никто из них не заметил, как я создал небольшую рытвину аккурат перед передними копытами лошадей?

Признаться, я и сам не рассчитывал на такой эффект. Выходит, при грамотном подходе и смекалке дар Кианы не такой уж и бесполезный. То ли ещё будет, когда я сумею его развить.

— И что теперь будем делать? — задумчиво почесал затылок мой не очень храбрый и не слишком дальновидный спутник. — Они ведь скоро очнутся.

— Как что? Заступаем на службу в королевскую гвардию. Ты же так давно мечтал стать стражником, — кинул я ему часть доспеха. — А насчёт этих ребят не переживай. Я знаю, как сделать так, чтобы они не смогли нас преследовать.

* * *

Младший рекрут королевских стражников Алгор медленно пришёл в себя. Голова страшно гудела, но он был рад хотя бы тому, что очнулся живым. Лёжа на земле под палящим солнцем, он пытался вспомнить, кто он и как вообще тут оказался.

— Неуклюжая кляча, — тихо выругался он, вспомнив, как лошадь рухнула, словно подкошенная.

Приподнявшись на локтях, он с удивлением обнаружил, что лежит без доспехов, в одном только холщовом белье.

Что за… — мелькнуло у него в голове.

И тут рядом раздался пронзительный крик старшего офицера:

— А-а-а-а-а! Я не чувствую своих ног!

Алгор резко попытался подняться, но у него ничего не вышло. Его собственные ноги заканчивались в районе колен, а вся нижняя их часть отсутствовала. Он сразу же понял, что кто-то похитил их доспехи и закопал ноги, чтобы задержать. Его скула дёрнулась и на мгновение лицо исказила гримаса непередаваемого гнева и отвращения.

* * *

Ходить пешком в металлическом доспехе оказалось неимоверно сложной задачей. Помимо огромного веса, натирающих во всех местах лат и самой неудобной обуви, что только знало человечество, был один фактор, затмевавший собой всё остальное. И имя ему — жара. Я словно находился внутри огромной консервной банки, поставленной на огонь, и моё тело медленно, но уверенно запекалось.

— Я слышала о воинах, которые подчиняют саму землю, — Ариель полностью переключила своё внимание на меня. — Ты… ты повелеваешь чревом планеты, словно сам Галадрот.

Я устало выдохнул. Не хватало мне одного болтуна, как добавилась вторая. К тому же из-за повышенного внимания предмета обожания Леона, я то и дело ловил на себе его недовольный, ревнивый взгляд.

Мне же было не до них. Я думал лишь о том, как найти наследника и выполнить условие Кианы. Ну… откровенно говоря не только об этом, ещё я не мог выкинуть из головы мысли о баночке колы и гамбургере, что куплю первым делом после возвращения домой.

Надеюсь, что без формы и лошадей, королевские стражники не скоро доберутся до столицы и сообщат обо мне. Плюс к этому, чтобы задержать их, перед уходом я создал несколько лунок в земле и закопал нижнюю часть их ног. Уверен, они быстро поймут, в чём дело, но вот откопаться без посторонней помощи им будет не так-то просто.

— Максимус, а королевские стражники… они все предатели? — вдруг спросил Леон.

Я посмотрел на него и сразу заметил: парень совсем поник и дело уже было не в игнорирующей его подкаты Ариель. Он шёл чуть поодаль, пинал лежащие на дороге камни и смотрел себе под ноги с таким видом, будто у него только что отобрали самую большую мечту в жизни. Всё-таки каким бы Леон ни был: болтливым, наивным, временами раздражающим — невооружённым взглядом было видно, что благородство, честь и преданность для него не пустой звук. Поэтому новость о том, что элита из элит, королевская стража, оказалась сборищем предателей, ударила по нему куда сильнее, чем он сам готов был признать.

— Не думаю что все, — ответил я. — Но достаточно измены их командующего, чтобы запятнать имя всей стражи.

— Значит, всё это враньё, — помрачнел он ещё сильнее. — Вся эта честь, верность, защита короны. Если даже лучшие из лучших оказались изменниками…

Я посмотрел на него внимательнее и понял, что если прямо сейчас не дать парню новую цель, он окончательно расклеится. А он был хоть и немного непутёвым, но всё-таки моим