— Кто-нибудь из художников наверняка знаком с тем, кто сможет провести вас к нему в дом.

— И что я буду там делать? Подкрадусь к нему и придушу?

— Уверен, с вашим Даром это не проблема. Но я предлагаю действовать официально. Убийство непременно приведёт к расследованию, и оно рано или поздно укажет на вас.

— Это точно. Значит, ты подразумеваешь дуэль.

Сяолун кивнул.

— Вполне законный и цивилизованный способ избавиться от недруга. Кроме того, это покажет всем, что с вами шутки плохи.

— Звучит неплохо. Вот только если я оскорблю князя, это даст ему возможность выбрать оружие. И что-то мне подсказывает, что он решит драться с помощью магии.

— Вы полагаете, его Дар сильнее вашего?

— Я этого не знаю. В этом и проблема. Рисковать мне не улыбается. Я вовсе не хочу дать старику возможность просто прикончить меня.

— Боюсь, рискнуть вам всё же придётся, хозяин, — помолчав, сказал Сяолун. — Если, конечно, вы не намерены сидеть и ждать, пока до вас доберутся очередные наёмники.

— Нет, это не вариант. Хорошо, убедил. Может, мне удастся спровоцировать Хвостова так, чтобы он оскорбил меня сам. Тогда выбор оружия будет за мной.

— Едва ли он так глуп.

— Иногда у аристократа просто нет выбора. Ну, да с этим разберусь на месте. Сначала нужно добраться до самого князя. Завтра отправлюсь к Лобановым и поговорю с Татьяной — попрошу убедить Кривоносова помочь мне со столичной богемой.

— Очень хорошо, хозяин, — одобрительно кивнул Сяолун. — Надеюсь, вы возьмёте меня в Петербург? Негоже аристократу пускаться в дальший путь без слуги.

— Думаю, да. Только найди себе замену на то время, что нас не будет. Я хочу, чтобы Львовка находилась под надёжным присмотром.

Глава 27

На следующее утро я первым делом прошёлся по участку, убедился, что всё, идёт как надо, затем подписал несколько бумаг и наведался в поселение Молчанова. Там провёл около двух часов, разбираясь с управляющим, проверяя стройки и так далее. Молчановка росла, никаких проблем не было — только вопросы, требовавшие моего участия или подписи.

После этого я сгонял на границу участков и убедился, что сторожевые башни нового образца с противоисчадными орудиями возводятся согласно плану. Никаких инцидентов, никаких диверсий — всё было тихо-мирно. И не подумаешь, что меня пытаются убить.

Вернувшись в Львовку, я связался с Татьяной.

— Рада вас слышать, Родион, — проговорила она, беря трубку. — Давно вас не видела. Признаться — соскучилась. Не думали нас навестить? Брат вот тоже о вас справлялся.

— Если честно, как раз хотел напроситься в гости, — ответил я.

— О, так это чудесно! И вам вовсе не нужно напрашиваться — мы вам всегда рады. Приезжайте к обеду.

— Премного благодарен.

Спустя четверть часа я выехал к соседям. В сопровождении охраны во главе с Протасовым, который, хоть и был с загипсованной рукой, даже допускать мысли не хотел, чтобы я ехал без него. Можно было, конечно, настоять: приказа он не ослышался бы. Но не хотелось.

Когда прибыли в Лобан-лэнд, сразу увидели владельца участка: Лобанов упражнялся на свежем воздухе в фехтовании с каким-то здоровенным мужиком, похожим на военного. Тот наносил сильные удары, и было видно, что техникой боя владеет прекрасно, вот только из-за массивных мышц двигался он не слишком резво и оттого казался малость неповоротливым. Лобанову каждый раз удавалось либо блокировать, либо уклониться.

Заметив мои машины, он подал сопернику знак прекратить тренировку, передал ему свою шпагу, взял у подбежавшего слуги полотенце и, вытирая шею, направился к машинам.

Когда я вышел, он уже был рядом и протянул руку.

— Родион, добрый день, — проговорил он, широко улыбаясь. — Тэнни сэд, ю решил нас посетить. Какой вандафул сюпрайз. Ты по делу или соскучился?

— Признаться, больше по делу.

— Не беда. Обед будет через двадцать минут, Тэнни ждёт тебя в гостиной. Я наведаюсь в душ и скоро к вам присоединюсь. Прохор, проводи.

Эта фраза была адресована слуге.

Когда я вошёл в гостиную, Татьяна сидела в кресле, положив ногу на ногу. Одета она была в светло-серое платье из тонкой шерсти с вышитым мелкими жемчужинами воротом. При моём появлении девушка легко поднялась и быстро пошла мне навстречу, протягивая руку.

— Родион, привет! Прекрасно выглядишь.

— Просто выспался, — улыбнулся я, припав на мгновение губами к тыльной стороне поданной руки.

Пахло от Лобановой приятно и дорого.

— Хотела бы думать, что ты просто решил нас навестить, но ты ведь бываешь только по делу.

— Увы, и этот раз не исключение.

Девушка притворно вздохнула.

— Какая жалость. Но я рада, что ты не лицемеришь.

— Мне не нужно, ведь я всегда счастлив вашему обществу.

— Ну, перестань!

— Это чистая правда.

— Садись же и расскажи, как у тебя дела, — сказала Лобанова. — У нас есть немного времени, пока не позовут обедать.

— Боюсь, ничего особенно не случилось, — ответил я, когда мы расположились в креслах. — В основном, рутина.

— Тебе дали третий участок?

— Пока нет. Возникли кое-какие проблемы.

— А в чём дело?

— В администрации опасаются, что, если я вдруг погибну, придётся очень быстро искать сразу несколько замен.

Лобанова нахмурилась.

— Хм… Да, это действительно проблема, — согласилась она. — И что же ты будешь делать?

— Попробую задействовать кое-какие связи. Гарантий никаких, но надежду не теряю.

— Рада, что у тебя есть связи. Я так понимаю, выспрашивать подробности бесполезно? — девушка улыбнулась.

— Не хочется делить шкуру неубитого медведя — только и всего.

— Ну, и правильно. Ещё сглазишь. А к нам ты по какому делу?

— Если честно, я конкретно к тебе.

— Ко мне? — удивилась Татьяна. — Что-то насчёт картин?

— И да, и нет. Отчасти.

Моя собеседница нахмурилась.

— Темнишь? Или интригуешь?

— Скорее, второе.

— Если дело долгое, то, может, лучше обсудим после обеда?

— Не возражаю.

— Тогда расскажи пока о текущих делах. Убьём время.

Через несколько минут в гостиную вошёл Лобанов. Он сменил спортивный костюм на домашнюю куртку и лёгкие брюки. Влажные волосы были зачёсаны назад.

— Ты уже успел изложить Тэнни дело, из-за которого приехал? — осведомился он, садясь на диван. — Или держишь её в иллюжн, будто просто соскучился по соседям?

— Родион говорит, у него дело ко мне, — ответила девушка. — Правда, я так и не поняла, конфиденциальное или нет.

— Скорее, да, — ответил я.

— О, ну тогда не смею встревать, — улыбнулся Лобанов.

В этот момент явился слуга, чтобы сообщить, что кушать подано, и мы отправились в столовую.

Обед был роскошный. Пришлось даже сделать пару комплиментов, от которых Лобанов расплылся, будто сам готовил. После трёх блюд подали кофе с пирожными.