сильный для такого солнечного дня. Деревья гнулись под его напором, их тени на полу гостиной словно оживали, принимая причудливые формы. Аннушка почувствовала, как мир вокруг неё готовится к чему-то неизбежному и ужасающему.

Глава 4

Шифры и тени

Следующие несколько дней слились для Аннушки в один бесконечный кошмар наяву. Она и Виктор Андреевич погрузились в расшифровку дневника Гофмана, работая в её квартире, которая теперь казалась чужой и враждебной.

Стены, прежде уютные и знакомые, словно сжимались вокруг них, создавая ощущение клаустрофобии. Каждый скрип половиц, каждый шорох за окном заставляли девушку вздрагивать. Она чувствовала на себе взгляды невидимых наблюдателей, хотя в комнате Гуникого, кроме них двоих, не было.

Виктор Андреевич, напротив, казался всё более оживлённым с каждым днём. Его глаза горели лихорадочным блеском, а руки, держащие дневник, дрожали от возбуждения.

– Посмотрите сюда, Анна, – сказал он однажды вечером, указывая на страницу, покрытую странными символами. – Гофман использовал сложный шифр, основанный на музыкальных нотах. Каждый символ соответствует определённому звуку.

Молодая женщина наклонилась ближе, чувствуя, как от старых страниц исходит странный запах: смесь пыли, чернил и чего-то неопределимого, почти потустороннего.

– И что это значит? – спросила она, пытаясь игнорировать внезапный холод, пробежавший по спине.

Виктор Андреевич улыбнулся, его улыбка была одновременно триумфальной и пугающей.

– Это координаты, Анна. Координаты места, где Гофман пытался открыть портал.

В этот момент лампа на столе мигнула и погасла, погрузив комнату в полумрак. Аннушка почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она встала, чтобы включить верхний свет, но замерла на полпути.

В углу комнаты стояла призрачная фигура маленького мальчика. Он смотрел прямо на девушку, его глаза были полны невыразимой печали.

– Он идёт, – прошептал призрак голосом, который, казалось, звучал отовсюду и ниоткуда одновременно. – Он чувствует, что вы близко. Он не позволит вам закрыть портал.

Виктор Андреевич, казалось, не замечал призрака. Он продолжал бормотать что-то себе под нос, лихорадочно делая заметки.

Юная особа почувствовала, как реальность вокруг неё начинает расплываться.

Стены комнаты словно дышали, расширяясь и сжимаясь в неестественном ритме. Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но когда открыла их снова, призрак исчез.

– Виктор Андреевич, – сказала она дрожащим голосом, – я думаю… я думаю, что мы не одни в этом деле. Кто-то или что-то пытается нам помешать.

Учёный поднял глаза от дневника, его взгляд был странно отсутствующим.

– О, Анна, – сказал он с неожиданной нежностью в голосе, – мы никогда не были одни в этом деле. С самого начала.

Его слова, вместо того чтобы успокоить, заставили Аннушку похолодеть. Она внезапно осознала, как мало знает об этом человеке, о его истинных мотивах.

– Что вы имеете в виду? – спросила она, пытаясь сохранить спокойствие в голосе.

Виктор Андреевич встал, его фигура в полумраке комнаты казалась неестественно высокой и угрожающей.

– Я думаю, пришло время рассказать вам всю правду, Анна. Об эксперименте, о Гофмане… и о вас.

За окном снова поднялся ветер, его вой казался почти человеческим. Девушка почувствовала, как мир вокруг неё балансирует на грани между реальностью и кошмаром. Она знала, что то, что она услышит сейчас, резко изменит её жизнь.

И где-то глубоко внутри она чувствовала, что, возможно, она всегда знала эту правду. Просто не хотела в это верить.

Глава 5

Откровения и сумрак

Слова Виктора Андреевича повисли в воздухе, тяжёлые и осязаемые, как предгрозовая духота. Аннушка почувствовала, как комната вокруг неё начала вращаться, реальность словно расплывалась по краям.

– О чём вы говорите? – спросила она, её голос звучал отстранённо, будто принадлежал кому-то другому.

Виктор Андреевич медленно подошёл к окну. За стеклом город утопал в неестественном сумраке, хотя часы показывали лишь ранний вечер.

– Анна, – начал он, не оборачиваясь, – вы когда-нибудь задумывались, почему именно вы оказались втянуты во всё это?

Молодая женщина хотела ответить, но слова застряли в горле. Внезапно комната наполнилась шёпотом, едва различимым, но вездесущим.

Виктор Андреевич повернулся к ней, его глаза светились странным, почти нечеловеческим светом.

– Вы не случайно здесь. Вы были частью эксперимента с самого начала.

Аннушка почувствовала, как пол уходит из-под ног.

– Но… это невозможно. Мне всего 28, а эксперимент был в 1972 году.

Учёный горько усмехнулся.

– Время, Анна, не так линейно, как мы привыкли думать. Особенно когда речь идёт о портале.

Он подошёл к столу и открыл дневник Гофмана на странице с рисунком странного устройства.

– Это не просто машина для открытия портала. Это устройство для манипуляции временем и пространством.

Внезапно в комнате стало невыносимо холодно. Тени в углах ожили, принимая очертания детских фигур.

– Мы не просто открыли портал в другое измерение, – продолжал Виктор, его голос дрожал от волнения. – Мы создали разрыв во времени. И вы, Анна, вы прошли через него.

Девушка почувствовала, как воспоминания, которые она всегда считала своими, начали рассыпаться, словно песочный замок под волной. Образы незнакомого детства, странные лица и места вспыхивали в её сознании.

– Но как… почему я ничего не помню? – прошептала она, чувствуя, как реальность ускользает, словно песок сквозь пальцы.

Виктор Андреевич положил руку ей на плечо, его прикосновение было неожиданно тёплым.

– Потому что мы заставили вас забыть. Для вашей же безопасности. Но теперь пришло время вспомнить.

За окном раздался оглушительный раскат грома, хотя небо оставалось чистым. Тени в комнате сгустились, принимая форму водоворота.

– Анна, – голос Виктора Андреевича звучал теперь откуда-то издалека, – вы ключ ко всему. Только вы можете закрыть портал и исправить то, что мы не смогли сделать.

Мир вокруг Аннушки начал растворяться, уступая место чему-то древнему и непостижимому. Она чувствовала, как её сознание расширяется, вмещая в себя воспоминания и знания, которые были скрыты глубоко внутри.

Последним, что она увидела перед тем, как реальность окончательно исчезла, был силуэт маленькой девочки в углу комнаты. Девочки, в которой юная особа с ужасом узнала саму себя.

Глава 6

Калейдоскоп реальностей

Сознание Аннушки плыло в потоке времени и пространства, реальность вокруг неё постоянно менялась, словно кадры в сломанном кинопроекторе. Она моргнула, и комната вокруг неё трансформировалась.

Теперь это была университетская аудитория. Девушка сидела за партой, а у доски стоял… Виктор Андреевич? Нет, это был Марк, её однокурсник, которого она не видела уже много лет. Но его глаза… в них отражалась та же древняя мудрость.

– Анна, вы слушаете? – голос Марка звучал одновременно знакомо и чуждо. – Мы говорим о квантовой запутанности. О том, как частицы могут влиять друг на друга на любом расстоянии. Даже сквозь время.