Хотелось потереть руками лицо, встряхнуться, сделать хоть что-то, лишь бы идеальный и неживой дом так не давил на него. Лишь бы ставшая такой же неживой Вики не вызывала фантомную, но адски ноющую боль в сердце. – Я всего лишь хочу выяснить, что происходит в городе. Исчезновение твоей дочери – не первое и не последнее.

На мгновение Шейну показалось, что в глазах Вики мелькнул страх, и он почти ожидал вопроса в духе: «С чего ты это взял?», потому что любой бы его задал, но…

Вики произнесла иное:

– Я смирилась с ее пропажей, Шейн. И чем больше ты копаешь, тем больнее делаешь. Мне, Джиму, всем. Я рассказала все, что знала, когда писала заявление, и мне больше нечего добавить.

Руки у нее мелко дрожали, и она крепко сжала их. Шейн списал бы это на волнение и тяжесть воспоминаний, но полицейская интуиция подсказывала: что-то здесь не то. Люди так себя ведут, когда боятся. Или не хотят сказать лишнего.

Или и то, и другое…

Он мог бы надавить на Вики. Постараться вытащить из нее что-то… сам не знал что. Мог уговорить рассказать, что она скрывает, если вообще скрывает. Но не стал.

Вики была из семьи Браунов, а Брауны были одной из семей-основателей Хаммерфорда. Огромный вес их слова имели и сейчас, хотя формально Совет основателей, который когда-то правил городом, был распущен чуть меньше ста лет назад. Если он попытается давить на Вики, Брауны перекроют ему кислород. А Шейн очень хотел знать, почему процент исчезновений так растет в летние месяцы. Он чувствовал, что это важно – для него. Для Хаммерфорда. Для всех.

– Зачем тебе это? – вдруг шепнула Вики, и маска на мгновение пошла трещинами, обнажая ее суть израненной, потерявшей своего ребенка женщины. – Вряд ли ты сможешь нам вернуть малышку.

Шейн вздохнул. Разумеется, мужчина понимал, что вряд ли сможет вернуть ей дочь. Он ведь не Господь Бог.

– Мне просто небезразлично все, что происходит в Хаммерфорде, – он не солгал, но и не сказал всей правды. – Хочу понять, можно ли как-то предотвращать подобные случаи.

«Ищу закономерности. Пытаюсь разыскать нужные нити».

Вики покачала головой.

– Люди исчезают в любом городе этого мира. Быть может, я уже просто потеряла надежду, но мне хочется жить дальше. Не трави мое сердце.

Выйдя из ее дома, Шейн глубоко вдохнул пропитанный летней жарой воздух. Вики лгала. Она не смирилась, и ей что-то было известно. Что? Она видела похитителя? Девушка его знала? Господи, он какую-то хрень себе надумал… Придурок.

Никто в здравом уме не пожертвовал бы собственным ребенком только потому, что знал того, кто его похитил. Но Вики чего-то боялась, значит?.. Собственно, а что это значит?

– Привет, мистер Картер, – от раздумий его отвлекла Лесли Браун. – Вы к Вики или от нее? А то я как раз шла мимо, родители попросили ей кое-что передать. – Она тряхнула пакетом, в котором звякнули бутылки. – Мама накупила гранатового сиропа, разбавила его водой и бутылок получилось слишком уж много, а мелкому полезно, – она широко улыбалась. Так и не скажешь, что всю ночь тусовалась где-то с парнями из трейлерного парка и видела, как двое мужиков увели третьего в кукурузные поля. – Эй, все в порядке?

Наверное, Лесли напугала его отрешенная бородатая физиономия. Шейн провел ладонью по лицу.

– А, прости, задумался что-то, и жара эта, – отмахнулся мужчина. Мог бы и не оправдываться, но надо же было с чего-то начать разговор. – Слушай, я тут встретил в участке Майкла Тейлора…

Лесли побледнела, даже загар не помог.

– Тише, пожалуйста, – она замотала головой. – Если Вики услышит, мне конец!

«Ага, значит, встречаться с Майклом ей не разрешают, – сделал вывод Шейн и усмехнулся про себя. – Ромео и Джульетта практически».

– А есть что скрывать? – Он приподнял брови.

Лесли оглянулась в отчаянии, словно ждала: Вики сейчас выпрыгнет откуда-то из-за угла и заявит, что наконец-то она попалась. Несколько раз моргнула.

– Мне не разрешают с ним общаться. И если вы меня сдадите, то крышка мне и Майклу. Эду и Уиллу тоже крышка.

Шейн вскинул ладонь.

– Подожди, я не собираюсь тебя сдавать. У меня к тебе найдется парочка вопросов, но мне плевать, если ты встречаешься с Тейлором. Это не мое дело и меня не касается.

Лесли кивнула.

– Понимаю, просто… не кричите так. Вики расскажет родителям и меня запрут на все лето под домашний арест. – Ее огромные темные глаза были полны такого отчаяния, что Шейн устыдился своих мысленных насмешек.

От их с Луизой влюбленности Джорданы тоже когда-то были не в восторге, хотя и сажать Лу под замок никто не собирался.

– От меня Вики ничего не узнает, – произнес он. – Ответишь на пару вопросов?

Мотнув головой в сторону дома, Лесли произнесла:

– Мне нужно занести сестре сироп, а потом я как раз собиралась в трейлерный парк. Предки умотали в соседний город по каким-то своим делам, так что если вы меня подбросите…

– Вот это конспирация, – ухмыльнулся Шейн. – Ладно, подброшу. Как я сказал, не мое это дело, с кем ты встречаешься, но и ты не сдавай меня, если кто-то спросит, о чем мы говорили.

– Договорились, сэр.

Но, довезя Лесли до трейлерного парка и поговорив с ней, Шейн толком ничего не узнал. Она тоже видела троих пьяных мужиков, направлявшихся к полям кукурузы, но не запомнила, стояла ли на заправке машина, и уж тем более, девушка не видела ее номера. Как и Майкл.

– Жаль, что не смогла помочь, – Лесли взялась за ручку дверцы. – Но я сидела с другой стороны, хоть и рядом с Майклом, и увидела их только в заднее стекло, когда обернулась на возглас.

– Ну, ты подтвердила, что кого-то видела, – улыбнулся Шейн.

От ее слов, конечно, для него было мало толку, но теперь он знал, что Майкл ничего не выдумал.

– И последний вопрос… – Он побарабанил пальцами по рулю, размышляя, как лучше сформулировать. Шейн понимал, что вряд ли Лесли поможет ему с этим, но поведение Вики и ее резкое нежелание говорить о пропаже дочки, перемены в поведении навели на мысль, что виноват в этом Джим. Идиотская мысль, ведь Джим был раньше нормальным парнем, но их пути давно разошлись, и теперь Шейн понятия не имел, каким с годами стал бывший друг. Даже живя в одном городе, они не заходили дальше дежурных разговоров при случайных встречах. – Ты не замечала, что Вики ведет себя как-то… странно?

Лесли, уже собравшаяся выходить из машины, замерла. Потом вздохнула.

– Она вообще после замужества стала